Дождь печали
Шрифт:
– …
И я молчал.
Она прижалась к стеклу. Плакала…
Несколько минут молча стояли.
– Мне, когда приехать за тобой, чтобы увести тебя?
– …
– Не плачь! Инга… пожалуйста!
В печальном взгляде было много слов.
– Инга! Прошу тебя…
Эти заплаканные, глубоко печальные глаза говорили со мной, просили что-то…
* * *
После работы поехал к ним домой.
– Знаешь, какая беда случилась у нас? Инга попала в больницу! – сказал Борис.
– Знаю, не переживай. Всё будет хорошо.
– Поехать бы к ней, может что надо?
– Я был у неё. У неё всё хорошо. Её подруга там. Если что надо будет, она сообщит мне.
– Хоть бы у нее все было хорошо со здоровьем! Господи, прошу убереги её! И… ребёнок… Моя последняя надежда!
– Надеемся на лучшее.
Ближе к утру я встал. Пора уходить
– Уходишь? – спросил.
– Ты старайся успокоиться, поспать маленько. День будет, будем знать всё. Заеду в больницу, и к тебе приеду.
– Я буду ждать тебя, Азад! – слабым голосом говорил Борис.
Наступил рассвет, краснела заря. Через пару часов мне опять на линию. А я даже глаз не сомкнул. Молодость стерпит всё!
На попутках добрался до парка. Проверил, подготовил автобус. Пришел к диспетчеру. Хотел попросить отодвинуть мой выезд на путевке на 2-3 часа, чтобы я до работы смог навестить Ингу. Объяснил всю ситуацию. Взял путёвку, выехал.
Больница закрыта ещё, приехал в общежитие. Помылся, побрился. Попил чаю. В 9 поехал в больницу.
– Господи, хоть здесь дай услышать приятные новости! Пожалей их!
Хотел зайти во внутрь, услышал:
– Доброе утро, Азад!
Вчерашняя подруга была, поздоровались.
–Ну что, зайдём, узнаем Бог кого послал? – пошутил я.
– Сильно – то не стоит радоваться. Новости не такие приятные!
–Что случилось? Неужели ещё один удар?
–Она вчера после обеда освободилась. Ребенка нет, не выжил!
– Боже, ну почему беда не приходит одна!!!– эти слова, высказанные мною на азербайджанском языке, отдались эхом, нарушая утреннюю тишину вокруг больницы.
–Она домой поедет. Сейчас забирать будем её, – сказала подруга.
… Инга вышла. Человек, когда – то выделявшийся своей безупречной красотой, своей внутренней силой, сегодня был не узнаваем!
Взял за руки, помог садиться.
– Найди силы в себе, Инга! Тебе нужно жить, – сказал я.
Прижалась ко мне, хотела что-то сказать, слезы не позволяли. "Азад, милый, почему … ты…: " – рыдала… Я выбежал из салона. Мне было трудно стоять рядом с Ингой, я не мог этого вынести!
Подъехали к дому. В подъезде Инга нас остановила:
– Друзья, вы пока уходите. Лучше, я сама скажу ему обо всём.
* * *
В феврале случилось то, чего многие друзья, знакомые боялись. Борис тихо, спокойно ушёл из жизни. Он старался противостоять жестоким ударам судьбы, но не получалось. Мы потеряли друга, товарища.
Проводили в последний путь. Со мной рядом шла 19-летная, под тяжестью испытаний, быстро постаревшая женщина. Шум толпы, сигналы автомашин, которые в последний путь проводили товарища, утопили внутри себя крик её души. Боль, страдание, слезы отражались на лице Инги…
* * *
Инга тяжело переносила смерть мужа, потерю ребёнка. Бывало, молчит часами, не говорит, не отвечает. Кто – то обиделся, кто – то понимал. Она разрывалась внутренним горем, поэтому она не могла быть собеседником. Ей трудно было, и она нуждалась в помощи. Каждый взгляд её, каждый вздох её – это был крик о помощи. Мне невероятно трудно было смотреть на её страдания, больно было мне.
– Нет, Инга, так не пойдет! Возьми себя в руки.
– С собой ничего поделать не могу, Азад!
– Если постоянно так будешь печалиться, вся покроешься морщинами. Будешь выглядеть как бабушка- хотел пошутить. – Пойдем прогуляемся, сходим в гости, посидим, где ни будь!
Мои слова были бесполезны!
– Ты меня пугаешь, Инга! Я бессилен перед тобой!
Где – то через месяц пришлось для Инги вызывать скорую помощь. Фельдшер обследовала и спросила:
– Что ты ела?
– Ничего! – ответила она.
– Давно – ничего?
– Не знаю…– шептала Инга.
И мы не знали, когда она ела в последний раз. Она страдала, и никак не могла отойти от печали. Или не хотела. Не смогли друзья её отвлечь, заставить выйти, пойти куда – то. Иной раз мне казалось, что разум её доходит до крайности. Когда – то была самой красивой девушкой, теперь она напоминала ходячий скелет. К сожалению, её состояние продолжала ухудшаться.
С большим трудом пару раз удалось мне её уговорить выйти в город. Но этого мало было. В конце концов решили сообщить её матери о состоянии Инги. Мы знали про мать то, что она чем – то страдает, живет бедно. Так на всякий случай, ей отправили 75 рублей. Вдруг захочет повидать свою дочь.
Через пару недель она приехала. Худощавая, 40-42 года, достаточно красивая женщина.
Когда она увидела Ингу, похудевшую, усталую, страдавшую, плакала.
– Я вырастила, отправила сюда красавицу, стройную, счастливую! А кого я вижу сейчас! Боже!
Сразу она решила:
– Нет, дочь, ты в беде, ты пропадешь! Вернёмся домой.
* * *
Прошли несколько дней. Мы знали, что на предложение матери Инга категорическим образом отказалась. И ещё больше замкнулась, сидит дома, молчит.
Как – то нас отпустили с занятий на 2 часа раньше. То ли не было преподавателя, то ли, ещё что. Я был на своем автобусе. Решили, поедем к ним. Приехали. Оба они очень обрадовались. Особенно Инга. Она, как ребёнок радовалась.
–Сколько дней вас нет, разве друзья так поступают?