Драм
Шрифт:
Волк вытер мохнатую конечность о траву и сунул её в мою ладонь. Я погладил его по макушке. Зверь прижал уши и прикрыл глаза. Ещё немного и замурлычет. Но, хорошего понемногу! Завершив сеанс релаксации, я вскочил на спину хищника. Серый повернул ко мне недовольную морду. А что? Накормил, приласкал – будьте любезны доставить, куда нужно. А нужно мне… Я снова набрал “Бони Мила”. Заводчица находилась совсем рядом. Показал волку маршрут, тот кивнул и сорвался с места. Я снова чуть не упал. Надо на досуге поработать над стартом.
Мчались мы с ветерком, поэтому достигли нужного пункта в считанные минуты. Впереди показалась большая ограда. Волк сбавил ход и остановился перед деревянными воротами. Сквозь неплотно прибитые доски виднелось множество вольеров и клеток, в которых щебетали, рычали и скулили всевозможные твари. Кого там только не было! Вся известная в природе фауна, включая Красную книгу. Гомон из-за ограды стоял такой, что хотелось заткнуть уши. Да уж, дело поставлено тут с размахом!
Посредине ворот я заметил маленький прямоугольник. Ага, калитка! Собрался постучаться, но меня остановила надпись. На двери висела табличка “Осторожно, собака!” Двусмысленность предостережения настораживала. То ли имелось ввиду – “Подумай лучше, собака такая, стоит ли с нами связываться” или же это обычное предупреждение о неадекватной скотине на цепи. А, может, и не на цепи. Я представил себе огромного Цербера, с нетерпением ждущего незваных гостей.
Повернулся в сторону волка, поманил к себе пальцем. Тот категорично помотал головой и попятился. Может, зря я его завербовал? Уж больно трусоват. Ладно, зато бегает быстро. Я вздохнул и постучался в калитку. Тишина. Постучал снова. Послышались чьи-то шаркающие шаги. Наконец дверь отворилась – передо мной возникла вмеру упитанная дама. Она жевала пирог и смотрела на меня оценивающим взглядом. Словно прикидывала, чего я стою. Хорошо хоть зубы не проверила. В смысле как у коня на рынке.
– Мне нужна Бони Мила, - я прервал процесс немого разглядывания моей натуры.
Ответом меня не удостоили.
– Это вы? – снова попытался разговорить молчаливую пышку.
– Ну! – не переставая жевать калорийную сдобу, выдавила из себя дама.
– Вот это животное, - я указал рукой за спину, - изъявило желание стать моим питомцем.
Бони внимательно посмотрела на волка.
– Ну!
Всё я больше не могу! Если это жвачное ещё раз нукнет, я за себя не ручаюсь. Хотя, чего я мучаюсь? Когда не клеится разговор, надо просто найти общий язык. В сознании возникла картинка, как мы с пухлой Боней роемся в холодильнике в поисках замороженного деликатеса. Я встряхнул головой – бредовое видение растворилось в сером веществе моего мозга.
– Ну! – хозяйка местного зоопарка, наконец, доела свой пирожок.
Итак, мадам изволит изъясняться частицами и междометьями? Пожалуйста!
– Что? – я включил дурочку.
– Вон! – кивнула в сторону волка Бони.
Надо же! Да у нас богатый лексикон!
– Где? – эта убогая импровизация почему-то начинала мне нравиться.
– Вот! – девица потёрла между собой пальцы.
Этот жест во всех мирах означает одно и то же – деньги.
– Хм! – я пожал плечами.
– Да ну! – мадам махнула рукой, видимо давая понять, что разговаривать больше не о чем.
Я вдруг представил, как наша беседа выглядит со стороны. Да уж! Эллочка Людоедка по сравнению с нами – просто эталон красноречия. Всё, пора заканчивать эту пантомиму. Достал из кармана одну серебряную монетку и протянул её в качестве доброй воли.
– Бр-р! – девица с презрением оттолкнула мою руку.
Смотри-ка, торгуется. Я вынул ещё одну денежку.
– Ох! – мадам отвернулась, поправляя на голове волосы.
Я снова пошарил в кармане. На ладони красовалась уже половина моей наличности.
– Вот! – я гордо позвенел серебром.
Бони Мила не ответила. Она подошла ко мне вплотную и запустила пухлую ручонку в мой карман. Я ожидал чего угодно, только не такого самоуправства. От самоуверенной наглости грузной дрессировщицы я впал в лёгкий ступор. Мадам, ничуть не смущаясь, выгребла все деньги до последнего медяка. Это называется самообслуживание по-драмски. А в простонародье – грабёж.
– Ну, это уж… - опомнившись, я хотел возмутиться, но девушка уже извлекла из недр мощного декольте бумагу и принялась её заполнять.
Через минуту мне был предоставлен документ следующего содержания: “Волк серый является собственностью … В этом месте зиял пропуск. Ну конечно, я же не представился.
– Свен, - допущенная небрежность была тут же исправлена.
Бони внесла в документ недостающую информацию и протянула его мне. Окончательная версия аусвайса выглядела теперь так: “Волк Серый является собственностью Свена Косноязычного”. В самом низу издевательской бумаги стояли две буквы – Б. М. Я не знал смеяться мне или плакать.
– Ого! – это единственное, что я мог выговорить в тот момент.
– Ну-у!
– девица махнула рукой. Мол, не стоит благодарности.
Обобрав меня до нитки, массивная пародия на красноречие потеряла ко мне интерес и продрейфовала в сторону раскрытой калитки.
Из кармана послышались вибрирующие смешки. Я веселье своего плоского спутника не разделял, хотя, со стороны весь этот полунемой театр выглядел, наверное, забавно. Мычание ягнят, блин!
Вообще, положение глупее не придумаешь! Я снова остался без гроша в кармане, и, главное, ради чего? Ради сомнительного клочка бумаги, подтверждающего принадлежность несмелого куска шерсти мне, Свену Косноязычному. Вот ведь ещё и обозвали напоследок!
Я посмотрел на своё приобретение. Оно, свернувшись в уютный клубок, беззастенчиво дрыхло в тени старого дерева. Я тут хожу по инстанциям, выправляю бумаги, а он спит!
Я вздохнул и уже хотел сложить мандат пополам. Вдруг почувствовал что-то твёрдое. Присмотрелся – свисток. Блестящий предмет был прикреплен к самому углу выписанного мне документа. Это что – подарок на память или блестящая безделушка имеет практическое значение?
Самый верный способ проверить – дунуть! В смысле свистнуть. Конечно, кое-какие догадки у меня уже были, но отступать от задуманного я не стал. Подошёл к спящему хищнику, нагнулся и свистнул в самое ухо. Серый подпрыгнул так, что чуть не оказался на верхушке дерева, под которым спал. Я едва успел увернуться. Волк с вертикальным взлётом какой-то!