Друид
Шрифт:
Хозяйка мертвой воды смекнула, что разговор не для простых смертных НПС и позвонила в колокольчик. Несколько секунд была тишина, а затем, двери слова распахнулись, но уже осторожно и медленно. В них появилась молодая, русоволосая девушка в белом платье, расшитом бисером и посмотрела на Хельгу.
– Олесь, сопроводи Ольху и малышей в гостевые апартаменты. Они - наши гости.
Служанка едва склонила голову и небольшими рывками засеменила к несколько смущенной избраннице Бишкека. Через несколько мгновений две девушки с двумя малышами вышли из зала, и Хельга перевела взгляд на Иприха.
– А Иприх?
– Спросила Хельга, обращаясь к Рандому.
– Он сейчас нас слышит и ему кажется, что он участвует в дискуссии. Я буду иногда уступать ему тело.
– Артем, продолжай.
Как начать объяснение, даже не смог сообразить вот так сразу. На секунду я замолчал, собираясь с мыслями, а затем выдохнул и начал с вопроса.
– Всем знаком термин «рандом»?
– Артём начал свой рассказ с вопроса.
– Ну.
– Ответил Гершвальд и посмотрел подозрительно на Иприха.
Но тут на помощь пришёл сам Рандом.
– Можете меня считать богом.
– Да уж, а Восьмой умеет преподносить новости, подумал Артем улыбнувшись.
– Богом случая.
– Пояснил он.
– Счастливого?
– Уточнила Хельга.
– Любого. Все, что связано с удачей, в моей власти.
Гершвальд, видимо, не верил нам, расценивая это как спектакль. Остальные Рыцари ордена, видимо, тоже, искоса наблюдая за телом Иприха. Взгляд у Грандмастера погас, став обычным, а затем он сунул руку за пазуху и вынул оттуда серебряную монетку. Подкинув её несколько раз в руке, он произнес:
– Что выпадет, бог случая?
– во взгляде молодого, но уже седого как луна, грандмастера играли озорные огоньки детского любопытства.
– Орел или решка?
– и подбросил серебряную монетку.
– Гарпун.
– Безразлично ответил Рандом, снова овладев телом, которое уступил его хозяину.
В этот момент разноцветный витраж разлетелся осколками, обрызгав всех цветными осколками стекол. В стену позади Иприха вонзился огромный двухметровый гарпун, разрубивший пополам монетку. В ту же секунду в разбитое окно влетел белый Кречет и тут же уселся на плечо хозяйки. Секунд пять Хельга глядела в желтые глаза птицы, а потом повернулась к присутствующим, которые заворожено глядели в окно на, чернеющий от количества дирижаблей, пиратский флот.
– Это вы виновны в их появлении?
– голос хозяйки мертвой воды звенел угрожающими нотками, а колючий взгляд, был обвиняющим.
– Они пришли за Ведалом.
– Произнес Рандом кивнув на Беррхема, который, видимо, не ожидал, что его раскроет союзник.
– Я знал!
– Гершвальд вскочил, вынимая из ножен свой огромный меч.
– Сядь!
– Осадил его бог с разноцветными глазами и Гершвальд тут же поскользнулся и рухнул у стола.
Довольно глупо рухнул, надо сказать. Да и как можно было поскользнуться, сомневаться не приходилось. Наверняка, это была одна из поучительных проделок Рандома, который, заодно, и показывал, что может влиять даже на такие вещи. Гершфельд вновь попытался подняться, но на его плечо легла рука Иприха, который жестко, но без лишних движений, посадил своего подручного на место.
– Вы не против, если я продолжу? Этот человек сделал больше для борьбы с пиратством, чем весь ваш орден, за всё время его существования.
– Рандом указал пальцем на Беррхема, продолжая смотреть на Гершвальда.
– За Ведалом охотятся все пираты мира? Пчелы против меда?
– С легкой усмешкой спросил Герршвальд, хотя во взгляде его читалась заинтересованность.
– Вы никогда не задумывались, почему Ведал бессмертен? Почему вы уничтожаете пиратов пачками и всё равно не можете убить их лидера? Потому что он трус и прячется где-нибудь в логове? Тогда разве будут слушать пираты своего трусливого командира? Подумай Иприх.
– Нет. Не будут.
– Согласился глава ордена, снова овладев своим телом.
– Но тогда, я все равно не вижу смысла.
Видимо, Грандмастер ордена и в самом деле не замечал, как его мягко теснят из его же тела. Однако, это прекрасно замечали все остальные, кидая друг на друга проникновенные и всё понимающие взгляды, но не решались произнести ничего вслух.
– Ведал - это лишь титул, а не имя. Беррхем бросил вызов и победил Ведала в честном бою и, тем самым, украл это имя. За этим и пришли сюда пираты, им нужно вернуть свой символ.
Теперь все смотрели на Беррхема, который несколько смутился от такого внимания.
– Мальчик, ты и в самом деле бросил вызов королю пиратов?
– Осведомился один из самых старых приближенных Хельги в красно-черных одеждах.
– У меня не было выбора.
– Ответил он.
– И поэтому ты, опасаясь возмездия, решил спрятаться в городе полном гражданских лиц, чтобы спрятаться за их спинами?
– эти слова озвучил уже Гершвальд.
– Скажешь, что у тебя тоже выбора не было?
Теперь, по комнате прокатился смех. Глубокий и Звонкий. Смеялся Рандом, обводя взглядом всех рыцарей, но на ком-то конкретном, не останавливался.
– Вы так и будете пытаться обвинить того, кто, по сути, превзошел вас в борьбе со злом и собрал вместе всех пиратов мира? Или же просто разом уничтожите и всю эту кодлу?
– Но они нападут на город.
– Произнес тот из советников, что носил одеяния росомах.
– За Китеж можете не волноваться. Важно другое: как орден меча и розы ответит на вызов объединенного войска флибустьеров?
– тактично осадила своего советника Хозяйка мертвой воды.
Спустя 3 часа.
Ночь для всего города, прошла в суматохе. Все, кто находился поблизости, теперь перебирались за каменные стены города, расположенного на острове лесного озера. Глашатаи во всех концах города старались перекричать друг друга, рассказывая местным жителям про врага и угрозу от него, про то, что в ближайшее время ворота города закроются и славный город уйдет под воду, чтобы ни один пират не ступил на его благословенную землю. Также, глашатаи призывали добровольцев взяться за меч и топор, чтобы дать отпор пиратам, решившим покорить не только море но и землю Скивов, и сейчас, направляющихся к городу.
Добровольцы были, их было много среди местных жителей и приехавших на ярмарку. Но всё-таки, не достаточно много. Мужики вовсю готовились к весеннему сезону у себя в деревнях, а на ярмарку, решили выбраться селяне только из ближайших селений . В основном же, на других посмотреть и себя показать, приехали старики, женщины и дети. А ещё, молодожены.
Многие из них записывались в добровольцы, но когда сотники видели рядом с ними зареванных молодых девчонок в венках, тут же вычеркивали их имена. Приказ Хозяйки мертвой воды звучал четко и ясно: никто, из тех, у кого меньше двоих детей, не может записываться.