Чтение онлайн

– Боже мой, Джим, зачем нам все это? – он тыкал пальцем в экран и укоризненно смотрел на капитана Кирка. – Неужели вы на самом деле полагаете, что в этой груде искореженного металла могут остаться живые?

Через динамик коммуникатора прорвался голос Ухуры:

– С вами желает говорить мистер Скотт. Капитан Кирк коснулся нескольких кнопок на своей контрольной панели.

– Скотти, я слушаю.

– Я уже собирался писать завещание, сэр. Тот удар в левый борт, который мы недавно получили, вызвал деформацию опоры ускорителя. Еще один маневр, и она развалится.

– Я буду помнить об этом, мистер Скотт. Попытайтесь как можно быстрее отремонтировать опору. Пока нам еще рано рассчитывать на отдых. И ваши фирменные пословицы еще понадобятся в деле.

– Пусть они попробуют мной закусить, сэр.

– Вот это похоже на вас, Скотти. Будем держаться все вместе.

На зеленой рубашке капитанской униформы отражались мерцающие огоньки компьютерных экранов инженерной консоли. Его глубокая внутренняя связь с мистером Скоттом отражалась на его лице, в глубине его глаз.

– Готовьтесь к нападению с обоих флангов.

– Защитные экраны установлены на максимально возможную защиту, доложил Спок, находившийся возле своего внушительного библиотечного компьютера. Этот компьютер давал «Энтерпрайзу» большую часть тех преимуществ, которые отличали его от других кораблей Звездного флота, он постоянно модифицировался, пополнялся информацией с целью лучшего управления сенсорами, двигателями, системами обнаружения и контроля. Его возможности непрерывно росли вместе с возможностями корабля, пока те и другие не стали просто легендарными, а Спок оказался первым вулканцем экспертом по компьютерам в Звездном Флоте. Его мозг постоянно шел в ногу с электронным мозгом компьютера, и вместе они парили в лучах славы. И вот я оказалась на расстоянии вытянутой руки от них обоих и, почувствовав себя крошкой, углубилась в свой монитор, надеясь, что на меня и мои провалы в работе просто не обратят внимания. Почему же клингоны медлят? Почему они не появляются перед нами прямо сейчас?

– Доктор Маккой, вас вызывает судовой лазарет, – в голосе Ухуры прозвучала тревога. – В батарее обнаружилась течь в системе охлаждения, имеются жертвы. Доктор Андрюс Таурус требует вашего разрешения на проведение специфического для таких случаев лечения.

Лицо Маккоя сразу же посуровело. Он не очень ласково посмотрел на капитана, и их взгляды встретились.

– Пора завязывать со всеми этими делами, капитан, – предупредил он в осторожной форме.

Вскоре доктор, что-то бормоча о буре в стакане воды, исчез в турболифте. Я снова повернулась к экрану моего сканнера и переключила свое внимание на него.

До меня доносились голоса, свидетельствовавшие об организованном беспорядке на корабле: Ухура по каналам связи вызывала кого-то на мостик, Спок спокойным голосом сообщал результаты своего анализа, капитан Кирк сдержанно отвечал. Все эти голоса гармонично дополняли друг друга, даже в их хаосе можно было уловить стабильность, понимание ими друг друга с полуслова даже в такой экстремальной ситуации. За исключением одного голоса, который не вписывался в их стройный хор. Я откашлялась и подумала о том, что мне лучше всего сейчас вообще молчать.

В этот момент у турболифта появился Сарда. На секунду он задержал свой взгляд на мне, хотя наверняка слышал по каналу связи, как меня вызывали на мостик, и мое нахождение здесь не могло быть для него откровением. Теперь он был одет в униформу, золотистый цвет которой хорошо гармонировал с цветом его волос. Я снова подумала о несуразности собственного наряда. Нашивки на его рукаве были одинаковыми с таковыми Зулу: он тоже относился к инженерной службе, и до меня дошло, что именно его Ухура только что вызывала на мостик. Быстрым шагом Сарда направился к пульту управления вооружением.

– Сэр, – ворвался голос Зулу. – Корабль клингонов только что произвел торпедный залп!

– Держитесь!

Первая торпеда угодила во внешнюю обшивку корабля в ее передней части по правому борту. Все, кто в тот момент стоял, оказались на полу, включая меня, Сарду и даже Спока. Капитан смог удержаться на ногах только потому, что крепко схватился за поручни. К тому времени, когда я, наконец, поднялась на ноги, потирая ушибленные места, клингоны произвели повторный залп. Он потряс «Энтерпрайз» до самого основания.

– Лейтенант Мейерс, уходим в сторону. Зулу, попытайтесь детонировать их торпеды до того, как они успеют долететь до нас.

– Эта методика, в основном, существует еще в теории, но я попытаюсь.

Лейтенант, произведите расчеты для возможного перехвата.

Я ощутила гулкие удары своего сердца еще до того, как догадалась, что он говорит не со мной, а с Сардой, чья бронзовая голова склонилась над панелью управления вооружением. Он произнес:

– Задание принято. Расчетные траектории перехвата определены, необходимые цифры уже передаются вам, сэр.

– Принято.

Клингоны оставили в покое искалеченную «Звездную Империю» и, горя жаждой мести, приближались к нам. Ярко-красные вращающиеся шары – сгустки огромной энергии догоняли «Энтерпрайз», а мы пытались ускользнуть от столкновения с ними. Зулу произвел пробный залп перехвата, и ему удалось все же блокировать один из торпедных ударов клингонов. Космос вокруг нас на несколько секунд осветили яркие вспышки. Однако другой залп все же достал нас и как следует встряхнул «Энтерпрайз». Третий залп прошел мимо и исчез в черном вакууме. Мы успели восстановиться и нанесли ответный удар, достав один из вражеских кораблей, которому пришлось временно убраться восвояси.

Кирк нажал кнопку переговорного устройства.

– Скотти, ты жив?

– Капитан, наш. импульсный двигатель получил удар рикошетом. Его можно починить, но на это потребуется время.

– Сколько именно?

– От 17 до 20 минут на ремонт.

– Приступайте.

Он повернулся к Споку.

– Есть какие-нибудь предложения?

– Наши кормовые защитные экраны здорово пострадали. Но у нас еще остались резервные источники импульсной энергии. Предлагаю с их помощью усилить надежность нашей защиты.