Чтение онлайн

— То-есть, такое бывает часто? — уточнила Ксения.

— Ну, не то чтобы, но случается. Не переделывать же законы под каждую ситуацию. Мир не идеален, — сокрушённо добавила старшая в конце.

Неделю спустя. Загородное поместье князей Китяжских.

— Слушай, учитель, и как тебе охота смотреть всю эту сериальную лабуду про современных золушек? — поинтересовался у призрака, сейчас сидящего в кресле и зависшем в телеке.

— Ты давай, давай, ковыряй орехи, — указал он мне на дело всей моей жизни.

Так-то он показал по каким параметрам отбирать целый орех и как примерно его вскрывать, чтобы не повредить и в дальнейшем и отобрать из них ядро монстра. Что собственно сейчас и делаю, заодно чищу, всё что забраковал. Съесть не съем, но килограмм сто в подарок Ксюхе отправлю. Куда остальное пристроить, пока не придумал.

— Нет, серьёзно. Ну ладно там всякие богатеи пошли на роль новых принцев, но нам мастерам, это всё не пришей кобыле хвост, хотя не сказать, что мы так уж беднее, — решил его критиковать за пристрастия до конца.

В среднем, если брать десять процентов самых обеспеченных из обычных людей, что часто тоже условно, поскольку они тоже владеют даром, просто на очень слабом уровне, и таковых же из мастеров и Воинов, то они будут заметно богаче. Достаточно сказать, в десятке Форбс России нет ни одного сильного одарённого, а в сотне их всего трое, а Воины отсутствуют вовсе. Правда, мой отец и отец Пятачка, князь Долгорукий, как раз в числе тех, кто в тысяче…, российской, но ведь не в сотне, эх. В целом сказывается специализация, зато у нас много других преимуществ.

— Почему ты так считаешь? — неожиданно мой тёзка оторвался от телевизора и перенёс внимание на меня.

— Всё просто, с ростом рангов и уровней, растёт и продолжительность жизни. А у простых смертных что? А ничего. Если тело и можно сделать не хуже, чем у практикующих силы, Знахари им в помощь, то никаких иных свойств так не передать. Выглядеть она будет, допустим, как Ксюха, только стареть продолжит, как обычно. По сути, это будет просто кукла. Нет, если поприкалываться, почему бы и нет, только вот каково будет такое перенести находясь, с другой стороны. Знаешь, как там один француз однажды написал: "Мы в ответе за тех, кого приручили." Как-то так. Но представь, если ты действительно влюбился в такую золушку…, что, бросить развиваться, чтобы умереть вместе с ней, или не делать этого и увидеть её увядание и смерть, оставаясь в полном расцвете сил? Что хорошего в том, что ты похоронишь свою любовь? Куда ни кинь, всюду клин. Поэтому всё это не наш выбор и такие истории никакого продолжения в реальности иметь не будут, — высказал ему своё мнение продолжая "грызть" орешки словно одна белка из сказки.

— Так здесь и не показывают практикующих, а только обеспеченных, даже не богатых, как понимаю, — возразил он.

— Ну, принцев на всех в принципе не хватит, а новые золушки у нас поумерили планку и о белых конях, в смысле лимузинах летающих, мечтать перестали. Запаслись, так сказать, губозаверталками. Потому и сами пониже и принцы пожиже. Учитель, видишь же, что за лахудры в главных ролях и насколько смазливые там принцы, что в пору подозревать нарушения ориентации у мужиков. Особенно, если приглядеться к последним фильмам, то можно заметить, что главные герои и краситься стали и по куче серёжек цепляют. Конечно, понимаю, что косметическим и ювелирным компаниям свой хлам продвигать надо, а так для самых лапоухих типа сформируют тренд и пусть и не удвоят продажи косметики и ювелирки тем, кто ей недавно совсем не пользовался, но всё же. Думаешь, в Европе чего так с ума сходят по всяким гомосекам и трансвеститам? — спросил его, закончив толкать речуху.

Если честно, мне просто скучно колоть орехи, вот и докопался до него, словно пьяный до телевизора. Тем более, как раз он и попал в перекрестье обсуждения.

— Ну-ка, ну-ка, расскажи мне дремучему, что на преимущества у альтернативно мыслящих? — тут же оживился он.

— Да что тут сложного. Рожают мало, значит дочка одна и ей все накопленные богатства и переходят, вроде драгоценностей, а потому что? — стал развивать успех локального наступления словоблудия и логики против беззащитного Учителя.

— Не томи, признавайся, что опять придумал, — не заставил он себя ждать.

— Да ничего. Просто им почти ничего не надо покупать, так если чего под настроение. Не растёт там численность народа, а продавать-то надо, а тут такие лошки, которым можно впарить всё, что угодно. А если облошарить побольше в прошлом мужиков, так и продать можно ещё больше. Сюда же в кассу были и эмигранты. Обратил внимание, что очень они любили всяких турков. А всё потому что там любят, как сороки, всё блестящее, а учитывая их работящесть, то можно даже не гадать, сколько всего те накупят у мастеров самой угнетённой нации на свете. Правда, сейчас эмигрант пошёл не тот, всё на халяву зарится, а Европе-то нужны рабочие руки, но увы, она становится периферией и довольно бедной и те, кто стремится зарабатывать больше туда не рвутся. А вот если там пособие или зарплату, такие есть, да. Нет, всё ещё не нищей, конечно, но и богатством там уже как-то не особо пахнет, если не брать старые семейства и роды. Заметь, новых богатых там кот наплакал, на фоне более удачливых регионов планеты, если, конечно, с какой-нибудь Африкой не сравнивать, но ведь тот континент как-то под определение состоятельности не очень попадает, — выдал ему в ответ.

— А, по-моему, ты мне лапшу на уши вешаешь. Начал про золушек, продолжил трансвеститами, а закончил эмигрантами, — проворчал он.

— Учитель, вы глубоко ошибаетесь, закончил я за богатство, — внёс поправку в его критику.

— Тебе что, поговорить больше не с кем? — начало снисходить на него прозрение.

— А вы ещё кого-то видите вокруг? — обратил его внимание на очевидные вещи.

И в этот момент раздался телефонный звонок.

— Да пап, — ответил, сняв трубку.

— Светлояр, ты чем щас занят? — раздался оттуда вопрос сходу.

Такая тема так просто не появляется. Даже жопа заныла, не говоря про чуйку.

— Работаю над трансцендентным переходом количества в качество и возможным фазовым изменением предельных составов в экстрапродукте, — осторожно выдал в ответ.

— Ты мне это, мозг через трубочку не высасывай! Ишь взял моду с деда. По-русски говори, — возмущённо просопел он в трубку.

Да, не любил он никогда науку, зато её результаты продавать…, это да.

— Работаю тут над составом одной пилюли, между тренировками, — пришлось говорить почти правду.

— Значит так, нас кто-то сдал с этим…, великолепным тендером. Короче, придётся впрягаться. Ты, конечно, не в той форме, но управляющими артефактами манипулировать сможешь, — начал было он то, о чём и кричала чуйка.

Ага, значит боится, что его прослушивают и ещё и за неправильную идеологическую подкованность на ковёр могут вызвать. Не те ветры, что-то подули. Неужто всерьёз космическим кораблём собрались заняться, а не только бюджет осваивать? Интересное кино, так-то бы поучаствовал, но надо восстанавливаться.