Чтение онлайн

– Это основа вашей Великой Хартии? – Поинтересовался Дземе Гэнки.

– Нет, это основа Parau-i-Hoe, а Хартия гораздо более прагматична.

– Но принцип тот же? – Предположила Хотару.

– Хэх… – Спарк почесал в затылке. – Тут, как бы, есть два ответа. Один по учебнику, а другой – по жизни, как я это понимаю. В Хартии сказано: любой канак…

Его объяснения прервал громкий гудок сетевого вызова. Келли ткнула пальцем значок «reply», и на экране появилось сосредоточенное лицо Акелы.

– Привет, флибустьеры! Вы там селедок гоняете, а с эсминца янки вылетела вертушка «Bell-Dolphin», по ходу, к вам в гости.

– Он будет у вас минут через 40, добавила Санди, появляясь в поле web-камеры, – я на всякий случай позвонила на Китаото в локальную полицию Фую-Цин-Чао. Мало ли…

– Панда, – промурлыкала Келли, – ты самая-самая заботливая подруга на свете.

– А то как же! – Гордо ответила Санди, – между прочим, мы с Акелой уже накормили и выкупали всех четверых мелких. Сейчас я поверну камеру, чтобы ты их видела…

…

Скоростной геликоптер «Bell-Dolphin» с эсминца «Фаррагут» находился в 20 милях от цели, когда радар нашел подозрительный летательный аппарат справа по борту. Почти сразу в эфире возник голос.

– Патруль Цин-Чао вызывает copter US Navy. Вы только что пересекли границу нашей эксклюзивной экономической зоны.

– Ответь им Шарп, – распорядился адмирал Дэнброк.

– Да, сэр, – отозвался пилот и произнес в микрофон. – Слышу вас, патруль. Мы не ведем промысла и не заходим в 12-мильный радиус архипелагов. Наши действия законны.

– Пока что да, – согласился патрульный, – но к нам поступил сигнал от фирмы, ведущей контрактный морской промысел. Они опасаются, что ваш борт будет создавать помехи этой деятельности. Я вас предупреждаю: вы под наблюдением.

– Скажи: мы приняли это к сведенью, – проворчал адмирал.

– Мы приняли к сведенью, – сказал Шарп в микрофон. – Что-нибудь ещё, патруль?

– Больше никаких проблем. Добро пожаловать в море Цин-Чао.

Точка, обозначавшая подозрительный ЛА на экране радаре мигнула и исчезла. Шарп сдвинул микрофон в сторону и с некоторой обидой пробормотал себе под нос.

– Морские манчжуры совсем обнаглели.

– Их молодая страна, – спокойно заметил Дэнброк, – зарабатывает международный авторитет. Здесь это удобно делать. Мы зажаты в акватории Иводзима, как сосиска в сэндвиче, между ними и меганезийцами. Это надо принимать в расчет, ясно Шарп?

– Я понял, сэр. Нези, засранцы, продали манчжурам по дешевке патрульные флаеры прошлой серии. Специально прикармливают соседей, не иначе. А манчжуры теперь выделываются. Играют в бэтмена. Появились – исчезли… А разрешите вопрос, сэр?

– Разрешаю.

– Сэр, я не могу врубиться: манчжуры и тайваньцы это одна команда, или нет?

– Ну, парень, ты спросил… Тут в двух словах не ответишь… Гм…

– Сэр, – негромко произнес лейтенант коммандос с заднего сидения, – всех наших интересует, кто здесь кто. А то мы сидим, как болваны. Извините, сэр.

– Ладно, парни, – проворчал Дэнброк. – Тогда вот что я вам скажу. Неофициально, разумеется. Сначала все думали, что манчжуры это креатура красных корейцев и помогают им красные китайцы, как обычно. Потом в этой истории нарисовались тайваньцы, скандинавы, оззи и киви. Уже странно. Потом на северных Рюкю и на островах Идзу выросли длинные уши красных китайцев. У тех наших яйцеголовых умников, которые пишут аналитические рапорты, чуть не сварились мозги от этой путаницы. Но им повезло: тайваньцы и красные китайцы поделили поляну. Цусима и северные Рюкю отошли красным, а южные Рюкю и вся мелочь к востоку от Окинавы досталась будто бы тайваньцам. Яйцеголовые уже сочинили рапорт страниц на 300, исходя из этого, но тут – бац! Манчжуры начинают игру, независимую от Тайбея. И непонятно: то ли это реально независимая игра, то ли тайваньская военная хитрость.

Вилли Дэнброк многозначительно замолчал, разглядывая появившуюся в поле зрения плавучую инсталляцию, похожую на игрушечный замок с квадратной стеной, круглой башней и даже мостиком через воображаемый ров… Впрочем это, разумеется, был не мостик, а пирс, достаточно широкий, чтобы принимать авиационные контейнеры.

– А какое ваше мнение, сэр? – Спросил лейтенант коммандос.

– Мое мнение, парень, такое: в Токио и в Тайбее кто-то ведет двойную игру. Именно поэтому наши яйцеголовые не могут понять, что такое Цин-Чао.

– Сэр, а какую игру ведут нези? – Спросил кто-то из коммандос.

– Меганезийцы, – авторитетно объявил адмирал, – не ведут никакую игру. Они просто сшибают деньги со всех игроков. Они чертовски выгодно устроились.

…

«Bell-Dolphin» с изяществом розового летающего слоника Думбо, сильно выросшего, перекрасившегося в сине-белый цвет, но сохранившего игривый нрав, приводнился у самого пирса надувного замка-плавбазы.

– Наглый как койот, – прокомментировала Келли, уперев кулаки в бедра, придав лицу зверское выражение и приготовившись скандалить.

– Не напрягайся, дракончик, – посоветовал ей Спарк и, повернувшись к Дземе Гэнки, добавил, – бро, опусти пушку стволом вниз. Мы не собираемся стрелять, мы просто напоминаем форсам янки, что они забыли спросить у нас разрешение.

Короткие ружья-гранатометы выглядели достаточно внушительно, но Спарк и Гэнки взяли их в руки только чтобы отметить некорректность визита геликоптера 7-го флота США без приглашения… Хотару, включив видеокамеру, невозмутимо фиксировала происходящие события… Из кабины геликоптера появился пожилой дядя с идеальной осанкой, упакованный в офицерскую флотскую униформу, поправил белую фуражку, окинул взглядом четверых сердитых молодых людей и улыбнулся.

– Как выражается в таких случаях мой сын: «sure-prize».

– Oh, fuck! – Изумленно воскликнула Келли, – адмирал Дэнброк!?

– Да. Доброе утро, мисс Клай. Отлично выглядите.

– Ну… – Спарк почесал себя за ухом, – доброе утро, мистер Дэнброк. Welcome aboard.

– Доброе утро, мистер Валентайн, вы не будете возражать, если мои парни посидят на свежем воздухе на вашем супер-понтоне? Они не будут ничего трогать, я обещаю.

– Aita pe-a, – согласился Спарк. – Вон там, под навесом есть котелок чая и сколько-то кружек. А мы с вами можем пойти на, как бы, мостик…