Чтение онлайн

Стивен секунду помолчал и в конце концов осторожно спросил:

– Ты… ты предлагаешь?..

– Я ничего не предлагаю, – возразил Джош, театрально подмигивая.

– …но ведь если узнают…

– Как узнают? Если я болею, то болею.

– Но администрация, они-то узнают.

– Ну и как они узнают? Я же не собираюсь притворяться, будто потерял ногу или что-то в этом роде. Просто грипп, или ангина, или пищевое отравление: сомнительная устрица или еще что-нибудь. Если я могу закашливать себя до смерти каждый вечер на сцене перед восемью сотнями зрителей, то уж сумею убедить Донну, что у меня понос. Я же актер, помнишь? Притворство – это то, чем я занимаюсь.

– Ну, спасибо за предложение, Джош, но я должен сказать «нет».

– Погоди секунду, ты говоришь мне, что не хочешь сыграть главную роль в хитовом спектакле Уэст-Энда?

– Нет, я бы очень хотел сыграть…

– Тогда в чем проблема?

– Ну, просто я знаю то, что знаю, и поэтому мне не кажется… удобным принимать такое предложение, вот и все. Я имею в виду, мне не хотелось бы чувствовать, будто эти две вещи как-то связаны, как будто я заключаю какую-то… сделку.

– Сделку?

– Ну да, сделку.

Джош положил руку на грудь и отступил на несколько шагов назад в изумлении – реакция столь шаблонная и избитая, что только законченный актер мог на нее решиться и справиться.

– Погоди секунду, дружище, ты думаешь, что это подкуп? Ты к этому клонишь?

– Не совсем.

– Ты думаешь, я это делаю, только чтобы тебя заткнуть? Держи рот на замке при Норе, и я сделаю тебя звездой? Боже, Стив, за кого ты меня принимаешь? Я знаю, ты думаешь, я немножко козел, но я не представлял, что ты считаешь, будто я пал настолько низко.

– Я так не думаю, просто…

– Если хочешь знать, я уже сто лет хотел устроить тебе звездный час, просто у меня не было шанса сделать это. Но если это действительно задевает твои принципы так сильно, если ты действительно думаешь, что я предлагаю, чтобы держать тебя на крючке…

– Да нет, просто… Если я собираюсь куда-то продвинуться, то хотел бы, чтобы это была моя заслуга, вот и все.

Джош громко расхохотался:

– Заслуга? Стив, дружище, у тебя нет никаких заслуг – по крайней мере, в глазах публики. Ты можешь быть гребаным Ларри Оливье, и это ничего не изменит, если никто тебя не увидит. Но смотри, если ты по-настоящему счастлив в роли человека-невидимки, если тебе нравится сидеть в этой дрянной гримерке, попивать чай и ковырять пятку, а не показывать людям, на что ты способен, тогда конечно, хорошо, всенепременно, просто забудем обо всем этом. Но ты знаешь, что наследуют кроткие? Ни хрена, дружище. Ни. Хрена. – Джош вышел под дождь и двинулся к Оксфорд-стрит. – Просто не жди, что возможность появится еще раз, вот и все. Как ты сказал, я никогда не болею.

Стивен подождал секунду в дверях, заново проигрывая давно знакомую сцену на мысленном экране.

…Рев публики в его ушах, когда все поднимаются как один. Мощные волны любви, уважения и признания окатывают его. Прикрыв глаза от прожектора, он украдкой оглядывает публику и замечает лица Алисон, своей жены, Софи, своей дочери, – улыбающиеся, смеющиеся, кричащие и визжащие, с глазами, огромными от гордости и восторга…

– Джош, погоди немного, а? – позвал он, поднял воротник пальто и побежал по Бервик-стрит. – Я не хочу показаться неблагодарным, Джош. Я хочу сказать, я очень ценю твое предложение…

– Слушай, Стивен, давай прямо к сути. Твоя карьера… При всем твоем желании ты ведь не то чтобы жжешь в мире шоу-бизнеса, правда?

– Ну нет, но…

– А должен бы, разве не так? Я имею в виду, ты этого хочешь, ты этого достоин. Ты лучше половины этих бездарных клоунов. Все, что тебе нужно, – это счастливый случай, я прав?

– Ну, полагаю…

– И тебе ведь поможет сыграть один-два спектакля? Главная роль в спектакле в Уэст-Энде. Пригласить под это каких-нибудь людей, влиятельных людей, показать им, на что ты способен. Я бы мог шепнуть словечко своему агенту, вызвать его, ты бы пригласил семью. Я, конечно, не смогу посмотреть, но Нора могла бы.

– Но люди, конечно же, приходят только посмотреть на тебя?

– Нет, они приходят посмотреть спектакль. Как говорит Датчанин, «зрелище – петля…» [28] . А ты так же хорош, как и я, ведь правда? Ты должен так считать, или ты бы этим не занимался.

– Ну… – Стивен искоса взглянул на Джоша, ухмылявшегося ему в лицо, – я неплох.

– Ну и какого хрена им тогда? Мы же не собираемся втюхивать им какую-то дешевку. Ты единственный и неповторимый Стивен К. Маккуин! Ты их впечатлишь по первое число! – Он вдруг выскочил на проезжую часть, чтобы остановить проезжающее такси, и Стивен увидел на лице таксиста улыбку узнавания. – Примроуз-Хилл, приятель, пожалуйста, – сказал Джош голосом уличного торговца и открыл дверь.

Он серьезно, понял Стивен. Вот он наконец: Звездный Час. Вот так сам творишь собственную судьбу: просто говоришь «да».

«Говори же».

– Джош?

Джош закрыл дверь такси и через плечо оглянулся на Стивена:

– Ну?

– Ты же прекратишь это с Максин, правда? – спросил Стивен.

– Конечно.

– И все уладишь с Норой?

– Безусловно.

Таксист бибикнул.

– Тогда хорошо, – сказал Стивен. – Давай так и сделаем.

Джош положил руку ему на плечо и сжал:

– Ты уверен?

– Уверен.

– Два дня, декабрь, восемнадцатое и девятнадцатое? Это два вечерних спектакля и один утренний. Как раз под Рождество. Это, кстати, еще одна часть сделки – тебе придется стать сенсацией.

– Я стану.

– Отлично. Заметано. – Джош подмигнул и собрался уже сесть в такси, но остановился и сказал, чуть слишком небрежно: – О, и чисто для моего душевного спокойствия и совершенно без связи, мы договорились насчет того, что ты не скажешь о сам-знаешь-чем сам-знаешь-кому?

Стивен подумал секунду и ответил, пожав плечами:

– Рот на замке.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Тогда, внезапно, Джош оказался в такси и отчалил в пелену дождя.

Стивен стоял, глядя, как Джош ухмыльнулся ему сквозь заднее стекло, изобразил воображаемое ружье, пальнул и уехал к Норе. Где-то в глубине, под надеждой и возбуждением, Стивен четко ощущал, что совершил некую ужасную ошибку.

Потом он повернулся и пошел на юг, к Трафальгарской площади и ночному автобусу. Домой.