Down. down.down
Шрифт:
– Во-ло-дя!!! — скандировал двор. — Во-ло-дя!!!
Кто-то крестился. Немолодая женщина при Володином приближении упала на колени и, размашисто крестясь, принялась бить земные поклоны. Вдруг толпа подалась вперед. Женщина мгновенно потеряла равновесие. По ее телу стали топтаться многочисленные ноги. Володя бросился в толпу, растолкал людей, выволок женщину. Ноги у нее были будто ватные. Она тут же снова приняла коленопреклоненную позу, принялась целовать Володины ботинки. За ней потянулись и другие. Половина толпы попадала на колени.
– Встаньте! — крикнул Володя.
Но толпа была уже неуправляема. Она растекалась по окрестным дворам и проездам, тянулась через гаражи к трассе и за дом. По толпе словно прошла волна. Люди падали на колени и принимались причитать.
Над домами летали боевые вертолеты.
Несколько минут, во время которых пришлось пробиваться к джипу, показались Володе вечностью.
– МКАД! — ревела толпа. — МКАД!
В толпе откуда-то появились мегафоны.
– Товарищи! Сохраняем спокойствие! — надрывался какой-то потный крепыш с бородкой. — Не нарушая правил, едем на МКАД, к деревне Мякинино!
В джипе Володя уселся на переднее сиденье и с какой-то тоской смотрел на многоэтажные пейзажи здешней Москвы — чужой и пугающей. Пейзажи походили на выцветшие фотоснимки, только вместо сепии здесь господствовал серый цвет. Та Москва, что осталась за два мира отсюда, была все-таки уютней.
Откуда-то выли мигалки. Улицы были заполнены некрасивыми людьми. Они махали руками, фотографировали, что-то кричали. Джип двигался медленно.
Володя, хоть убей, не знал, где находится деревня Мякинино. Однако промахнуться оказалось невозможно. МКАД как вымер, огромные развязки и дорожные полосы пустовали. В деревне Мякинино вместо изб и маленьких домиков стоял огромный развлекательный центр. Рядом с ним стояли черные правительственные лимузины. Вдоль здания центра выстроился ОМОН. Переговаривались о чем-то по рациям люди в форме и в штатском. Снайперы на крыше не прятались.
Перед Володиным джипом и машинами сопровождения оцепление расступилось.
«Ну, вот и пора!» — подумал Володя. Страх куда-то пропал. В душе было пусто.
Дверь самого большого лимузина раскрылась, и оттуда, в сопровождении референтов вышел Сатанаил. Против ожидания это вовсе не был гигант с хвостом, рогами и копытами. Нет. Сатана представлял собой человека небольшого роста с бесцветными волосами и цепким взглядом. Одет Дьявол был в строгий костюм.
Сатана решительно направился к Володе и протянул ему руку.
То, что происходило сейчас, оказалось тем самым случаем, когда Володя растерялся. Если бы Сатана выпустил клыки, когти, заревел… Нет. Он желал обменяться рукопожатием.
«Была не была!» — решил Володя. Рука падшего ангела оказалась сухонькая, но сильная.
– Рад приветствовать вас, — вежливо говорил Сатана. — Рад, что религиозные различия не помешали нашей встрече. Пора отдавать себе отчет, что все мы, и на поверхности, и в Подземном Мордоре, живем в высокотехнологичном, мультикультурном социуме. Национальная, религиозная рознь — смерти подобна.
С Володей происходило что-то странное. Ему казалось, что в его голове копаются чьи-то пальцы. Тело ослабло. Вдруг захотелось сказать Сатане что-то приятное. Совершенно неожиданно Володя стал ощущать к нему странную симпатию. Почти любовь.
Волоколамская — Митино
«Это морок, — понимал Володя. — Наваждение». Однако поделать с собой что-либо он не мог. Сатане, оказавшемуся таким милым, хотелось сделать что-то приятное, хотелось ему понравиться. Хотелось, чтобы он — говорил, говорил, говорил.
Сатана и не молчал.
– Наше сотрудничество принесет самые широкие перспективы, — вкрадчиво плел Сатанаил, кривя доброжелательной усмешкой тонкие губы. — Мы привезли в Россионию технологические схемы достижения человеком бессмертия. Также мы радикальным образом переменим ситуацию с преступностью в вашей стране. Подземный Мордор готов предоставить вам технологии усовершенствования пенитенциарной системы. Места лишения свободы превратятся в настоящий ад, и человек, прежде, чем совершить преступление, очень сильно подумает. К слову, в Подземном Мордоре преступность практически отсутствует.
– Скажите, — решился перебить его Володя. — Бог есть?
В колючих глазках Сатаны блеснула доброжелательная искорка.
– А вы сами разве этого не знаете, Владимир?
– Нет, — признал Володя.
– Не может быть. Вы же, вроде как, Его сын?
– Сыновья не присутствуют при собственном зачатии. Они могут никогда и не видеть своих отцов.
– Это логично, — кивнул Сатана. — Я знаю ответ на ваш вопрос, но, пожалуй, не стану его озвучивать.
– Значит, Бога нет?
– Почему же. Есть, конечно. Просто… просто некоторые нюансы Его существования вам, Владимир, не понравятся.
Боковым зрением Володя заметил справа от себя какое-то движение. Скосив глаза, он понял, что это — жидооператор с камерой. Позади него расплывался в довольной улыбке Маргулис.
Сатана вдруг доверительно, сухонькими ручками, дотронулся до Володиной ладони.
– Мы не хотим конфронтации, Владимир. Я думаю, что вместо того, чтобы оппозиционировать правящему режиму Россионии, вы могли бы и сами участвовать в управлении державой, занять какой-нибудь ответственный пост. Я, конечно, не могу распоряжаться на этой территории, но я мог бы порекомендовать вас на пост, скажем, министра по делам религий. Или министра культуры, почему нет? Мое слово в кабинетах россионской власти чего-то стоит.
Голова у Володи закружилась. Он ведь предполагал совсем не это, совсем другое. На месте этого тонкогубого человечка должен был находиться рычащий Повелитель Зла, смердящий серой. Что-то во всем этом было не то…
– Но, признаться, Владимир, я не понимаю только одного, — продолжал Сатана, все еще держа своего очарованного противника за руки. — Зачем вы вытащили меня сюда? Мы ведь могли бы пообщаться и в Кремле. Или вы хотите обратиться к… последователям?
Володя оглянулся на московскую сторону кольцевой автодороги. Люди — жалкие, некрасивые, в убогой одежде — стояли, жадно ловя каждое его слово, глядели на прямую трансляцию на огромных плазменных экранах, установленных вдоль трассы.