Чтение онлайн

– Бро, ты меня слушаешь или нет? – Почти обиделась она. – Она родила Кри, учителя католиков. Потом как-то дошла до ближайшего ранчо, а дальше понятно.

– Уфф! – Выдохнул обер-лейтенант. – Слушай, я сам католик, и я точно говорю: ты путаешь. Всё это было не у нас в Юте, а в Израиле…

– Включи мозг, бро, – возразила Элеа, – откуда в Израиле снег и елки?

– Ниоткуда, – согласился он.

– Вот! А на рождественских картинках у католиков всегда снег и елка.

– Хрен ты её переубедишь, – вмешался Ходжес. – Я уже пробовал, но у нее железная логика. На картинках снег и елка, и младенец Христос на скотоводческом ранчо.

Дэмин Инсвик почесал в затылке и нерешительно спросил.

– А действительно, откуда на рождественских картинках снег и ёлка?

– Хрен знает, – произнес Траск. – Может, найти какого-нибудь попа? Тут есть попы?

– На Мэйн-Роад есть тэмпл христиан из Юты, – Бэмби показал рукой направление на северо-запад. – Там всегда торчит пара попов и, они любят поболтать про все такое.

– Там церковь мормонов, – уточнил Ходжес.

– Ну их на фиг, они сектанты, – ответил обер-лейтенант.

– На фиг, так на фиг, – согласилась Элеа. – По-любому, у нас дома есть елка, правда трансгенная. Для чисто-ютайской елки у нас слишком жарко. Короче, пошли уже.

– Дома это где? В тюрьме что ли? – Осторожно поинтересовался Улкерт.

– Нет, – она тряхнула головой. – Мы с Харри живем в моем fare в Туфути, отсюда 10 минут пешком. В марте был fare-sale. Я, как бы, стрельнула у папы денег и купила задёшево. А в тюрьму Харри ходит по выходным отмечаться и играть в баскетбол.

…

Ёлка росла в центре клумбы перед фасадом небольшого полуоткрытого 2-этажного бунгало – типичного полинезийского fare из стволов бамбука на дюралевом каркасе, установленном на ножках – совсем коротких со стороны склона холма, и высоких со стороны залива, плещущегося в сотне шагов, через дорогу, идущую вдоль берега.

Вся компания разместилась на циновках около клумбы. Мужской контингент ВМФ Гренландии занялся дегустацией молодого вина из самоанского винограда, так что функции рассказчика легли на плечи Фрэн Лаудер.

– … В общем, 20 ноября все бумажки по Аннобону и по остальной Экваториальной Гвинее были подписаны. Ура! Правда, в глубине континентальной части до сих пор торчат оккупанты, но это уже не наша проблема. Мы бьем баклуши и ждем, когда из Нанорталика придет эсмнец-авиатракер и два рейдовых ракетных катера. Ждали две недели. Мы со Стью учились местному стилю фридайвинга, а наши парни, гм…

– Так ведь ситуация, – вмешался Инсвик. – Мы такие красивые, а вокруг девчонки…

– Ваш фридайвиг, кстати, тоже, это… – Многозначительно добавил Рейсвил.

– Ты что, подглядывал? – Строго спросил Палфри.

– Не я, а местные подростки. И не только подглядывали… – Рейсвил повернулся к Ходжесу. – …Представляешь, кэп, наш гренландский департамент развития новых территорий прислал самолет с кучей дешёвых коммуникаторов. Ну, для развития туземных детей. В коммуникаторе видеокамера. А подросткам интересно, как это делается у белых. Стью и Фрэн теперь восходящие порно-звезды Африки.

– Сейчас как тресну по лбу. – Сердито предупредила Лаудер.

– Я-то причем? Посмотри на их блогах: «Наши любимые национальные герои».

Фрэн вздохнула и продолжила.

– …Короче, 7-го мы вышли в море, 17-го пришли в Нанорталик, ещё два дня ушло на разные церемонии, а потом отпуск. У нас уже было спланировано. Мы вылетели на суборбитальном рейсе «Meganezia Starcraft». Хорошая штука, хотя и дорогая. И 21 декабря прибыли в Паго-Паго. А тебя-то и нет. Говорят: ушел в море работать и неизвестно, когда вернется, поскольку шторм, а в акватории есть критические суда. Между прочим, не такой уж и шторм. Мы скинулись, купили нормальное корыто и отправились тебя искать. В смысле, подарки же надо вручать до Рождества.

– Это хорошо, что у нас гренландские эккаунты, – добавил Улкерт. – Трансполярная платежная система работает, как часы. А у американских и европейских платежных систем такие проблемы вне своих регионов… Прямо скажем: жопа.

– Какая ещё жопа? – Удивился Ходжес.

– Ну как тебе объяснить, кэп? Такая из двух половинок и в середине дырка.

– Прикинь, – вмешалась Фрутти, – мы рыскали по акватории, нам было не до TV.

– Харри, я тебе сейчас всё объясню, – сказала Элеа, включая ноутбук, – заодно, кстати, сделаю обзор событий, чтобы потом не отвлекаться.

– Ты что, прямо вот так сходу делаешь медиа-обзоры? – Удивилась Фрэн.

– Ага, – меганезийка кивнула. – Только так и надо, иначе будет не прикольно!

– ---------------------------------------------

– ---------------------------------------------

Привет всем, кто уселся в нашу 1001-ю тележку! Я, Элеа Флегг, заняла место за штурвалом, и кто не пристегнулся, я не виновата. Будет трясти по-взрослому.

Вчера произошел банковский катаклизм. По версии Интерпола, хакеры из «Фронта освобождения острова Гренада от оккупационного режима Нуэва-Гранада» (это на юге Карибской акватории) провели мощную ALS-атаку на сервера ведущих биржевых и банковских концернов. Эффект типа «Великой ошибки 2010», когда некий сотрудник крупнейшей международной фондовой биржи что-то неправильно нажал, и котировки перекосило, а биржевые роботы, в изобилии присутствующие в брокерских системах, восприняли это, как реальный кризис (на то они и роботы) и чуть не обвалили рынок окончательно. «Великая ошибка 2010» нарушила работу лишь одной международной торговой площадки, и лишь по одному типу финансовых суррогатов. Испорченные сегменты данных быстро восстановили, а с шальными миллиардными прибылями и убытками, возникшими в ходе этой короткой фиесты маразма, как-то разобрались.