Чтение онлайн

– Ну что, лисичка, снова сбежать решила? – спросил Дэнга-сан, появившийся из ниоткуда и зашагавший вдоль Тропы. В его голосе, как обычно, слышались недовольные нотки. – И куда это мы собрались? Сама знаешь, бегать от обязанностей бесполезно – никуда они не исчезнут.

– Прочь, – прошептала я, прижимая уши к голове. – Я всех вас не слышу. И видеть вас не желаю, оставьте меня в покое. – Ни Рэйка, ни Дайсукэ даже не взглянули на меня, а вот призрак Дэнги-сана фыркнул.

– А ты ничуть не изменилась, – со вздохом подметил он и прибавил шагу, чтобы не отставать от меня. – Все такая же беспечная и бессовестная, как и полагается ёкаю. Бездушная лиса. – Его тон стал жестче, в нем засквозили злость и горечь. – А я ведь чувствовал, что не стоит брать тебя к нам. Как только увидел на пороге храма, сразу понял, что тебе тут не место. Учитель Исао был того же мнения.

У меня перехватило дыхание, а глаза защипало от слез. Я попыталась выбросить из головы его слова, но они отдавались в душе пронзительным, болезненным эхом.

– Это ложь, – прошептала я.

– Да что ты? – Дэнга-сан рассмеялся, и на его лице проступило жестокое, язвительное выражение – прежде я видела его от силы пару раз, но все равно оно было до жути знакомым. – Учитель Исао презирал тебя, лисичка. Он прекрасно знал, на что способен ёкай и даже наполовину ёкай. И обучил тебя контролю и дисциплине, потому что опасался, что ты можешь навлечь на нас беду, если тебе дать волю. Он понимал, что ёкаю доверять нельзя.

– Нет! – воскликнула я и отвернулась от Дэнги к учителю Исао, стоявшему в тумане в нескольких футах от нас. Его глаза прятались в тени широкополой шляпы, а улыбка стерлась с лица.

– Лисичка, – прошептал он и покачал головой. Этот печальный, укоряющий голос хлестнул точно плеть. Учитель вскинул голову и посмотрел на меня. Невозмутимый взгляд черных глаз пронзил насквозь, точно мне в сердце всадили нож. – Как я разочарован, – ледяным шепотом проговорил он. – А ведь у меня было столько надежд. Мы тебя воспитали, обучили всему необходимому, обеспечили всем, а ты бросила нас умирать. Хороша благодарность.

Меня точно под дых ударили. Насмешки и злобу Дэнги я еще могла вытерпеть – его слова были жестокими, но ожидаемыми. А вот услышать такое от учителя Исао… Он словно увидел мой самый главный и потаенный страх и вытащил его наружу, чтобы швырнуть мне в лицо. Я опустилась на колени. Внутри меня разверзлась бездна, а глаза наполнились слезами. Дэнга встал позади главного монаха, а по бокам появились Дзин и Нитору, буравя меня тяжелыми взглядами, полными осуждения. Впрочем, все это было не так страшно, как беспощадность в глазах учителя.

– Простите, – прошептала я. В памяти стали стремительно разворачиваться картины той ночи. Пламя, демоны, кровь, безжизненные тела монахов, распростертые на полу храма. По щекам потекли слезы и закапали на одежду. – Я хотела вас спасти…

– Ты бросила нас умирать, – повторил учитель Исао. – Мы пожертвовали собой, чтобы защитить свиток, и нас разорвали демоны, а что сделала ты? Ты должна быть здесь, рядом с нами. Почему же мы погибли, а ты выжила? Иди к нам, Юмеко-тян. – Он поднял руку ладонью вверх и поманил меня к себе. – Иди к нам, – приказал он, – и тебе все простится. Ты начнешь с начала. Все станет как прежде, не будет ни страха, ни боли. Я понимаю, как тебе одиноко, ведь ты единственная лиса-полукровка на свете. Позабудь о своих бедах и о долге. Не думай больше о свитке, Юмеко-тян. Твое место – здесь, с нами.

Не думать больше о свитке?

