Чтение онлайн

Кожа была скользкой, лоно Молли жарким, искривленный рот выкрикивал его имя.

— О!.. Сэм!.. Сэм!.. О!.. О!..

Она задыхалась, ей стало казаться, сейчас она умрет, а он с новой силой и страстностью пронзал ее отвердевшим до крепости железа членом. Она решила, что сошла с ума от сладостной муки, золотые и серебряные искры посыпались у нее перед глазами, а сама она стала затягиваться в стремительный водоворот, уносивший ее все выше и выше — в небеса, и вдруг… стало необычайно легко, она сама себе показалась перышком, пушинкой… Молли летала, парила над землей, и рядом с ней, вместе с ней, парил Сэм…

Они лежали, недвижимые, на влажных простынях, застыв от несказанного наслаждения. Капельки влаги покрывали их тела. Лужицы на полу, от ванны до постели, указывали путь, по которому пронес Сэм Молли на руках. Блаженство облаком окутывало их.

Молли с трудом приходила в себя, и вскоре, сославшись на головную боль, она уединилась. И Сэм не стал возражать, хотя проворчал себе под нос что-то. Он с уважением отнесся к ее жалобе, понимая, что слишком много нового открыла для себя Молли за последние дни, и ей необходимо время, чтобы все обдумать.

Но Молли в этот день не смогла что-либо обдумать. Накинув на себя ситцевую ночную сорочку, она забралась под одеяло и уснула, как только ее голова коснулась подушки.

Сэм был внизу, и обоняние подсказало Молли, что он жарит яйца с беконом. Она окончательно проснулась. Быстро умывшись, Молли натянула бриджи и рубашку. Она так привыкла к ним, что упаковала их с собой в поездку — на всякий случай! — и теперь была рада этому. Прямо сейчас она может ехать на ранчо, оседлать Эль Труэно и, повидав Хоакина, отправиться в лагерь лесорубов.

Спускаясь по лестнице, Молли мурлыкала себе под нос веселую песенку. Она открыла дверь на кухню и обнаружила, что Сэм стоит у плиты с лопаткою в руке. Наполняя воздух густым ароматом, кипящий кофе брызгал на раскаленное железо.

Сэм осторожно отставил кофейник в сторону. Когда он повернулся, чтобы пожелать жене доброго утра, улыбка сползла с его лица, превратившись в недружелюбную узкую полоску розового цвета.

— Что, черт возьми, ты на себя натянула? Молли застыла.

— То же самое, что натягивала каждый день с того времени, как вернулась на «Леди Джей». Я собираюсь к себе на ранчо.

— Я надеялся, ты останешься на несколько дней в «Кедровой Бухте». Мне хотелось принести тебе завтрак в постель…

Его дымчато-зеленые глаза сказали Молли, что он также собирался заняться с ней любовью, и, признаться, перспектива заняться с ним любовью сильно заинтересовала ее, но она отбросила саму эту мысль в сторону.

— Боюсь, у меня много работы. Я вернусь завтра вечером, как обещала.

Молли отвернулась, не желая видеть в его глазах неодобрение. Взгляд Сэма окинул ее с головы до ног, остановившись на бриджах.

— Я также надеялся, что ты будешь достаточно умна, чтобы понять: замужней женщине не пристало разъезжать по округе в мужских штанах. Переоденься в платье!

Молли разозлилась.

— Ты понимаешь, что говоришь? Скажи, кто сейчас из нас нарушает соглашение? Ты сказал, что ранчо «Леди Джей» останется за мной, и я намерена управлять им. И само собой разумеется, я не могу делать это в платье!

Она бросилась к двери.

— Ты знал, что я из себя представляю, когда женился! Так что не пытайся теперь меня переделать!

Она потянула дверную ручку и, открыв дверь, захлопнула ее за собой с громким стуком, через террасу направившись к крыльцу.

Сэм бросился за ней.

— Вернись, Молли! Ты моя жена, черт побери! Молли не останавливалась.

— Я одолжу у тебя лошадь, — крикнула она. — Приведу обратно, когда вернусь… если вернусь!

Кровь бросилась к лицу Сэма, от ярости у него застучало в голове. Проклятье! Молли, без сомнения, самая упрямая и глупая девчонка из всех, кого он когда-либо встречал!

Сэм не мог поверить, что она намерена продолжать носить эти чертовы бриджи. Он же станет посмешищем всей округи!

Сэм потянул носом воздух и, мысленно застонав, бросился обратно в дом. Когда он открыл дверь, из кухни потянулся дым.

Стиснув от злости зубы, он схватил с плиты сковороду, полную превратившихся в уголь яиц и бекона. Черт с ними! Сэму все равно уже не хотелось есть.

Молли не вернулась ни в этот вечер, ни на следующий, предоставив Сэму достаточно времени, чтобы поразмыслить о своей женитьбе.

Он разрывался между злобой и отчаянием. Сэм ужасно скучал. Как быстро, однако, удалось ей найти дорогу к его сердцу! Ночи без Молли казались ему бесконечными. Он все обдумал, и выводы, к которым он пришел, оказались малоутешительны: Сэм счел, что Молли права!

Она согласилась выйти за него замуж лишь потому, что хотела спасти обожаемое ранчо. Она любила «Леди Джей», и Сэму это было хорошо известно.

Как смел он ожидать, что ради него она забросит ранчо? Сам он последние два дня провел на лесозаготовках, успевая при этом помогать Эммиту управиться со скотом.

Сегодня, решил Сэм, он поедет в «Леди Джей» и постарается образумить свою хорошенькую маленькую жену. Может, им удастся достигнуть компромисса, который не затронул бы его гордость и убедил бы в то же время Молли вернуться.

Когда Сэм направлялся к конюшне, подъехал Эммит.

Кривая ухмылка на лице брата сказала Сэму, что ему известно об отъезде Молли.

— Ну что, твоя девчонка закусила удила? — спросил Эммит.

Сэм заворчал на ходу себе под нос что-то нечленораздельное.