Дублер
Шрифт:
Она печально улыбнулась и ироничным шепотом спросила:
— Опять Мари послала?
Он нахмурился и отвернулся, тихо буркнув:
— Сам пришел.
— Зачем?
Он замялся еще сильнее, стал щелкать суставами пальцев, потом сунул руки в карманы, сразу же вытащил и застегнул молнии. Стефани смотрела на его метания со снисходительной улыбкой, ожидая не ответа на вопрос, а результата внутренней борьбы "соврать/не соврать".
Стивен откинулся на борт машины, растрепал волосы, запрокидывая лицо к небу и медленно выдыхая, опустил голову и тихо буркнул:
— Не знаю. — Резко встал и обошел машину, громче и увереннее добавил: — Поехали, а? Пропустим завтрак, будем работать голодными.
Стефани тихо усмехнулась и осторожно поднялась, стала собирать покрывало, Стив мигом оказался рядом и отобрал.
— Я сам, садись в машину.
Она пожала плечами и отдала, навинтила крышку на термос, собрала пакеты, села на пассажирское сиденье и сняла туфли, со смесью боли и облегчения разминая ноги. Стив вытряхнул покрывало и забросил на заднее сиденье, сел за руль, завел машину и стал осторожно выезжать на дорогу. Спустя пару минут тишины Стивен не выдержал первым и спросил суховатым тоном, как будто поддерживает беседу из вежливости:
— С каких пор ты стала пить кофе без сахара?
Она чуть насмешливо улыбнулась и тем же тоном ответила:
— С четверга.
— Нравится?
— Нет.
— Так почему ты его пьешь?
— Не знаю, — развела руками она, — почему-то.
— Не хочешь — не пей, — пробурчал он, она фыркнула:
— Не хотела бы — не пила бы.
Он нахмурился и сжал губы, как будто сдерживает ругательства, она тихо фыркнула и улыбнулась, отворачиваясь к окну. Они промолчали до самой школы, где Стивен развлек зевак галантным открыванием двери и подаванием даме ручки, что опять заставило ее спрятать смущение за ироничной улыбкой:
— Ух ты, какая забота. Я раньше за тобой не замечала.
— Это не забота, — высокомерно отвернулся он.
— Уважение? — полуутвердительно ухмыльнулась она.
— Воспитание, — поправил он. — А раньше у меня просто не было поводов его демонстрировать, если ты помнишь, единственный раз, когда я тебя возил, дверь открыл твой павлин.
— Неправда, — подняла бровь Стефани, — это был второй раз. В первый раз ты выволок меня из машины и чуть не утопил, было потрясающе уважительно и воспитанно.
Он улыбнулся на одну сторону и промолчал.
На завтрак они почти опоздали, так что времени болтать не было. Мари сделала большие глаза, увидев их вместе, но выспросить ничего не успела. Девочки в столовой чуть глаза не сломали, рассматривая ее платье, а Стефани тихо злилась, но делала вид, что ничего особенного не случилось и она постоянно так ходит. Быстро проглотив завтрак, они пошли на грим, Мари под каким-то за уши притянутым предлогом отослала парней подальше и продемонстрировала Стеф свое беспрецедентное умение визжать шепотом:
— Вы помирились? Мохнохвостые тушканы, Стеф, когда вы успели?
— Мы не ссорились, Мари, — вздохнула Стефани, — но если ты имеешь в виду, что мы начали встречаться, то нет, не начали.
— Почему? — заломила бровки рыжая, мгновенно сдувшись с видом ребенка, которому злой дядя сказал, что Санты не существует.
— Кто бы мне сказал, почему… — нервно потерла лицо Стефани. — Я понятия не имею, что творится в его голове, но могу поспорить — полный беспредел.
— А откуда вы тогда приехали? — печально вздохнула Мари.
— Я еще вечером поехала на то место над перевалом, где рассвет встречаю обычно. Откуда он там взялся утром, лучше у него спроси.
— Ясно, — понурилась подружка. — А платье?
— Для колдовства нужна одежда без пояса, — поморщилась Стеф, — я просто взяла первое попавшееся теплое, потому что на рассвете холодно.
— Красивое, — улыбнулась Мари, трогая рукав, — тебе идет.
Стеф благодарно улыбнулась уголками губ и поторопила подружку.
Когда ее взяла в оборот Бетти, то потребовала снять платье, чтобы потом не портить прическу, а как только Стеф сняла, стилистка взорвалась, как вулкан:
— Росс, твою мать. Опять?
— Что опять? — непонимающе нахмурилась Стеф, морщась от ощущения, с которым визг Бетти чиркал по коже.
— Что? Вот это вот, раздери тебя гоблины, что? — она ткнула Стефани пальцем в плечо и это внезапно оказалось очень больно. Стеф вывернула шею, с удивлением рассматривая свое плечо, поморщилась, вспомнив, откуда там взялся такой грандиозный синяк. Бетти заламывала руки и патетично вопрошала потолок: — Как, скажи мне, как можно было умудриться такое заработать? Ты не каскадер, не турист и не каратист, в собственных ногах, как некоторые, не путаешься. Ты внезапно упала на ровном месте? Или тебя на тротуаре велосипедист сбил? Или пришельцы похитили нормальной, а вернули с синяком? — Тут она внезапно замолчала, как будто озаренная догадкой, опять нахмурилась, рассматривая синяк, зверски оскалилась и прошептала: — Ты что, штангу на себя уронила?
— Нет… — начала Стеф, но Бетти не стала ее слушать, а развернулась и умчалась, прошипев в пространство:
— Я убью эту гориллу.
В коридоре стихал пулеметный цокот ее каблуков, Стефани перестала вжимать голову в плечи и опасливо осмотрелась, заметив выглядывающих из-за стойки с одеждой костюмерш и мрачного Стивена, стоящего у второй двери с видом скучающего телохранителя. Как только они встретились взглядами, он тихо спросил:
— Так откуда синяк?
— Я у-па-ла, не помнишь? — со злым сарказмом прошипела она, он на миг задумчиво нахмурился, потом виновато зажмурился и спросил:
— В четверг?
— Ну, технически, в пятницу, — закатила глаза она, — но вообще — кому как. А теперь, будь добр, покинь помещение, я тут переодеваюсь вообще-то.
Он фыркнул с таким видом, как будто она несет чушь и не краснеет, смерил ее взглядом "что я тут не видел, я тебя умоляю", медленно развернулся и ушел. Из-за стойки с одеждой раздалось стерео хихиканье, мулатки по очереди выглядывали и опять прятались. Стефани вздохнула и спросила:
— Девочки, можете мне подобрать что-нибудь с рукавами?