Чтение онлайн

Воинский смотр прошел неплохо. Ашезир даже выдавал воинственные кличи — в груди не спирало, в горле не першило, в носу не щипало. Повезло, что стоял лютый холод, в котором ни одной пылинки не было, даже прошлогодние листья и семена-сережки заиндевели и сосульками застыли на ветках.

Он вернулся во дворец, когда темнота уже несколько часов царила над Шахензи. Думал позвать Хризанту, чтобы вознаградить себя за дневной успех, но понял, что ни на что не способен, даже на развлечения.

Спать. Только спать.

Он не стал противиться усталости: пусть ляжет раньше обычного, зато и встанет раньше и отдохнувшим.

Быстро переодевшись в ночную рубаху, Ашезир отправился в кровать.

Уютная полудрема покачивала на волнах, дневные мысли и тревоги смешивались с сонными видениями… Тело дернулось, будто подскочило на ложе, а сон стал слаще.

Перед взором проносились зеленые травы, цветущие поля, а он не задыхался, мчась за стройной девицей. У нее почему-то были синие волосы. Она бежала легко, едва касаясь земли. Потом вдруг остановилась и затопала. Ашезир уже догнал ее, обхватил… Она же все топала, ударяя пятками о землю.

«Прекрати!» — хотел он крикнуть, но язык не двигался, а стук продолжался.

И продолжался, и продолжался…

Ашезир вскочил, помотал головой.

Какой неприятный сон!

Стук продолжался… Он исходил из смежной комнаты.

Данеска! Ну чего ей надо?!

Ашезир слез с кровати, потер глаза и поплелся к двери. Все-таки дурацкий закон, что император (да и принц тоже) только сам может открыть эту проклятую смежную дверь…

— Данес… — начал он и осекся.

Перед ним стояла не Данеска, а та ее рабыня-прихоть, которая совсем недавно попала ему под руку.

Не дав время возмутиться, девица затараторила:

— Божественный, императрицы до сих пор нет! А она говорила, что к закату вернется! Она с утра ушла… Но никто меня не слушает, ведь с ней охранник! Но императрица всегда возвращалась в обещанное время!

Первым побуждением было отвесить рабыне оплеуху, но слова «всегда возвращалась в обещанное время» заставили передумать. Данеска и впрямь часто бывала несносна, но если обещала быть в определенное время у себя, то была. А тут ночь на дворе… В это время Хинзар уже спит. Значит, она не с ним. Либо с ней что-то случилось, либо она по-глупому попыталась сбежать к брату-любовнику. В любом случае надо выяснить.

— Куда она с утра отправилась?

— Так с принцем куда-то, божественный.

— Ясно, — буркнул Ашезир и захлопнул дверь перед лицом девицы.

Все это чепуха, наверное… Мало ли где Данеска. С нее станется и стоять на летней террасе, смотреть на звезды.

А может, и не чепуха…

Спросить у Хинзара, когда в последний раз видел Данеску?

Нет, пока бесполезно будить мальчишку. Наверняка жена найдется где-то во дворце. Рабыня просто побоялась искать императрицу в столь позднее время. Неспроста же другие слуги, рабы, да и охранники не волнуются.

Размышляя об этом, Ашезир поймал себя на том, что натянул штаны, надел верхнюю рубаху и вот уже вдевает руки в зимний кафтан из толстой шерсти,

Ну ладно, раз уж оделся, надо поискать. То-то смеху будет, когда найдет! Сам же первый и посмеется.

Увы, посмеяться не пришлось. Все, кто видел Данеску, видели ее выходящей из дворца вместе с принцем. Вернулся принц один…

Куда идти? Поискать жену в саду? На подворье? Среди ледяных скульптур, которые ей так нравились? Или сразу спросить у Хинзара?

Но что мальчишка может сказать? Что императрица решила остаться снаружи?

Ашезир подозвал стражника и вместе с ним вышел из дворца.

Мишени, установленные у стены, продырявлены стрелами — ясно, Данеска здесь была, но сейчас ее тут нет. У внешних ворот, ведущих на площадь столицы, ее не видели. Среди ледяных статуй, где нежные любовники прятались от родителей, а изменники — от супругов, тоже.

Еще есть ледяной лабиринт, но там у нее точно блудить не получилось бы: вход туда и выход оттуда охранялись, кто попало ни войти, ни выйти не мог…

Да где же она?! Где?!

Легкая тревога переросла в волнение, волнение — почти в панику.

Ашезир все-таки вошел в ледяной лабиринт — от безысходности.

Стражник освещал путь факелом, хотя в этом не было нужды: тем и великолепен лабиринт, что огни за его стенами проникают сквозь лед, освещая.

Они прошли больше половины туннеля.

Все, хватит, пора обратно. Тут тоже ничего…

— Возвращаемся, — бросил он стражнику.

Тот послушался, развернулся, но вдруг вскрикнул:

— Божественный! Там!

Ашезир обернулся: за поворотом и впрямь что-то темнело. Он шагнул в ту сторону.

Данеска!

Лежит лицом вниз — на ледяном ложе, в окружении ледяных стен. Мертва?

Он позже это выяснит! Нет времени припадать к ее груди или подносить ко рту лезвие кинжала!

— Помоги! — крикнул он стражнику.

Вместе они вынесли Данеску из лабиринта, занесли во дворец, а затем и в покои Ашезира. С теми, кто стоял на охране ледяного туннеля, он разберется позднее, сейчас точно не до того.

— За лекарем, быстро! — крикнул Ашезир и, не дожидаясь ухода стражника, принялся раздевать Данеску.

Заиндевевший, подбитый мехом плащ, несколько слоев теплой шерстяной одежды…

Как она умудрилась замерзнуть?

Не сейчас… Не сейчас об этом думать!

Раздев жену, он бросил у камина суконное одеяло, положил ее на это ложе, затем скинул кафтан, верхнюю рубаху, ботинки и, пнув смежную дверь, распахнул.

Данескина прихоть была там — сидела, прислонившись к кровати, распахнув испуганные глаза.