Дракон

Лин Лобарев

ДРАКОH

...И алые сполохи дробили небесную черноту, и под его кожистым крылом земля корчилась в огне, и люди внизу, кажется, кричали, но он не слушал криков. Даймон падал сверху - черный, гибкий, страшный, выплескивались вовне длинные лапы-плети с лезвиями вместо когтей. Повисла разодранная перепонка, глубокий надрез лег на шее.

Он резко канул в сторону, упреждая удар, но противник был быстрее. Лезвие сверкнуло прямо перед глазами и в следующую секунду фонтан его крови затопил мгновенно отшатнувшееся в испуге небо...

* * *

Он откинул голову и крепко саданулся затылком о поребрик окна. Механический голос объявил станцию, в вагоне по-прежнему никого не было. Он посмотрел на часы. Успевает. Мотнул головой, разгоняя ало-черную пелену перед глазами.

* * *

Появление бутылки встретили восторженным ревом. В углу немедленно затянули: "Здравствуй, Бог, это ж я пришел...", посыпались подходящие к случаю и до смерти затасканные остроты.

Он вышел на балкон. Он не мог на это смотреть.

Паша-Павлинчик (почему, кстати, Павлинчик?) втиснулся за ним следом. Закурил, сплюнул, перегнувшись через перила.

– Что?

– Противно, - он сжал зубы и глянул в упор.

– Эх, Дракоша, - Паша хлопнул его по плечу. Он брезгливо отстранился.
– Им трудно, надо расслабиться...

Дракон резко развернулся к нему. В голове мутилось.

– Им - трудно?!
– воспоминание о боли в порванном крыле заставило его покачнуться. В глазах плясали алые блики.
– Им? Этой мрази?..

Паша не обиделся.

– Это здесь они - мразь...
– Он засмеялся.
– Да, не то, что ты весь черный да подтянутый, что твой Цой. Hе, мы народ попроще.

– Да уж, - процедил Дракон.
– Проще некуда.

Паша глубоко затянулся.

– Мы все одинаковые, Дракоша...

Он молча повернулся и вышел. Пробрался сквозь пьяную толкотню и прикрыл за собой дверь.

* * *

За полночь всей гопой высыпали во двор, только какая-то парочка зависла, сообщив, что пока квартира пустует, они воспользуются ей по назначению. Павлинчик благословил их легким матерком.

Выглянувшую из-за тучи полную луну встретили дружным воем, не заботясь о спящих соседях. Hатужное веселье требовало очередной порции допинга: по карманам наскребли бумажной россыпи еще на пару бутылок.

Он не прислушивался к разговорам: все было ясно давно. Синдром приобретенной крутости - кто не рок-звезда, тот юкэ-сегун. Все бы ничего... но вот смотреть на эти несколько дегенеративные физии, на деревянную манерную пластику было противно.

– Дракон!
– Hастя повисла на нем, мусоля во рту сигарету.
– Дай огонька бедной девушке...

Он высвободился и, не оглядываясь, пошел прочь. К черту вежливость. Это безнадежно.

* * *

Узкие коридоры метро подавляли. Он постарался миновать их скорее. Рефлекторное недоверие к тесноте - негде принять Облик. Хотя... Какой уж там Облик - в этом теле он не обернется даже мартышкой. Дракон...

Поезд стоял на платформе и он успел вскочить в вагон прежде, чем двери, зашипев, сомкнулись. Прошел в дальний конец вагона, отстранившись от разлегшегося на лавке парня, упившегося, судя по всему, в дым. Сев, присмотрелся внимательнее и хмыкнул. Парень бы л знакомый - из той самой компании крутых сопляков... Пить и то не умеют. Он оскалился почти с ненавистью, припомнив: "Им трудно..."

Им?!

* * *

...Земля была ледяной, словно не ее поливал он только что своим пламенем. Руки болели - так бывает всегда, если перевоплощаться сразу после полета, но сейчас еще и через горло и пол груди тянулась глубокая рана. Сил шевелиться не было. Он лежал там, где з астал его спазм и только иногда чуть приоткрывал веки.

Даймон подошел совсем близко - Дракон чувствовал его немного горьковатый запах. Он тоже успел сбросить Облик, но даже человеком он был сейчас несравнимо сильнее. Дракон в очередной раз разлепил ресницы. Даймон смеялся. Смеялся над существом, еще пять мину т назад расплескивавшим крыльями небо, а теперь беспомощно и безнадежно распростертым на залитой кровью земле.

Дракон трудно всхлипнул, подавляя стон.

Что же, видимо это и впрямь смешно...

* * *

Парень на лавке тяжко застонал. Дракон обеспокоенно глянул на него. Шутки шутками, а не прихватило бы его не по-хорошему... "Мы все одинаковые..." Hу-ну. Конечно.

Стараясь не касаться измаранной блевотиной куртки, Дракон похлопал его по щекам. Парень на миг поднял голову - Дракон поморщился от перегарного запаха...

И вдруг, поймал его взгляд.

...И алые сполохи дробили небесную черноту, и под крылом его "Зяблика" земля корчилась в огне, и рация надсаживалась, крича, но он не слушал криков. "Урман" падал сверху - огромный, мощный, неотвратимый, выплескивались вовне алые трассы выстрелов.

Заверещала в панике система контроля - броня "Зяблика" стремительно разрушалась. Он выровнял машину, отчаянно пытаясь хотя бы раз поймать "Урман" в прицеле, но управление не слушалось, и в следующую секунду огненный вихрь затопил мгновенно отшатнувшеся в испуге небо...