Чтение онлайн

— Меня здесь нет, — пояснил Войцех, — я пока за призрака.

Теперь ясно. Бывший опекун находится здесь и сейчас вообще без имени и без личности. Что-то, надо сказать, в этом есть. Некая определенная свобода — подумал я.

— Сколько у нас мушкетов? — не удержался я от своеобразной формы выражения следующего вопроса.

— Что? — переспросил быстро Войцех, на которого я по-прежнему смотрел.

— В смысле сколько у нас рабочих единиц огнестрельного оружия.

После этого моего пояснения заметил, как Гек, дядюшка Абрам и Василий одновременно покосились на Войцеха.

— Три пистолета, один пистолет-пулемет, четыре вспышки, две осколочные гранаты и три полицейских парализатора, — произнес мой бывший опекун.

— Откуда дровишки? — не смог удержаться я от удивления.

Сразу Войцех отвечать не стал. Он прямо посмотрел мне в глаза, и я чуть погодя кивнул — не требуя пока ответа. Расскажет чуть позже, наедине.

Но имеемый арсенал внушает: здесь, на острове, политика по отношению к оружию у населения очень строга. Заключается она в том — как и в других протекторатах, что оружия у нижних и средних слоев населения быть не должно. Вообще.

В Высоком Граде действовали такие же правила, но там такая строгость законов не замечалась: нелегального оружия на руках у населения было в разы больше, чем здесь. Сказывалось, что близко вольный город Кобрин, пристанище наемных рот, где разжиться левыми стволами не составляло никакого труда. Здесь же город, во-первых, расположился на острове, во-вторых полиция гораздо активнее борется с нелегальным оружием на руках у населения.

Естественно, на нижних уровнях мегаполиса оружие на руках у населения было — у крупных и авторитетных банд в основном. Мелкие банды, а также неавторитетная шушера в сточных районах перебивались холодняком и ручным творчеством по типу дубин и кастетов. Настоящее огнестрельное оружие здесь было редкостью.

Исключение на Занзибаре в строгости ограничения владения оружием делалось лишь для защитных систем — подобных той, что стояла на крыше занятого моей новой командой дома.

Так что Войцех, который за короткий срок сумел достать сразу целый арсенал, в том числе охранную систему, сделал большое дело. И неудивительно, что он не хочет об этом говорить при всех — может обязательство какое на себя взял, или заплатил весьма немало.

— Очень хорошо и главное защищенно устроились. Мое почтение, — только и прокомментировал я услышанное и увиденное.

— Если ты таки о турелях на крыше, то это муляжи, — вдруг фыркнул дядюшка Абрам. — Они выглядят и даже двигаются как настоящие, но стрелять не стреляют.

— Движение рисуют?

— Да.

— Уже очень и очень неплохо, — прокомментировал я. — Ладно, давайте дальше: что у нас с надзирающим глазом по району?

Снова все посмотрели на Войцеха. А тот уже со щелчком положил на стол таблетку проектора и активировал ее нажатием пальца. Над столешницей моментально появилось объемное изображение острова. Но большая часть районов — особенно на западе и юге, было закрашена белым цветом. Остальные, в большинстве имея детальные очертания, оказались подернуты серой пеленой. Яркие краски и детализация присутствовали в полном объеме лишь на нескольких северных районах карты.

Увеличивая понемногу масштаб, Войцех начал приближать изображение. Так, что в конце концов в видимости осталась только часть округа Аэропорт — по большей части мусорный город, Джанктаун, «в подвале» которого и находился Полигон. «В подвале» — потому что на уровне моря, и практически без солнечного света — сверху над нами сейчас возвышались перекрытия развязок островных магистралей.

Еще несколько движений, и Войцех просто смахнул, как стер, верхние уровни района, состоящие здесь больше из развязок транспортных магистралей. После этого мы наконец увидели Полигон — место, где находились сейчас.

Сразу после этого у меня вдруг пробежала ледяная волна мурашек по спине. Потому что жесты Войцеха точь-в-точь повторили действия Астерота, который недавно в своем замке показывал мне карту Занзибара. И, озвучивая мне предложение, от которого нельзя отказаться, архидемон точно также, с абсолютной точностью движений увеличивал масштаб, выводя в центр изображение мусороперерабатывающего завода.

Не в первый раз уже сталкиваюсь, но все никак не могу привыкнуть к этим дьявольским шуткам со временем.

Между тем Войцех, снимая наваждение, прекратил действовать, зеркально повторяя недавние движения Астерота. Он сейчас развернул и отцентрировал карту так, что наш дом оказался в середине изображения, а завод оказался в стороне. После этого Войцех сделал еще несколько скупых движений, активируя кнопки в виртуальном интерактивном экране. Полигон сразу окрасился в два основных цвета — серый, и алый, ярко-красный. Но, кроме этого, по серым зонам во многих местах были расчерчены бордовые полосы.

При взгляде на карту даже без пояснений все было предельно ясно: серым обозначены территории, которые — в том числе наш дом, в радиус обзора объективов камер не попадали. Поле зрения систем слежения обозначено алым цветом; бордовые полосы же — маршруты облета полицейских дронов слежения. И по ним как раз сейчас двигалось несколько алых пятен — надо же, у Войцеха даже в реальном времени движение дронов слежения отображается.

— Это мониторинг дронов в реальном времени, — словно услышав мои мысли, коротко пояснил Войцех. — Это просто расчетное время их движения, рассчитывать на эту информацию как на стопроцентную не стоит.

— Jesus Christ! — в этот момент выдохнул Василий, откровенно пораженный подобной демонстрацией. Да и остальные не скрывали удивления — все же не каждый день видишь полную информацию по полицейским системам слежения в районе. Тем более, систем слежения вокруг стратегического объекта — которым являлся мусороперерабатывающий завод. Полностью красный по периметру, окруженный полосой безопасности метров в триста от забора.

Мусороперерабатывающий завод. Тот самый объект, который мне и нужен в первую очередь: настоящее сердце северной части города-острова. Место, где сходятся трубы артерий…