Чтение онлайн

– Угу, и сразу заживем! – съязвил кто-то еще из глубин хаты. – Люди Тамбовского-то сразу нас всех отпустят, ага. Посмотрят на все это и дело, высчитают доходность, возьмут да и освободят. Такой старый, а в сказки веришь.

– Такие дела вмиг не делаются, – возразил дедок грубым тоном, и в нем сразу послышалась железная сила. – Мишаня свидетель, столько в шестерках ходил. Если месилово начнется, сперва сами свалят, сверкая пятками. Про нас тут же забудут.

– Или захватят всех нас болванками, – ответил спорщик.

– Не всех. Транспорт им для своих понадобится.

Спор продолжался еще какое-то время, и я вслушивался с интересом. И все равно понимал мало.

– Сбежать пробовали отсюда? – спросил я, желая повернуть диалог в интересное мне русло.

Послышались усмешки.

– Забудь, – заговорил тот, кого дедок назвал Мишаней. – У них все под контролем. Там, над нами, – он ткнул пальцем вверх, – за прилавками миловидно продают зелья и соли, а на нас всем плевать.

– Может, потому и плевать, что никто сбежать не пытался? – задумался я.

– Шутишь? Ну, пытались некоторые, и что? У людей Шрама есть все возможности передавить нас в одночасье. Вся полиция ими подкуплена. Продавцы магазинов тоже в курсе, что в подвалах людей держат, но хоть бы кто что сделал – хрен там!

– Шанс есть всегда, – ответил я. – Пытаться все равно надо. А кто они такие – те, кто нас держат?

– А ты не в курсе? – усмехнулся кто-то еще.

– Вы сегодня так и будете галдеть, а? – дал о себе знать новый голос с одной из верхних полок. – Вам ночью мало было?

И все затихли. Один лишь дедок подозвал меня к нему на нижнюю полку. Скользнул взглядом по рыжему: тот отвернулся к стене. Ну и пусть дальше не высовывается. Конфликт с ним нифига не исчерпан, однако обострять его смысла тоже нет.

Дедок попросил говорить в полголоса, чтобы не мешать остальным отдыхать. Заметил у него на пальце синюю наколку-перстенек.

– Моя фамилия Лебедев. Будем знакомы.

Сказанное вызвало резкий приступ дежавю, словно где-то я это уже слышал.

– Артем Думский. Можно просто Думер.

– Раз можно, то всенепременно так и будет. Я сразу понял, что ты, Думер, ни черта не врубаешься в происходящее.

– Это еще мягко сказано, – кивнул я.

– И тебе нужна информация.

– Всем она нужна.

– Я не телевизор с программой «Хочу все знать». Но правда твоя – наш Царь переборщил. С ним бывает.

– Царь? Во назвался-то нескромно.

– Царенко у него фамилия, вот и Царь. Я, так уж быть, поделюсь чем смогу. Надеюсь, ты при случае это не забудешь.

– Намекаешь, что за мной должок будет?

– Да какой должок! – махнул он. – Все мы тут должники. Просто не забывай, что старик Лебедев когда-то первым сказал, что он тебе не враг.

– Не забуду.

Но и про то, что именно Лебедев подыграл Царю, предлагая мне сыграть в наперстки – тоже не забуду. А он тем временем продолжил:

– Спрашиваешь: кто они такие. Люди графов Медведевых, конечно.

– Графов?

– Ага. Московская аристократия решила пустить свои корни в столицу. Здесь они налаживают производство зелий и солей.

– Так-так-так. – Я охреневающе приложил руки к вискам. – Смотри, Лебедев. Это прозвучит дико, предупреждаю. Но начнем издалека. В какой стране я нахожусь?

– Во даешь, – усмехнулся он. – Российская империя. А что, незаметно?

– Петербург – столица? – развил я закономерную мыль.

Лебедев кивнул.

– Теперь давай про одаренных. И этих, как их… талантов.

Лебедев говорил емко и неохотно – я периодически уточнял и спрашивал, но все равно с трудом упорядочивал знания, которые мне только что открывались. Картина получалась следующая. Около полутора века назад в мире начали появляться одаренные, обладающие магическими силами. За последующий век аристократия породнилась с одаренными, и сегодня дар почти наверняка равносилен принадлежности к дворянскому роду.

Люди-таланты – редкие «побочные» продукты контактов одаренных с простолюдинами. Таланты не владеют магией, но обладают каким-либо одним уникальным навыком – порой совершенно бесполезным, а порой даже более полезным, чем дар. Я с большим трудом смог это представить, но Лебедева не перебивал – он и без того обрушивал на меня факты, ломающие шаблон.

Границы государств разительно отличались от моего родного мира. В детали я пока не вникал: в приоритетах было узнать другое. Например, то, что несколько лет назад в ходе теракта погибли император с супругой. Сразу после этого правительствующий Сенат разразился конфликтом, а власть перешла к молодому наследнику, абсолютно не готовому к управлению государством. Именно ему пеняют нынешнюю разруху и бездействие. Пока одни аристократические кланы следуют традициям прошлого и соблюдают закон, другие – вроде Медведевых или Тамбовских – начали действовать агрессивно. Отжимать бизнесы, крышевать других, заниматься рэкетом, заказными убийствами – ну и, конечно, полноценной войной с некоторыми другими родами.

– Но не все так однозначно, – многозначительно протянул Лебедев. – Арестовать дворянский род – задачка крайне сложная, если в этом не заинтересован Сенат или император. Ну а сами Медведевы и им подобные делают вид, что не признают компетентность нового императора. Считают, что сохранят порядок в империи гораздо лучше своими силами. Вот и начался передел территорий.

Не знаю почему, но технологически этот мир отставал от моего родного лет на тридцать. Видимо, появление магии ослабило гонку вооружений, а вместе с ней и науку. Но что совсем не укладывалось ни в какое понимание – так это схожесть отдельных моментов. Появление одаренных должно было направить историю по другой ветви – так оно отчасти и вышло. Здесь никогда не было СССР, зато сейчас, со слов Лебедева, каждый в империи знает о войне неких Красных Мундиров на Урале. Известных мне мировых войн не случилось – вместо них проскакивали местечковые конфликты. А почему? Да потому что мир так и остался в руках могущественных империй, а не мелких государств.

Но в истории можно копаться долго, и как будет время – обязательно изучу вопрос.

– …Медведевы заявились в столицу с реализацией зелий и солей, которые в спросе у одаренных, – продолжал Лебедев. – И быстро сообразили, что обрабатывать минералы и титровать зелья выгоднее в подпольных условиях. Вот так они и отлавливают таких как мы – тех, за кого никто не заступится и не будет искать.

– Меня не ловили, – отметил я. – Сам к ним забежал.

– Ты увидел то, чего не должен был видеть, – пожал плечами Лебедев. – Тамбовские крайне недовольны тем, что на их территорию лезут Медведевы, так что конспирация здесь серьезная. Свидетелей не оставляют.