Дуэль Пономаря
Шрифт:
Сергей Владимирович рассказал о программе, которую он обнаружил на энерготеле девушки и о том, чем чревато ношение такого образования.
– Хорошо, – кивнул Игорь Сергеевич после того, как Изотов закончил говорить, – пусть она его хочет найти. Но для чего? Она же наркоманка, профессиональная не то проститутка, не то убийца! Зачем ей наш пацан? Убить? Изнасиловать?
– Этого пока и я не знаю. И выяснить это можно только одним способом. Дать им встретиться.
Целитель недоверчиво хмыкнул.
– Конечно, всё происходящее надо будет держать под строжайшим контролем. – Добавил майор, но Дарофеева он не убедил.
– А, может, просто – снять эту программу, да и дело с концом? – Предложил Игорь Сергеевич.
– Можно, – согласился Изотов, – но не нужно. Их связь от этого не ослабеет. Насколько я успел заметить, программа уже ассимилировалась в её базовую энергоструктуру. Удалишь программу – придётся удалять и сопутствующие энергоканалы. А чем это закончится – непонятно. Возможно, от этого она умрет…
Пономарь поёжился:
– Тогда, действительно, лучше не трогать… А если спросить? Напрямую.
– Вряд ли она ответит честно. – Повёл головой майор. – Да и задавать такие вопросы – значит насторожить её. Она почувствует опасность и…
Дарофеев тихонько рассмеялся:
– Уж после того, что она видела…
– Ты прав. – Нехотя кивнул Сергей Владимирович. – Но всё равно, незачем добавлять страха. Возможно, эта Яичница сама проговорится, хотя надежды на это мало.
– Ладно, Бог с ней! – Игорь Сергеевич взмахнул рукой, давая понять, что эту тему он закрыл. – Теперь, что с Витей?
– Действуем по плану. Что же ещё?
Но когда пришло время выезжать, в головах друзей одновременно прозвучал голос хумчанина:
– Вы что, начали раньше срока?
– Нет. – Ответил Игорь Сергеевич. – Мы ещё дома.
– Тогда – отбой. – Сказал Витя. – Тут что-то происходит…
Изотов вбежал в комнату, где расположился Игорь Сергеевич. Всё было ясно без лишних слов. Едва майор расположился в кресле, друзья покинули тела и оказались над химкинским особняком.
Весь вечер Призрак поглядывал на часы.
Наконец, без четверти десять, Михаил Русланович спустился в комнату Вити. Всё время, после посещения Рыбака, его подопечный не проявлял никакой активности. Мальчик словно ушёл в себя, не желая реагировать на происходящее. Что он делал с своём мире, о чём размышлял, оставалось для Кашеварова полнейшей тайной. Хумчанин так заблокировал свой мыслительный процесс, что сквозь эту защиту не просачивалось ни малейшего намёка на мысль.
Впрочем, это было и к лучшему. Витя, погрузившись в раздумья, не просматривал мозги окружающих и это для Призрака было как нельзя кстати. Иначе бывший ГУЛ смог бы как-то воспрепятствовать тому, что должно было произойти.
Войдя в комнату мальчика, Михаил Русланович нашёл того лежащим на кровати. Незрячие глаза хумчанина были открыты и, не мигая, смотрели в потолок. Кашеваров потрепал Витю за плечо.
– Вставай. – Подумал Призрак. – Пойдём со мной.
Едва пацан прикоснулся к излучениям мозга телепата, он моментально вскочил с кровати. Те образы, что увидел Витя в мыслях Призрака, заставили хумчанина невольно содрогнуться.
– Куда?
Кашеваров уже взял мальчика за кисть и тянул за собой, но Витя упёрся, хотя и знал, что телепат гораздо сильнее его и, если потребуется, может увести, прибегнув к грубой силе.
– В подвал. Скрывать то место, где продавшийся Рыбаку Михаил Русланович хотел спрятать мальчика, было неразумно. Всё равно пацан смог бы выудить эту информацию непосредственно из головы предателя.
– Зачем вы это сделали?
Витя уже шел по коридорам здания, увлекаемый рукой Призрака.
– Деньги, мой мальчик, обычные деньги… – Думал Кашеваров. – Но огромное количество…
На это Витя ничего не ответил, продолжая автоматически переставлять ноги. Они спустились по лестнице. Телепат на мгновение остановился у выключателя, и они продолжили движение. Через минуту Михаил Русланович привёл пацана в одну из подвальных комнат. Судя по прелому запаху, она использовалась в качестве кладовой для картошки. Глазами Призрака мальчик увидел множество пыльных мешков, среди которых совершенно чужеродными предметами выглядели два чистых деревянных стула.
Усадив пацана на один из них, Призрак устроился на втором. Он взглянул на часы. Осталось чуть больше пяти минут.
– Ты не убежишь? – Спросил вдруг Михаил Русланович.
– Убегу. – Вдруг ответил Витя.
– Тогда… Можно тебя попросить?
– Смотря о чём…
– Убеги после того, как я тебя перевезу под Рыбака.
– А какая разница, когда это случится?
– Деньги… – Мысленно вздохнул телепат. – И ещё… Не программируй меня… Пожалуйста…
Хумчанин повернул голову к Призраку. В его мозгу накладывались одна на другую две картинки. Одна, то, что воспринимал с помощью ясновидения сам Витя и, вторая, то, что он видел, настроившись на зрение Михаила Руслановича.
Взгляд Михаила Руслановича не останавливался ни на секунду. Телепат словно не мог выбрать, на что смотреть. Он то глядел в глаза мальчику, в следующее мгновение, вспомнив, что пацан ими всё равно ничего не видит, разглядывал свои, скрещенные на коленях, руки, потом в чужом поле зрения появлялись тапочки, в которые были обуты ноги Вити.