Дуэль Пономаря
Шрифт:
– Готов ли ты вступить в круг трансформации? – спросил бас.
– Да. – Не задумываясь сказал Пономарь.
– Готов ли ты расстаться с былыми иллюзиями и прикоснуться к истине во всем ее нестерпимом блеске, величии и ужасе?
– Да. – Прозвучал ответ.
– Готов ли ты шаг за шагом идти по восьмичастному пути истинного освобождения?
– Да!
– Тогда – проходи!
Двое служителей, откинули бархатные завесы и перед Дарофеевым открылся просторный круглый зал. Целитель шагнул туда.
Зал освещался несколькими десятками свечей, трепещущих огоньков которых явно недоставало, чтобы рассеять мрак этого помещения. Посреди него, в тщательно вырисованном мелом кругу, стоял круглый же алтарь. На нем Игорь Сергеевич заметил распятие, ваджру, диск с пентаграммой, ветвь с зелеными листьями и кинжал.
По стенам, задрапированным черной тканью, стояло человек тридцать. Все в таких же плащах как и встретивший целителя, которые скрывали и лица, и фигуру.
Пономарь понял, что круг на полу – и есть круг трансформации и неспешным шагом направился туда. Едва Дарофеев переступил какую-то невидимую границу, как зазвенели колокольчики и кто-то невидимый начал громко читать молитву на незнакомом языке. – А теперь, – торжественно проговорил бас, – сними с себя чуждые твоей коже покровы, и предстань таким, каким был ты в миг рождения, и будешь в миг смерти, ибо стоишь ты на грани двух миров!
Несмотря на то, что Игорь Сергеевич, казалось, был готов ко всему, его постепенно начинала бить нервная дрожь. Необычность обстановки, явная таинственность происходящего, звуки непрекращающейся монотонной молитвы, все это действовало на Пономаря и заставляло его поверить в то, что он попал не на какой-то там фарс, устроенный его другом, а на самое настоящее эзотерическое посвящение неведомой секты.
Целитель уже начал расстегивать пиджак, как заметил, что его уже раздевают. Занимались этим, по видимому, те же, кто снимал с Дарофеева пальто.
В считанные мгновения Игорь Сергеевич оказался наг.
– Возляг же на священный алтарь! – Приказал ведущий.
Дарофеев повиновался. Ему было не по себе и от того, что он находится здесь, и от того, что на него смотрят эти, собравшиеся здесь люди, имея возможность созерцать его, далекое от атлетического, тело. Целитель буквально кожей ощущал, что все внимание приковано только к его персоне. Энергетические лучи исходили со всех сторон, пронизывая организм Пономаря и не было возможности от них скрыться, кроме как подняться и убежать.
Ведущий взял в руки кинжал. Молитва и перезвон сразу стали и громче, и интенсивнее. Моментами они стали срываться с мелодичности в ярую какофонию.
– Я пронзаю твое чрево, дабы выпустить из него змея чревоугодия и жабу похоти! – Медленно пробасил жрец. Он, держа кинжал двумя руками, приложил его острие к точке над пупком и быстро нажал на рукоять.
Игорь Сергеевич зажмурился и приготовился к боли. Но боли не было. Лезвие утопилось в рукоятке кинжала и, когда ведущий “вытащил” его из живота Дарофеева, в точке соприкосновения осталась неведомо откуда взявшаяся кровавая лужица.
– Я пронзаю твое сердце, дабы выпустить из него паука жестокосердия и нетопыря черной зависти!
“Погружение” кинжала в тело повторилось.
– Я пронзаю твою голову, – продолжал жрец – дабы выпустить из нее трех демонов: демона праздного любопытства, демона лукавого мудрствования и демона разрушительного полузнания!!!
И после этих слов, после прикосновения ледяного кончика кинжала к своему темени, Пономарь словно воочию увидел, как покидают его мозг, со страшными воплями, истекающие гноем и черной кровью, троица омерзительных существ, похожих одновременно на ящериц и на летучих мышей.
Все дальнейшее слилось в странную фантасмогорию. Дарофеев перестал понимать, что происходит наяву, а что плод его воображения, или экстрасенсорного восприятия. Живая ветвь с листьями сперва покрылась цветами, а затем на ней появились плоды, похожие на яблоки, и Игорь Сергеевич вкусил от этого плода. Диск с пентаграммой трансформировался в щит, а распятие в меч и целитель пронзил этим мечом свое отражение в зеркале.
Но, что Пономарь четко ощущал, так это то, что вокруг него с каждой секундой росла напряженность энергоинформационного поля. В какой-то момент, когда его давление стало уже нестерпимым, до слуха Дарофеева долетела фраза:
– Восстань, муж! Ты с честью прошел трансформацию и, возродившись к новой жизни, отныне являешься посвященным!!!
И словно прорвало какую-то плотину.
Целитель вдруг осознал себя парящим над алтарем. Вся память вернулась к нему. Он уже узнавал знакомые лица тех, кто стоял у стен. Они скинули капюшоны и теперь Игорь Сергеевич смог увидеть их лица. Он увидел брата Константина, который приветственно помахал Дарофееву рукой. Он увидел нескольких коллег из Центра Традиционной народной медицины, были среди них и Изотов с Витей. Невесть откуда появились несколько наголо бритых буддийских монахов в красных накидках. В руках у них были тибетские колокольчики и Пономарь понял, что это их пение он слышал во время ритуала.
Посвященного переполняла сила. Сила и радость вновь обретенного знания. Но внезапно пришло понимание того, сколько же ошибок он совершил, будучи лишен воспоминаний о собственном прошлом.
Требовалось немедленно все исправить. Но для этого необходимо тихое место, где никто не смог бы помешать. И целитель вдруг осознал, что уже находится в своей квартире на Рублевке. Перемена местонахождения была поистине мгновенной.
Оглядевшись, Игорь Сергеевич сообразил, что те люди, которые проводили для него ритуал будут волноваться по поводу внезапного исчезновения главного героя. Поэтому Дарофеев перенес себя обратно.
– Спасибо, друзья! – Воскликнул Пономарь, оказавшись стоящим на алтаре. – Я ваш должник! А теперь, прошу меня простить. Оказывается, у меня столько неотложных дел!
Костя, Сергей, Витя, подъезжайте на Молодежную. Я буду там…
И целитель вновь покинул зал кратчайшим путем.
Прошло не меньше двух часов пока Сергей Владимирович, Константин Сергеевич и Витя добрались до квартиры Дарофеева. За это время целитель успел переделать массу вещей.