Шрифт:
Annotation
Продолжение рассказа "Лесное озеро": http://samlib.ru/editors/d/dikarx/0000000000000000000000000000000.shtml
Дикарь
Дикарь
Дождь над Хоринисом
Торчать в воротах в такой хмурый и неприветливый денёк не самое большое удовольствие. Но деваться некуда - служба. Поэтому два стражника, охранявшие вход в Хоринис со стороны рыночной площади, терпеливо ждали окончания смены, прячась от мелкого надоедливого дождя под аркой ворот и поминутно поглядывая то на затянутое серыми тучами небо, то на раскисшую дорогу, что начиналась сразу за подъёмным мостом. Дорога раздваивалась на перекрестке и уходила от него вправо и влево, огибая подножие поросшей лесом горы, которая возвышалась над городом.
– Гляди, вроде идёт кто-то?
– кивнув в направлении ближайшей рощицы хвойных деревьев, в которой терялось правое ответвление дороги, произнёс один из стражников.
– Да ну, кто в такую погоду... А, нет! Точно, кто-то идёт, - насторожился второй, поудобнее перехватывая оружие.
– Никак, наёмник!
Вскоре из-за мокрых ветвей действительно показалась крепкая фигура в доспехах, какие на Хоринисе носят наёмники. Следом за мужчиной, поминутно оскальзываясь на размокшей земле, устало шагала женщина. Подол её длинного платья был забрызган грязью. Рядом с ней, стараясь не отставать, тащился парнишка лет шестнадцати.
– А, это тот молодой наёмник, который тут ошивался на днях...
– проворчал первый стражник.
– Кто это с ним?
– Баба какая-то, с мальцом. Еле идут. Издалека, видать... Остановим?
– Нет, лорд Андре этого проныру приказал пропускать без задержки. И что у него за дела такие с онаровым прихвостнем? Уж я бы ему...
На этом обсуждение личностей путников пришлось прервать, так как они уже достигли подъёмного моста и направлялись к воротам.
Наёмник спокойно миновал замерших по обеим сторонам арки служивых, чуть заметно кивнул им на ходу, не сбавляя шага. Женщина, робко покосившись на стражников, прошмыгнула вслед за своим спутником. Парнишка же миновал арку, даже не подняв головы, - он едва переставлял ноги от усталости. За спинами обоих спутников наёмника стражники разглядели небольшие дорожные мешки из кожи глорха.
– Красивая баба, - заметил второй стражник, когда трое пришельцев затерялись в редкой рыночной толпе.
– Точно. И не молодая уже - вон, похоже, сын взрослый у неё, измученная вся, исхудавшая, а всё одно взгляд не оторвать. Видал, глазищи какие?
Его товарищ лишь согласно кивнул.
Между тем путники, миновав не особенно оживлённый в этот хмурый день рынок, остановились возле скамьи, которая была установлена у подножия ограждавшей Верхний квартал стены, между площадью и часовней. Женщина с усталым вздохом опустилась прямо на мокрую скамью. Парнишка, а это действительно был её сын, привалился к стене рядом с матерью.
– Спасибо, что помог нам добраться до города. Жаль, что нам нечем отблагодарить тебя, - убрав со щеки прилипшую мокрую прядь каштановых волос, обратилась женщина к наёмнику.
– Что думаете делать дальше?
– спросил тот.
– Сейчас немного отдохнём и пойдём искать работу. У нас нет ни монеты, негде ночевать. А припасов, которые мы захватили с фермы, хватит самое большее на три дня, - вздохнула она.
– Ночевать можно в гостинице возле рынка. По приказу лорда Хагена туда сейчас бесплатно пускают всех, кто прибывает в город. А вот с работой здесь туговато. Когда пришёл в Хоринис впервые, то с ног сбился, пока устроился помощником к скорняку. Но вы с Тилем вряд ли сможете добывать для него шкуры, - горько усмехнувшись, проговорил мужчина.
– Что ты, какие шкуры! Мне бы найти место служанки или судомойки в трактире, - с печальной улыбкой покачала головой женщина.
– А я поступлю на службу в ополчение, - заявил Тиль.
– Малыш Тиль хочет стать воином? Что ж, удачи!
– с лёгкой иронией ответил ему наёмник и повернулся, чтобы уйти. Но, едва сделав несколько шагов, он остановился.
– А знаете что? Идёмте в таверну Корагона, хоть обсушитесь немного. Негоже вам тут мёрзнуть под дождём, не то вместо работы подыщите себе местечко на ближайшем кладбище, - сказал он.
Рози и её сын переглянулись и последовали за мужчиной, который уверенным шагом направился в сторону "Весёлой маски", где любили проводить время многие обитатели Верхнего квартала и Ремесленной улицы.
Посетителей в заведении Корагона в этот час оказалось не слишком много. У стойки о чём-то разговаривал с хозяином охотник Барток, да за одним из столиков в компании пары случайных собутыльников с важным видом разглагольствовал Валентино - самодовольный и спесивый прожигатель жизни из богатой части города.
Окинув цепким взглядом помещение, наёмник уверенно направился к столику, расположенному ближе всего к раскалённой плите, возле которой хлопотала кухарка.
– Эй, Корагон, как дела?
– приветствовал он хозяина, усадив Рози и Тиля на крепко сколоченные деревянные табуреты.
– Привет! Дела как всегда - пока по приказу паладинов на Висельной площади раздают бесплатное пиво, на хороший доход рассчитывать не приходится, - отозвался Корагон, прервав беседу с Бартоком и спеша навстречу посетителю, который, как было прекрасно известно ушлому содержателю таверны, всегда был при деньгах и никогда их особенно не считал.
– Чего тебе подать, друг мой? И что желают твои... гости?
– Нам нужно хорошенько перекусить. Жаркое, сыр, свежий хлеб, фрукты... В общем, сам сообразишь. Ещё принеси бутылку хорошего вина, два кубка и кружку горячего молока для этого юноши.
– Сейчас всё будет!
– отозвался довольный хозяин и умчался исполнять заказ с неожиданной для его массивной фигуры прытью.
– Не стоит ещё и тратиться на наш обед. Мы и так тебе слишком многим обязаны, - торопливо проговорила Рози.
Она сидела у самой стены, ссутулившись и подобрав ноги под табурет, будто старалась стать как можно незаметнее. Женщина явно стеснялась своего вида - мокрых волос, захлюстанного платья, раскисшей обуви, с которой на скоблёные доски пола стекала грязная вода.
Тиль вёл себя более раскованно. Забыв об усталости, он расставил локти и колени мосластых конечностей и крутил головой, с любопытством рассматривая таверну и её посетителей.
Наёмник с улыбкой оглядел своих спутников и ответил:
– Вот скажи мне Рози, какие чувства вызывает у тебя человек, если он запрещает тебе делать то, что ты хочешь и считаешь правильным?
– Ну, не особенно добрые. Мы потому и ушли от Секоба... Но почему ты спрашиваешь?
– растерянно отозвалась озадаченная таким вопросом женщина.