Драконье горе
Шрифт:
Затем он огляделся и задал новый вопрос:
– Если мне не изменяет память, горы должны быть значительно дальше? – после чего с укоризной посмотрел на меня, словно это я, не посоветовавшись с ним, перенес горы в ненадлежащее место. И снова я ничего не успел ответить, поскольку Фока немедленно затараторил:
– Спать, сэр Рыцарь, надо меньше, а то в следующий раз на побережье проснешься и не заметишь, как по перевалам просквозил! А спишь неумеренно, потому что всеми ночами с мечом на своих бросаешься, да еще орешь «Всех порублю в капусту!!». И где только словам-то таким выучился, не иначе по деревенским кабакам странствуя! Нет, сэр Вигурд, нельзя тебе молоко по утрам пить – вот вчера утречком молочка попил, так ночью, мало того, что сам не спал, так никому другому не позволил, видно, животом маялся, потому и буянил. А как тебя угомонили, так ты день-то весь и продрых! До самого что ни на есть вечера…
Тут мне все-таки удалось его перебить и привлечь внимание маркиза, вконец обалдевшего от болтовни каргуша, вопросом:
– Как ты себя чувствуешь?… Ехать сможешь?…
Он посмотрел на меня несколько ошалевшим взглядом и ответил:
– Конечно!… – а потом в свою очередь спросил: – А что, я действительно проспал целый день?!
Я кивнул и помог ему подняться с травы. Встав на ноги, он подошел к своему Росинанту, положил руку на седло и еще раз огляделся.
– Так где же мы сейчас находимся?
На его лице было написано недоумение.
– А ты, выходит, совсем ничего не помнишь?… – ответил я вопросом на вопрос. – Ничего из того, что случилось этой ночью?…
Он снова посмотрел на меня, стараясь угадать, что я имею в виду, и отрицательно помотал головой:
– Ничего… Помню, как… – он на секунду задумался, – …как костер развели, как холмы появились… И все!…
– Значит, и Кариолану не помнишь?… – усмехнулся я.
– Кого?… – Его лицо напряглось, но в глазах было пусто – это имя явно ничего ему не говорило.
– Ну и хорошо, – улыбнулся я. – Давай-ка поторопимся, а то нам опять придется в степи заночевать, а мне этого ну очень не хочется.
В общем, солнце еще не коснулось горизонта, а мы уже въехали в славный город Темст, хотя еще и не знали, что это – город Темст. Поначалу, глядя на это небольшое скопище одноэтажных домишек, кучковавшихся вокруг тропы, расширившееся до звания проселка, мы решили, что это одна из деревушек дальнего пригорода. Однако, выехав на деревенскую площадь и увидев приземистое строение типа «сарай-лабаз» с корявой вывеской «Комнаты внаем и стол», решили подстраховаться и проверить, далеко ли нам еще ехать.
В этой, как оказалось, гостинице нам и объяснили, что это никакая не деревня, а самый настоящий город, называемый Темст.
«Комнат внаем» в гостинице было сколько угодно, так что мы быстро договорились с хозяином о ночлеге, причем я абонировал три комнаты, в надежде, что Кроха к нам присоединится… позже. Я так и сказал хозяину, что мы ожидаем еще и девушку. Лошадок наших устроили на гостиничной конюшне и заверили, что уход за ними будет самым наилучшим.
Мы скинули наконец доспехи и, переодевшись в тряпки папаши Шапса, спустились к ужину в общую залу, забитую по случаю нашего появления, до отказа. Сидели мы за отдельным столом, заставленным самыми разнообразными кушаньями, а прислуживал нам сам хозяин – невысокий чистенький сквот с кругленьким тельцем, круглой головой и, на мой взгляд, круглыми ногами и руками. Он не ходил по зале, а катался, как яркий говорящий шарик, постоянно натыкаясь на столы и посетителей, однако на это никто не обращал внимания. Все только посмеивались над «старым Юртошем», хотя до старости, на мой взгляд, ему было еще довольно далеко.
Когда голод был утолен и мы начали больше внимания уделять вину, вполне приличному для этих мест, и фруктам, дверь ресторации отворилась и на пороге появилась… Кроха. Она остановилась и внимательно обвела взглядом зал, разыскивая нас. Я тут же вскочил и призывно помахал рукой. Фея быстро подошла к нашему столу, не обращая внимания на взгляды десятков посетителей, с удивленным интересом взиравших на нее. Сэр Вигурд тоже вскочил со своего места и галантно пододвинул стул даме.
Она оглядела стол, чуть поморщилась чему-то, взяла с большого блюда яблоко и с хрустом впилась в него зубами.
– Может быть, прекрасная Кроха отведает заливное из лосевого языка? – поинтересовался маркиз, указывая на понравившееся ему блюдо. – Приготовлено весьма недурно.
Фея подняла на него прищуренные глаза, проглотила прожеванный кусочек яблока и вежливо ответила:
– Я не ем мяса убитых животных…
– Значит, ты не откажешься от бокала вина, – проговорил я и повернулся в сторону очага, возле которого суетился хозяин гостиницы.
– Юртош, нам нужен чистый бокал! – крикнул я, и в следующую секунду хрустальный бокал стоял перед феей. Где его раздобыл хозяин – его тайна, но все остальные посетители, включая нас с Вигурдом, пили из толстого стекла. Я благодарно кивнул Юртошу и собрался наполнить бокал, но он остановил меня.
– Если мне будет позволено, – произнес он со своей округлой улыбкой, – я бы предложил для дамы особенное вино!
И хозяин извлек из-под салфетки запыленную бутылку темного стекла:
– Это последняя бутылка из моих очень старых запасов! Ее привезли, когда мне было… – он на мгновение поднял свои круглые глаза к потолку, – …всего восемнадцать лет! И уже тогда это вино было очень старым!
Он ловко вытер салфеткой горлышко и осторожно откупорил вино. Над столом поплыл совершенно необыкновенный аромат. Юртош еще раз обмахнул горлышко бутылки салфеткой и плеснул светлого, с золотистым оттенком вина на дно бокала Крохи.
Она осторожно взяла бокал, чуть крутанув его, поднесла к своему крохотному носику, и закрыла глаза, вдыхая аромат. Потом притронулась к краю бокала губами, наклонила его и, чуть всхлипнув, втянула вино в себя вместе с воздухом.
Вся огромная столовка замерла, наблюдая за ее действиями, и над столами повисла тишина. Через десяток секунд Кроха распахнула свои глаза и со вздохом произнесла:
– Это не вино, это чудо какое-то!…
– Светлое фалерское двадцатипятилетней выдержки! – хвастливо произнес Юртош, наполняя бокал феи и ставя бутылку на стол.
– Надеюсь, комната, предназначенная для леди, не будет уступать твоему вину? – с улыбкой поинтересовался я.
– Чтобы угодить твоей даме, сэр Рыцарь, я готов сам переселиться на конюшню!… – пылко ответил Юртош и покатился назад к очагу, вскрикивая на ходу: – Моя нога!… Моя нога!… – Причем он, конечно же, имел в виду лосиную ногу, жарившуюся на вертеле.
Поймав вопросительный взгляд Крохи, брошенный на меня поверх бокала, я пояснил:
– Сегодня ты будешь отдыхать в комнате, на прекрасной постели! И если завтра ты выскажешь недовольство, я лично… зажарю хозяина к завтраку!