Чтение онлайн

– На самом деле, – ответил он, – тут нет никакого dress-code… И undress-code тоже нет. Одевайся, как тебе удобнее, или никак. Большинству туземцев удобнее именно никак, однако это не значит, что ты обязана им подражать. Тебе об этом уже рассказывали…

– Да, – перебила она, – я это себе представляла, как пляж нудистов… Или как любой меганезийский пляж. Ничего особенного. Но здесь этот стиль не только на пляже, а и вообще в жизни. Undress-code, как ты пошутил… Или не пошутил…

– Не пройдет и двух дней, – пообещал Гоген, – как ты выберешь для этого места свой персональный стиль и перестанешь фокусировать на этом свое внимание.

– Хорошо, если так, – она улыбнулась, а потом снова стала очень серьезной. – Слушай, мама сказала: с тобой можно советоваться про что угодно. Но я не знаю. Есть такая скользкая тема… Только, между нами, договорились?

– Мы об этом договорились ещё на Муруроа, – напомнил он. – Ты хочешь спросить про туземные сексуальные обычаи, точно?… Они почти такие же, как и во всей Меганезии. Большинство девчонок твоего возраста в это играют. Но если ты не хочешь играть, то просто не играешь. И никаких объяснений, кроме «я не хочу». Это принцип tiki.

Юная француженка снова улыбнулась и качнула головой.

– Знаешь, я ещё не привыкла к тому, что здесь… Everyone is not same as everybody.

– Типа, да, – ответил Гоген, – Убирать «not» из этой фразы у нас запрещено Хартией, поэтому, мы, канаки признаны варварами в официальной резолюции UNESCO.

– И вы дружно гордитесь этим? – Слегка насмешливо спросила она.

– Я горжусь, – лаконично ответил он.

– Не помешаем? – Раздался иронично-тактичный голос Уфти Варрабера.

Атаурский полковник стоял в пяти шагах от маленького лодочного пирса, на котором обосновались Лианелла и Гоген.

– О, черт… – Выдохнула француженка.

– Aloha, – ответила Симона Сид, устраиваясь рядом. На представительнице политбюро правящей партии Соц-Тимора была надета очень короткая синяя юбочка, застегнутая липучкой на правом бедре, и кислотно-яркий алый шейный платок, завязанный таким образом, что под шеей получался квадратный узелок, а два изящных острых хвостика спускались вниз и в стороны слегка накрывая небольшие загорелые груди. Этот наряд дополнялся кислотно-желтой банданой, охватывающей лоб и не дающей рассыпаться блестящим черным волосам, причесанным с некоторой артистичной небрежностью.

– Симона здесь зажигает не по-детски, – пояснил Уфти. На нем самом не было надето ничего, кроме легкой матерчатой перевязи с небольшой сумочкой.

– А полковник Варрабер спит с пистолет-пулеметом, – наябедничала она.

– Ничего подобного! Я отстегиваю перевязь и кладу рядом. Это не называется «с»!

– Демагогия, – припечатала тиморка. – Ладно, мы тут интересуемся: вы смотрели последние новости с острова Росса? Там есть, что обсудить.

– А что там случилось? – Спросил Гоген.

– Случилось страшное! – Произнес Уфти и скорчил гримасу, достойную самого злого скандинавского тролля по голливудской версии.

– ------------------------------------------------------------------

– ------------------------------------------------------------------

Привет всем! Напоминаю: меня зовут Иден Блай, вообще-то я продюсер научно-художественной кинокомпании «Au-Interstellar», и я веду многодневный судебный репортаж с острова Росса за отсутствием тут штатного корреспондента 1-го канала.

5 ноября, третий день процесса над международной исламской террористической группировкой, захваченной в Паттайе (Таиланд) и, частично, у нас в Окленде, был знаменателен множеством неожиданных событий. Для тех, кто не смотрел судебное заседание online, я изложу события кратко. Начну с маленькой победы гуманизма, в которой есть доля моего участия. Несовершеннолетняя Райни Кхитмай, мусульманка, согласилась на помощь психолога – не мусульманина и решила, при его поддержке, согласиться выступить с показаниями. Этим психологом стал мой коллега, Торверк Хникарсон, исландец, киносценарист и философ. Он прилетел на остров Росса тоже с Туамоту, но несколько позже меня, поскольку заезжал на фестиваль на Фиджи.

Не так давно Торверка подвергли остракизму в США и ЕС за фильм «Крестоносцы минус», где крестовые походы были показаны, как совместный проект католических и суннитских лидеров, направленный на кровавую рекламу своих религий. Кровь в этом фильме порой просто заливает экран. Скандал был настолько серьёзен, что Торверку пришлось расстаться с американской кинокомпанией «Gardner». Он перешел в новую шведско-исландскую кинокомпанию «Scandia-Screen», но это отдельная история, а для сегодняшней темы важно, что Торверк хорошо знает культуру мусульман, включая те стороны этой культуры, о которых, увы, часто забывают, говоря о политике. Он легко цитирует наизусть Омар Хайама, Руми, Авиценну и кого-то ещё. Я всех не запомнил.

Мы с трудом добились утверждения Торверка Хникарсона в роли психолога, но труд окупился результатом. При поддержке Торверка мисс Кхитмай быстро и эффектно обрисовала суду свое положение в шариатской семье и в клинике доктора Аджана Гелчара. При этом сама мисс Кхитмай исповедует асвади, социально-прогрессивный ислам, muslim al koran-aswadi (по-арабски – ислам зеленой книги). Эта ветвь ислама отличается от суннизма и шиизма, имеет свою версию корана и не признает шариата. Историки считают, что учение асвади близко к гуманистическому суфизму XIII века.

Мисс Кхитмай не отрицала свое пособничество в теракте, но просила учесть, что она находилась в клинике, как рабыня. Хозяин мог искалечить или убить её. Суд поставил перед присяжными вопрос о признании мисс Кхитмай и мисс Нратонг невиновными. После короткого совещания присяжные ответили «да». Обе несовершеннолетние девушки остаются на острове Росса как свидетели. АГК предоставил им комнаты в служебном отеле. Они обе попросили убежища в Новой Зеландии, бумаги переданы в департамент иммиграции. Далее Мисс Кхитмай показала, что доктор Гелчар активно участвовал в теракте, организованном саудовцем Мулиа Эн-Нахилом. Это совпадает с показаниями Эппл Лек Нратонг и наших парней, находившихся в исламском плену в Паттайе. Сейчас Гелчару, кроме обвинения в терроризме, предъявлены обвинения в обращении несовершеннолетних в рабство и в принуждении их к участию в заведомо криминальной деятельности. Присяжные далее признали доказанной роль Мулиа Эн-Нахила в управлении международной террористической сетью. Начата процедура экстрадиции Эн-Нахила в Папуасский Фриюнион (где он планировал ряд терактов).