Чтение онлайн

— Я так и думал, — тихо произнес он. — Мой шрам болит уже почти час.

Гермиона была в ярости.

— Почему ты не сказал мне?

Гарри раздраженно глянул на нее, и она вспомнила, что час назад они с Гарри целовались в подземелье, после чего она его с большой страстью послала подальше. Видимо, это не показалось ему удачным моментом, чтобы жаловаться на боль.

— Ой, — покраснела она. — Извини.

Гарри повернулся к Сириусу.

— Ты думаешь, с Драко всё в порядке? — он нервно посмотрел на Нарциссу и понизил голос. — Думаешь, они жив?

Сириус пожал плечами.

— Не знаю. Темный Лорд мог убить его в припадке ярости. Но, с другой стороны, Драко — сын его самого близкого и могущественного Пожирателя Смерти… Если Драко сможет их убедить, что действовал под влиянием Многосущного зелья… если он расскажет Лорду о тебе…

— Он не сделает этого, — резко перебила его Гермиона.

— Может, и нет, — осторожно сказал Сириус. Но ни он, ни Гарри не осмелились посмотреть ей в глаза.

— С Нарциссой все будет хорошо? — в конце концов, нарушил молчание Гарри.

— Надеюсь, — сказал Сириус. — Люций… — Сириус произнес это имя с особенной ненавистью, — Люций так долго держал ее под разными заклятиями: Принуждающим, временами — заклятием Империус. Ей запрещено иметь волшебную палочку, запрещено лгать ему, под страхом смерти запрещено произносить имя Люция, на случай если она захочет использовать его в проклятии.

Гермиона покачала головой.

— Не было бы легче просто жениться на той, которой он нравился?

— Люди, такие как Люций, не делают что-то только потому, что это легко, — горько ответил Сириус. — Они делают все, чтобы показать насколько они могущественны. Люций хотел жениться на самой красивой девушке в школе. И женился.

— Его надо посадить в Азкабан, — зло сказала Гермиона.

— А нам надо спасать Драко, — добавил Гарри.

Гермиона передернулась.

— Мне надо встретиться с ним, — хмуро сказал Гарри.

— И что дальше, Гарри?

— Я поменяю себя на Драко.

— Ну, конечно, — разозлилась Гермиона, — ведь Волдеморт известен тем, что твердо держит слово.

— Я так понимаю, Гермиона имеет в виду, что он все равно убьет тебя. Признаться, я думаю, что он ждет, что ты именно так и поступишь.

— Ну, мы все равно не можем оставить его Люцию и Волдеморту, — запротестовал Гарри. — И Пожирателям Смерти.

— Пожиратели Смерти не с ними, — произнес слабый голос. Это была Нарцисса. Она вытирала глаза. — Они внизу, в бальном зале, готовят заклятие Мучения.

Сириус сел рядом с Нарциссой и обнял ее за плечи.

— Не волнуйся, — сказал он, — с ним все будет хорошо.

Но голос его звучал неуверенно.

Гарри посмотрел на Гермиону, ища поддержки, но та задумалась. Она прошла к шкафу и взяла толстую зеленую книгу — «Эпициклическое Совершенствование Волшебства».

Сириус повернулся и посмотрел на нее.

— Гермиона, что ты делаешь?

— Ш-ш-ш, — Гарри приложил палец к губам, — пусть.

Гермиона быстро листала страницы.

— Я подумала… может… если бы мы смогли… Это было бы…

Сириус был в замешательстве, Нарцисса тоже, а Гарри просто стоял, смотрел, как она читала, и старался не шуметь. Наконец она отложила книгу и повернулась к Сириусу:

— У меня идея.

Сириус с сомнением смотрел на нее.

— Это хорошо, — заверил его Гарри. — У Гермионы замечательные идеи.

— Но будет нужна Ваша помощь, Нарцисса, — добавила Гермиона.

Теперь даже Гарри засомневался. Однако Нарцисса выпрямилась на стуле:

— Что мне надо делать?

Волдеморт приказал Люцию приглядывать за сыном, а сам отошел к окну.

Драко оказался наедине с отцом. Если Драко ожидал, что Люций будет извиняться за то, что причинил сыну боль, то он был разочарован. Малфой-старший просто посмотрел на сына и произнес:

— Ты огорчил меня, мальчик.

Несмотря ни на что, Драко был впечатлен тем, что его отец абсолютно не испытывает угрызений совести — у него аж дыхание перехватило.

— Может, тебе надо было лучше учить меня, — предположил он.

Люций нахмурился.

— Твое чувство юмора тебе не поможет. Если бы ты выказал немного раскаяния в содеянном, то Темный Лорд простил бы тебя. Он возлагал на тебя большие надежды, Драко. Он может быть снисходительным. И если ты и правда действовал под влиянием Многосущного зелья…

Драко покачал головой.

— Боюсь, я снова разочарую тебя, отец, — сказал он. — У меня нет никакого желания присоединиться к Темному Лорду, я не вижу в нем того, что видишь ты. Не очень уравновешен и не слишком красив, — подумав, добавил он.

— Не знаю, чего ты пытаешься добиться, не слушаясь меня, Драко, — сказал Люций раздраженно, как обычный отец, обнаруживший, что его сын-подросток взял машину и въехал на ней в столб.

— Если ты сам не знаешь, отец, — холодно произнес Драко, — то и я не буду тебе объяснять.

— А если ты не прекратишь вести себя так, — голос Люция был ледяным, — то я больше не буду твоим отцом.

После этого они сидели в молчании.

Гарри, Гермиона и Сириус, не глядя друг на друга, нервно расхаживали по кабинету. Нарциссы не было уже пять минут. Когда дверь, наконец, открылась, и Нарцисса вошла в комнату, неся большой завернутый предмет, Сириус был так рад, что несколько раз превратился в собаку и обратно в человека.

— Остановись, Сириус, — сказал Гарри, хотя был видно, что и он рад. — Тебе вредно волноваться.

Нарцисса положила сверток на стол и отошла. Остальные сгрудились вокруг стола.

— Я сказала, что отнесу это Люцию, — в голосе Нарциссы звучала нотка удовольствия. — Чем больше я сопротивляюсь, тем легче это дается. Я думаю, что уже могу называть его по имени.

Гарри, Гермиона и Сириус отпрянули.

— Но не буду, — добавила она.

Гермиона рванула назад к столу и развернула предмет. Все шумно вздохнули. Огромная металлическая рука лежала перед ней, ужасная и уродливая. Каждый из семи пальцев заканчивался лезвием, вся поверхность руки была покрыта гротескными изображениями Знака Мрака. Несмотря на то, что она была пустой внутри, рука выглядела тяжелой.