Драконье горе
Шрифт:
– Принц может подумать, что у тебя есть… душа…
– И что?…
Он несколько удивленно взглянул на меня и, мгновение помолчав, пояснил:
– В Началах сказано, что обладающий душой Человек станет вершиной созидания Творца, что ему не будет равных в этом Мире и что… он вытеснит из этого Мира и маленький народец, и сквотов… Как ты думаешь, очень хочет принц, чтобы его место занял… – Сэр Вигурд оборвал свою речь и красноречиво посмотрел на меня.
В этот момент мы как раз подошли к крыльцу нашего гостевого флигеля. На пороге стояла Гротта, явно дожидающаяся нас. Я вопросительно на нее посмотрел, и она тут же заговорила:
– Сэр Владимир, вам прислали личную горничную. Она уже… хозяйничает в ваших покоях!…
– Вот как?! – удивился я. – Но я об этом не просил!…
– Правда?! – тут же просияла наша служанка-хозяйка. – Значит, я могу отослать ее назад?!
– Подожди, Гротта, – неожиданно вмешался сэр Вигурд. – Возможно, еще одна горничная нам пригодится, я, знаете ли, весьма капризен…
И он несколько смущенно улыбнулся.
– Но я вполне могу справиться с хозяйством флигеля! – горячо заговорила Гротта. – Два благородных сэра – совсем небольшая нагрузка для меня! В моем флигеле бывало и по четверо гостей, и я вполне справлялась!…
– Гротта! – резко перебил ее Вигурд. – В чем дело?! Почему ты против… помощи?!
На глазах у девушки внезапно выступили крупные слезы, и она сдерживая рыдания, проговорила:
– Но если служанка-хозяйка обращается за дополнительной прислугой, ее… могут наказать…
– Что значит – наказать?… – тут же насторожился я.
Гротта испуганно посмотрела на меня, и я немедленно смягчил тон:
– Расскажи нам, чего ты боишься… Ведь ты же чего-то боишься…
Ее взгляд заметался между нами, словно она не слишком хорошо понимала мой вопрос, а затем вдруг она глубоко вздохнула и заговорила совершенно спокойным от полного отчаяния голосом:
– Служанка-хозяйка должна обеспечить гостям императора полный комфорт, она обязана выполнить любую их прихоть! И при этом обойтись своими силами… Служанка-хозяйка может попросить управляющего замком о посылке дополнительной прислуги, но причины для этого должны быть очень вескими!… После отбытия гостей управляющий оценивает работу служанки-хозяйки и решает… Если гости пожаловались на что-то, то служанку-хозяйку наказывают!… Если она попросила кого-то в помощь, а управляющий потом решил, что просьба была неоправданна, служанку-хозяйку наказывают!… Если… если управляющий узнает, что я вам рассказала все это, меня накажут!…
– Как накажут?… – сдвинув брови, но вполне дружелюбно спросил сэр Вигурд.
Гротта на секунду словно захлебнулась своим рассказом, но, со всхлипом вздохнув, пояснила:
– Либо переведут в Дом сладостных утех, либо отправят в деревню, либо… затравят собаками…
Мы с сэром Вигурдом ошеломленно переглянулись.
– Ну и порядки при этом императорском дворе!… – проговорил я.
– А если гости отзовутся о своей служанке-хозяйке с похвалой?… – спросил маркиз.
Гротта вопросительно взглянула на него, и сэр Вигурд повторил свой вопрос:
– Если гости похвалят свою служанку-хозяйку, ее ждет награда?…
– Нет, – покачала головой Гротта. – Служанка и должна работать так, чтобы гости были довольны…
– Но почему ты соглашаешься работать на таких условиях? – воскликнул я.
– Но… я не могу… отказаться… – недоуменно ответила Гротта. – Кра-сквот не может отказаться от работы, порученной ему господином…
– Так ты – кра-сквотка?! – переспросил сэр Вигурд неожиданно презрительным тоном. Гротта, услышав его вопрос, сжалась, как от удара, и еле слышно пролепетала:
– Да, благородный сэр… В замке все слуги – кра-сквоты…
– Вот как?! – тем же презрительным тоном произнес сэр Вигурд, и вопроса не было в его словах.
– Лорд Экос считает, что кра-сквотов легче… удерживать в узде… – горько прошептала Гротта.
– Кра-сквоты платят за свои грехи! – высокомерно произнес маркиз.
И тут в глазах нашей служанки-хозяйки что-то промелькнуло, не то затаенная боль, не то давняя горечь обиды, а в следующую секунду с ее губ слетело:
– Так может быть, благородный сэр объяснит мне, за что плачу я?…
Сэр Вигурд удивленно приподнял бровь, но, чуть уменьшив свое презрение, спросил:
– Как ты стала кра-сквоткой?…
Губы Гротты тронула слабая улыбка, и она тихо произнесла:
– Благородный сэр интересуется, как делаются кра-сквотами? Я расскажу… Но сначала пусть благородные сэры пройдут в дом.
Мы вошли, поднялись на второй этаж и уселись в кресла, стоявшие у стены общей столовой. Гротта остановилась в дверях, с минуту помолчала и начала рассказывать совершенно безжизненным голосом:
– На следующий день после того, как мне исполнилось пятнадцать лет, в дом моего отца, свободного сквота-землепашца, прибыл управляющий замком барона Торонта, шестого лорда Гастора. Он заявил, что по приказу барона забирает меня в замок. Отец даже рта не успел открыть, как управляющий с мерзкой улыбкой на роже поинтересовался: «Или ты хочешь, чтобы вся твоя семья стала кра-сквотами?…» Что ему было делать? И меня увели… А у меня уже был жених…
Гротта замолчала, словно у нее на миг перехватило дыхание, но, пересилив слабость, продолжила:
– Я не буду рассказывать благородным сэрам, что сделал со мной барон Торонт… Только я быстро ему надоела, он заявил, что я недопустимо холодна, и… продал меня в замок императора. Лорд Экос… оценил меня гораздо выше и… поставил меня на то место, которое я до сих пор занимаю… Но последнее время лорд смотрит на меня слишком уж неодобрительно, и я очень боюсь попасть в Дом сладостных утех…
На секунду в столовой повисла тишина, но я ее нарушил, с трудом проговорив сквозь стиснутые зубы: