Шрифт:
Предисловие
Я боялась, что это может рано или поздно случиться. Если он окажется здесь, я не вынесу. Это не должно произойти. Накатывал приступ. Нет, только не сейчас. Он почувствует и придет. Этого нельзя допустить.
Дверь в коридор была открыта. И спешащим из-за угла, я увидела его.
Из последних сил доползла до двери и захлопнула ее. Хоть бы получилось. По стенам побежало золотистое мерцание. Я наложила светлое заклинание, полностью закрывая лазарет от окружающего мира.
— Лораль, открой! — долбился в дверь. Но я уже не слышала, в глазах потемнело, и сознание отключилось.
Глава 1
Лораль
Сегодня я проснулась раньше, чем обычно. Уже начало светать. Мой восемнадцатый день рождения. Можно поздравить себя за такое огромное достижение. Спала как всегда плохо. А как можно спать с костром внутри и комком боли по соседству? Занятий сегодня снова не намечается, ведь мое здоровье все еще не пришло в норму. Хотя и мое нормальное состояние вряд ли можно назвать здоровым. Что же со мной случилось? Родилась… Родилась с дефектом магии.
Расскажу поподробней.
В нашем мире существует два спектра магии: светлый и темный. К светлым можно отнести дар целительства, менталистики, магию души. К темным-некромантия, боевая магия, дар проклятий. Девяносто девять процентов детей наследуют дар одного из спектров своих родителей. Всегда есть определенность. Мои родители — лекари души. Значит и их дети должны наследовать магию светлого спектра как минимум, как максимум магию души. Законы мироздания отлично сработали по отношению к моему брату — Леви Арбеку. От родителей он унаследовал дар.
Что же касается меня? Говорят, в любой семье есть белая ворона. В нашей — это я. Мне передался дар моих родителей, огромный дар. Но наравне с ним ещё и не уступающий в силе дар некромантии, магии темного спектра.
Таких людей, как я, называют дивианами.
Внутри любого мага, где-то в области солнечного сплетения, находится сосуд с резервом магии.
Если сталкиваются в сосуде магии одного спектра, ничего плохого с человеком не произойдет, таких магов достаточно много. А вот если в сосуде находится светлая и темная магия, сталкиваясь они медленно разрушают своего владельца. По-другому это явление еще называют конфликтом магии.
До конца не изучено, как конфликт будет влиять на своего хозяина. У кого-то наблюдаются нарушения психики, у кого-то проблемы с физическим здоровьем. Но факт остается фактом и рано или поздно от очередного столкновения магии или треснет сосуд и дары сожгут ауру человека, или от физической боли не выдержит сердце. Как итог, можно догадаться — смерть.
Вот так я живу уже восемнадцать лет. Восемнадцать лет непрекращающейся боли.
Сегодняшний день также не улучшает и то, что ровно восемь лет назад погибли от лихорадки Фраз мои родители. Эпидемия выкосила полгорода. Сначала заболел папа, помогая лечить других, за ним мама. Они сгорели за пару дней.
Когда симптомы появились у нас с братом, я думала, что мы отправимся следом за родителями. Но этого не произошло. Мое проклятие обернулось даром дважды. Сначала сосуд внутри моего тела в разы горячее, чем у обычных людей, просто выжег мою болезнь. А потом я испугалась за брата, за единственного родного человека теперь, начала дергать за плети болезни, что расцветали на его груди.
Позже целители души сказали, что это его и спасло, им оставалось лишь сшить ауру, повреждения которой были еще не слишком критичны.
Оглядываясь назад, понимаю, что ради этого стоило родиться дивианом.
В тот день мы со старшим братом остались живы, но одни. Никому не нужны чужие дети, тем более ребенок с дефектом. Великое чудо произошло, когда появился дядя граф Хьюго Этраль, старший брат моей мамы, и взял опеку над нами.
Практически разорванное наследство родителей сворой дальних родственников было разделено между мной и братом…
В дверь моей спальни постучали, вырывая из потока мыслей. В проеме показалась голова брата:
— Доброе утро, малышка. Как у нас сегодня дела? — деловито произнес он, шире открывая дверь. В его руках я увидела поднос с завтраком. Пышные булочки и чайник с моим любимым чаем.
— Нормально, — со вздохом ответила я, — ты же знаешь, я пробуду в таком состоянии как минимум ещё пару дней.
— Ну не грусти, сегодня у нас много планов, которые надо обязательно сделать. Так что завтракай, собирайся и поедем к родителям, — продолжал ворковать Леви, ставя перед моим носом поднос с едой. Он старался говорить весело, но мы оба знали, что может произойти в любой момент сегодня. Ещё не один мой день рождения не обходился без приступа, а в моем нынешнем состоянии с ним будет сложно справиться.
Я начала завтракать. Брат принялся заговаривать мне зубы. Так он делал всегда, когда волновался обо мне. Слушая его вполуха, я размышляла, что за всю жизнь можно было бы уже привыкнуть к этой боли. Но каждый раз как первый.
— Помоги мне подняться, — попросила я брата, когда с завтраком было покончено. Он переставил поднос на прикроватный столик и поддержал, чтобы я смогла дойти до гардеробной.
Комнаты были очень удачно оборудованы под меня. В гардеробной стоял удобный диванчик. Почти все вещи я могла взять, не вставая с него.
— Я подожду в спальне, — сказал брат, помогая мне сесть на диван, — не торопись.
И вот началась борьба со слабостью. А поединок с болью будет продолжаться всю мою, надеюсь, короткую жизнь. Собралась за полчаса. Натянула на себя простенькое платье черного цвета, стянула свои темно-зеленые не слишком длинные волосы в хвост. В зеркале отражалась изнеможденная мордашка с большими золотыми глазами. Привычно сильно надавила руками на грудь, казалось это могло уменьшить боль.
— Я готова, — тихим голосом произнесла я.