Чтение онлайн

– Euro-TV называет «Фронт Освобождения Земли» экологическими террористами.

– Euro-TV перепутало! Мы – экологические контр-террористы! Но теперь Euro-TV уже говорит иначе, можно посмотреть, – сообщила Мбиби, после чего занялась супом.

– Хэх! – Произнес Поэтеоуа Хаамеа и подвинул ноутбук поближе.

– Извините, – сказал Дмитро Сботов, обращаясь к Желеву. – Можете ли вы уделить мне некоторое время тет-а-тет?

– Да, разумеется, – ответил биофизик и нежно погладил Эппл Лек по руке, – любимая, я сейчас отскочу ненадолго с мистером Сботовым, ладно?

– Ладно, – киви-таиландка улыбнулась. – А я пока почитаю про эльфов.

Самым удобным местом для разговора оказался край стойки бара около дальнего угла балкона-платформы, у самого ограждения. Здесь можно было выпить кофе и без помех поговорить с глазу на глаз.

– Тсветан, позвольте мне говорить прямо и откровенно, – начал 2-й советник.

– Да, Дмитро, так даже лучше, – согласился Желев.

– …Если, – продолжил тот, – говорить прямо, то очень многое зависит от ваших чётких, взвешенных, последовательных, логичных ответов на вопросы о некоторых событиях.

– Я готов, – лаконично ответил биофизик.

– Замечательно! Тогда я сразу перейду к вопросам. Первый и главный вопрос: когда и каким образом вы познакомились с гастарбайтерами из Черной Африки?

– Сегодня около полудня, – ответил Желев, – в Сфакионе, в ресторане у причала. Мы в начале немного повздорили из-за чепухи, а потом, как иногда бывает в таких случаях, познакомились и решили повеселиться.

– Поплясать на свежем воздухе? – Уточнил Сботов.

– Да. А эти ребята если пляшут, так пляшут. И я тоже люблю поплясать, а Эппл Лек прекрасно танцует. В каком-то смысле мы все оказались единомышленниками.

– Понятно. А с Эппл Лек вы тоже познакомились в Сфакионе?

– Нет. Мы познакомились в университетском городке Ретимон на северном берегу. В Сфакион приехали уже вместе.

– Тоже понятно. Простите за нескромный вопрос, Тсветан, а почему вы записались в Сфакионе в отеле, как мистер и миссис Желев?

Биофизик сделал глоточек кофе и выразительно пожал плечами.

– Мы с вами взрослые люди, Дмитро. Вы же знаете, что так делают почти все.

– Да, конечно, – Сботов улыбнулся, – я просто уточнил. Давайте вернемся к танцам на берегу. Судя по видеозаписи, эти танцы были, как бы сказать…

– Эмоциональными, – помог ему Желев. – Буря эмоций. Агрессия, эротика, секс. Такая выразительная игра, своего рода любительский театр импровизаций.

– Но именно игра? – Уточнил 2-й советник.

– Да, игра, – Желев энергично кивнул. – Мне понятен смысл вашего вопроса, и я отвечу прямо: мы не собирались ни с кем устраивать свару. Эти моряки-марокканцы вообще оказались для нас неприятным сюрпризом… Уличные бандиты, только в униформе и с автоматами. Мне сразу вспомнились наши старые фильмы про турецких оккупантов.

– Значит, у вас есть предубеждение против марокканцев, турков и вообще мусульман?

– Да, – подтвердил биофизик. – И я в этом ничуть не оригинален. Но я цивилизованный человек и спокойно отношусь к тому, что есть люди, которые мне не нравятся.

– Это здравый подход, – согласился Сботов, – но в прессе циркулирует версия, которая, вероятно, вам уже известна. Версия, что вы вдвоем с мисс… Э…

– …Мисс Росс. Вы могли бы прямо спросить её фамилию.

– Извините меня, – 2-й советник церемонно наклонил голову. – Я тоже цивилизованный человек и стараюсь быть тактичным. Так вот, циркулирует версия, что вы и мисс Росс выступили режиссерами этого… Инцидента.

– Чушь, – буркнул Желев. – Я вообще не ожидал, что марокканцы схватятся за оружие, потому что я привык к цивилизованным обычаям. Одно дело – ругань, хотя это тоже неприятно, и совсем другое дело – перестрелка. Но парни из Черной Африки знают о мусульманах больше, чем я, и они были готовы к такому повороту событий.

– А вы знали, что у этих гастарбайтеров есть пистолет-пулеметы?

– Мне даже в голову не приходила такая мысль.

– Понятно. А насколько обоснованно гастарабайтеры открыли огонь?

Доктор Желев выразительно взмахнул руками.

– Абсолютно обосновано! Когда бандит хватается за оружие, надо стрелять первым.

– Да, это логично, – согласился Сботов. – Давайте перейдем к следующему эпизоду. Скажите, как в вашем распоряжении оказался ракетоплан?

– Этот ракетоплан собственность мистера Доннела Данбара, которого вы видели.

– Да. Тот джентльмен, который целился в меня из револьвера.

– Он отставной военный, – пояснил Желев, – и, видимо, привык действовать жёстко. Поэтому там, в Сфакионе, он сразу сказал: «у меня два места в самолете»… И мы согласились, потому что угодить на войну… Вы понимаете?

– Значит, – резюмировал Сботов, – мистер Данбар просто подвез вас на Агалега.

– У него тут знакомство, – снова пояснил Желев, – вот он и выбрал этот островок.

– Тогда, – подвел итог 2-й советник, – картина полностью ясна. Но, увы, эта ясность устраивает далеко не всех. Есть политические силы, которые не заинтересованы в логичном и простом объяснении. Силы, которым выгодно интерпретировать цепь совпадений… Порой трагических совпадений… Как заговор с участием НРСБ.

– НРСБ, это наша разведка, я правильно понимаю?

– Совершенно верно, Тсветан. Противостояние между нашей разведкой и турецкой «Teskilat» не прекращается никогда. Такова политическая реальность. Кое-кто хочет использовать инцидент в Сфакионе для ужесточения режима пропуска болгарских кораблей через Босфор, полностью контролируемый турецкими властями.

– Ужесточение это, фактически, блокада? – Спросил Желев.

Дмитро Сботов помедлил немного и утвердительно кивнул.

– К сожалению, Тсветан, это весьма вероятно.

– Черт знает что! – Возмутился биофизик. – Если турецким исламистам для подобного решения хватило слухов и домыслов, значит, они просто искали любой повод!