Я удивленно подняла глаза на учителя Исао. Он смотрел на меня с ласковой, всепрощающей улыбкой и протягивал мне руку. Позади него стояли Дэнга, Дзин и Нитору, но теперь на их лицах была написана надежда, нетерпение…

…и что-то, похожее на голод.

По спине пробежал холодок, и я отпрянула. Улыбка на губах монаха сменилась озадаченным выражением.

– Учитель Исао… – заговорила я. Мой разум словно затянуло паутиной, и теперь он медленно освобождался. – …никогда не велел бы мне позабыть о свитке. Он должен был его защищать и погиб, чтобы свиток не попал в злые руки. Учитель и другие монахи пожертвовали собой, чтобы я смогла сбежать, потому что ничего важнее свитка для них не существовало.

Учитель Исао нахмурился.

– Я погиб, чтобы ты выжила, – прошипел он и подался вперед. Я отпрянула. Его лицо исказила гримаса, и он превратился в измученную старуху, которая уставилась на меня, обнажив желтые зубы. – Неблагодарная девчонка! – процедила старуха. – Твое место – здесь, со мной. Я всем ради тебя пожертвовала: любовью, здоровьем, счастьем. А ты сбежала с каким-то никчемным торгашом! Бесстыжая! И это после всего, что я для тебя сделала!

Я заморгала и покачала головой. Женщина продолжала осыпать меня бранью, и ее голос докучливо звенел в ушах. Позади нее в тумане проступили другие силуэты, вот только это были уже не Дэнга, Нитору и Дзин, а какие-то незнакомые люди. Я вдруг поняла, что старуха ничуть не похожа на учителя Исао и твердит одно и то же, но я почему-то слышу ровно то, чего так боялась, и затаенное чувство вины рвется наружу.

Я изумленно выдохнула. Они же ненастоящие! – сказала я себе. Учитель Исао, Дэнга, Нитору, Дзин – их тут нет вовсе! Я лишь увидела то, чего ожидала… и всегда страшилась.

А старуха продолжала костерить меня за то, что я была ужасной дочерью, забыла о матери, редко прихожу к ней на могилу. Она явно не понимала, что перед ней стоит незнакомка, да еще кицунэ, – получается, и мертвецы тоже видят лишь то, что хотят.

Никакие они не злодеи, вдруг осенило меня. Просто несчастные люди. Наверное, им ужасно одиноко ждать своей участи в Мэйдо. В душах живых они видят тех, кого знали когда-то, и вспоминают о собственной жизни. Я сморщила нос. Наганори стоило бы упомянуть об этом.

Осторожно выпрямившись, я поклонилась безутешным душам, которые стенали за туманной завесой.

– Доброго вам пути, – прошептала я. – И да найдет каждый из вас то, что ищет, чтобы вы смогли двигаться дальше. – Я сделала глубокий вдох и повернулась к душам спиной. Они захлебывались в рыданиях, умоляя меня остаться, но я прибавила шаг, и их стоны и проклятия слились в общий гул. Стараясь в него не вслушиваться, я встряхнулась и огляделась, выискивая остальных.

Однако на темной Тропе больше никого не было. Ни Рэйки, ни Окамэ, ни Дайсукэ, ни учителя Дзиро… Даже Наганори, и тот исчез. Сердце испуганно подскочило в груди, а страх объял душу. Я начала судорожно искать взглядом своих спутников.

– Ясуо? – долетел из темноты тихий шепот, и я облегченно выдохнула, а потом пошла на голос и увидела вдалеке знакомую фигуру.

Окамэ-сан! Мне захотелось окликнуть его, но я сдержалась, заметив, что мертвецы неотрывно следят за мной сквозь завесу. Не желая привлекать их внимание, я устремилась за Окамэ, стараясь ступать неслышно.

– Окамэ! – громким шепотом позвала я, но ронин и ухом не повел. Он стоял у кромки Тропы и смотрел в туман. В нескольких футах от него я увидела бледный силуэт старика, который обвиняюще тыкал пальцем в ронина и выкрикивал слова, которые я никак не могла разобрать. Окамэ весь поник, и сквозь шепот мертвецов до меня донеслись тихие всхлипы.