Друзья-подруги

Глава первая. Об умении ладить (и немного — о неумении)

— Честно говоря, я думала, они в первые же дни поубивают друг друга. Ну или хотя бы отрубят что-нибудь! — заметила Тхар, рассеянно покусывая травинку — одну из последних зеленеющих.

— Да, просто удивительно, что они поладили, — кивнул Ллио. Вернее, попытался кивнуть, что с головой, подпёртой обеими ладонями, было не очень удобно.

Подстелив спальник Ллио, они лежали на вершине небольшого холма, наслаждаясь одним из солнечных деньков, которых в эту осень выпало на удивление много, и наблюдали за тем, как внизу Радег учит Дирелла сражаться без оружия.

— Подозреваю, что ему просто нравится безнаказанно избивать твоего брата, — хмыкнула девушка, провожая взглядом Дирелла, в очередной раз приземляющегося пятой точкой на землю в нескольких шагах от места вылета.

— По крайней мере, у Дирелла теперь нет времени и сил на бесконечное занудство, — фыркнул юноша, не без удовольствия наблюдая за тем, как старший брат встаёт, потирая все места, пострадавшие в процессе обучения (и украдкой, не подозревая о лишних глазах, места, пострадавшие в процессе приземления).

Тхар хихикнула. О занудстве Дирелла можно было слагать легенды. Его уже трижды оставляли "прихорашиваться", так как обозу надо было двигаться дальше. Гаисхаш в шутку предложил эльфу мыло и ветошь — очищать от грязи те места, куда тот собирался опустить свою… в общем, куда он собирался сесть. Эльф взял и поблагодарил совершенно серьёзно. В одном из придорожных сёл Дирелл купил себе низкую скамеечку и теперь регулярно проверял её на чистоту и обмахивал — каждый раз перед тем, как сесть, не реагируя на шуточки орков и людей, обрадованных разыгрывающимся на их глазах неизменным спектаклем. Ему по-прежнему приходилось есть то, что дают, и там, где придётся, но в одном эльф восторжествовал: посуду за него теперь мыла Мирела.

Вдобавок он взялся воспитывать не только Ллио, но и всех, кто попадался в поле его зрения. За исключением Странника, которого он побаивался после памятного случая. Впрочем, из числа воспитуемых также выбыл Цедарг — орк просто при каждой попытке принимался любовно поглаживать или точить секиру, не отвечая на слова эльфа, но зато взглядом мясника окидывая его сухощавую фигуру. Дирелл нервно сглатывал и исчезал, а в спину ему ухмылялся орк. Разумеется, Цедарг ни на минуту не собирался действительно воспользоваться оружием — с чувством юмора у орка всё было в порядке.

Почти сразу из этого списка выпала и Тхар. Буквально на следующий день, когда она верхом на Дружке немного отстала от остальных. После не слишком деликатной попытки Дирелла намекнуть на её неподобающий внешний вид.

— У меня в сумке есть пара юбок, — кивнула Тхар. Но не успел Дирелл самодовольно обрадоваться своим удивительным способностям к убеждению, как девушка проникновенно продолжила: — Давай ты снимешь штаны, наденешь юбку и поедешь верхом. И расскажешь мне к вечеру о своих ощущениях. А я, например, с огромным удовольствием посмотрю, как ты в юбке будешь слезать с лошади. И докуда она у тебя задерётся, когда ты будешь сидеть верхом. И если в конце дня ты с чистой совестью скажешь, что ни разу не испытал неудобства, то я удовольствием последую твоему примеру и надену юбку.

Дирелл открыл рот, чтобы возразить, но ничего умного не придумал. Зато представил Тхар в юбке верхом на Дружке, смутился и рот закрыл. Потому что такие вещи приличным эльфам представлять было как-то… неприлично.

А в ответ на его замечание о коротких волосах девушка ответила:

— Во-первых, я не эльфийка, а в чужой огород со своей рассадой не лезут, запомни на будущее. А во-вторых, я бы замучилась выбирать всю ту гадость, которая путается в твоих кудрях!

Эльф тут же принялся судорожно вертеться, пытаясь прочесать пальцами ниспадающие почти до спины лошади локоны. Тхар насмешливо наблюдала, как он выуживает из них щепки, пух, листики и даже довольно крупного паука-сенокосца. Последнего эльф отбросил, по-девичьи взвизгнув. Тхар не выдержала и расхохоталась, придерживая Дружка. За спиной продолжающего панически себя ощупывать эльфа она перемигнулась с Гаисхашем, который ещё утром высыпал щедрой горстью весь этот разнообразный мусор на тщательно расчёсанную шевелюру эльфа.

Дирелл понял, что с Тхар лучше не связываться, и неожиданно перекинулся на Радега. Но не с занудными нотациями, а с просьбой научить его защищаться от подобных сокрушительных ударов и, если возможно, приоткрыть тайну его молниеносной реакции. И сейчас, благодаря сломанному колесу одной из телег и всеобщей усталости от бесконечной тряски, уроки возобновились, к вящему удовольствию Тхар с Ллио, занявших удобный наблюдательный пост.

— Всё-таки, он очень сильный, — завистливо вздохнул Ллио, глядя на орка.

Тхар он не говорил о состоявшемся "мужском разговоре", который Радег оборвал, не дав эльфу толком начать. Просто развернул плечи и поинтересовался у глядящего на него снизу вверх (немножко, но всё же!) эльфа, как тот собирается защищать Тхар с такой худосочностью и полным неумением сражаться. В ответ на попытку доказать, что сражаться он умеет, Ллио заработал несколько весьма болезненных синяков и замечание, что "этого" даже учить бесполезно. Потом ещё пришлось унижаться — просить вернуть меч. Нет, Ллио прекрасно понимал, что шансов доказать свою пригодность у него не было, ведь перед глазами стоял пример Дирелла, который фехтовал в пять раз лучше, и всё равно был повержен. Но иначе юноша поступить не мог. Хотя доля правды в словах Радега была: орк действительно мог постоять за Тхар не хуже, а может, и лучше него самого.

— Да, дуб такой, — рассеянно согласилась Тхар, разглядывая орка. Разгорячённый Радег скинул куртку и рубашку и сейчас был в тунике без рукавов, открывавшей любому интересующемуся взгляду его прекрасно развитую мускулатуру. Рыжие косы блестели медью в лучах солнца, взлетая и опадая, когда орк двигался, а делал он это с хищной грацией и скоростью, удивительной для его роста и веса. Тхар задумчиво скользила по фигуре орка взглядом, а Ллио смотрел на неё.

— Он тебе нравится? — наконец спросил он.

— М? — очнулась Тхар, подпёрла голову одной рукой, а второй потянулась за следующей травинкой. Куснула её и ответила серьёзно: — Вот сейчас, издалека, я нахожу его симпатичным. Но как только он приближается… — она раздражённо отшвырнула слишком сухой стебелёк. — То и дело он совершает вещи, которые мне не очень приятны.

Ллио помрачнел. Какой смысл обещать Тхар защищать её, если у него это не получается?! И что теперь делать, если орк слов не понимает, а силой ему ничего не доказать?