Чтение онлайн

Верли от всей души надеялась, что он окажется прав. О господи, подумала она. Господи, когда это закончится?

— Я иду внутрь, — объявила Дел.

Она уже поставила одну ногу на землю, собираясь выйти из машины. Рядом с ней порывистый ветер слабо раскачивал входную дверь, а венецианские жалюзи постукивали об оконные рамы. Алеку совсем не нравилось, как выглядят эти жалюзи. За ними кто-нибудь может прятаться. Все окна на этой стороне дома были не занавешены от посторонних взглядов, кроме одною, с венецианскими жалюзи.

— Тебе нельзя идти одной, — сказал Росс.

— Я возьму с собой Монгрела. Монгрел! Сюда, малыш! — Дел громко свистнула через зубы — три раза, а потом через некоторое время ещё раз. Монгрел снова исчез. Сначала он пропал за углом дома, но через пять минут или около того он снова появился и направился в южную сторону, пока он не скрылся из виду за сияющим гаражом. Он неторопливо бродил по двору, помахивая хвостом и опуская голову в земле. Казалось, ничто не внушало ему опасений. Невозмутимый вид собаки подействовал на Алека успокаивающе. Поведение Монгрела означало, что им не стоило беспокоиться.

Но сейчас собаки не было. Монгрел где-то пропал, и хотя Дел сказала, что он залает, если кого-нибудь обнаружит, Алек не был так в этом уверен. Монгрел не был похож на собаку, которая может позволить себе тратить энергию. И он совсем не был похож на сторожевую собаку.

— Монгрел! — Дел опять свистнула. Алек дёрнулся. Весь этот шум заставлял его нервничать.

— Не надо кричать, — попросил он.

— Вот он, — сказал Росс.

— Монгрел! Сюда, малыш!

Пёс появился из-за курятника (или это был загон для овец?), который находился к югу от гаража. Он подбежал к ним с высунутым языком. Дел толчком открыла дверь. Она вышла из машины и присела, чтобы приласкать собаку. Она делала это одной рукой; другой она придерживала свою винтовку.

— Хороший мальчик, — сказала она. — Молодец.

— Будь осторожна, Дел. — Алек пристально рассматривал заднюю часть дома. — Там может кто-нибудь находиться.

— Мы пойдём и посмотрим. — Она встала и так взяла винтовку, чтобы приклад находился у неё подмышкой, а ствол балансировал на ладони левой руки. — А вы, парни, смотрите по сторонам.

— Ты не можешь идти туда одна, — запротестовал Росс. Бросив на него беглый взгляд, Алек заметил выражение его глаз и покраснел. Было ясно, что думал Росс. Росс думал, что любой крепкий молодой парень, который считал себя хотя бы наполовину мужчиной, должен вызваться пойти в дом вместе с Дел.

Или вместо него это должен сделать Росс, седой пенсионер, страдающий от склероза?

Алек подумал о том, как он может поступить. С одной стороны, он не хотел, чтобы его посчитали трусом и негодяем. С другой стороны, ему очень не нравился этот дом. Но у Дел было ружьё — это тоже стоило принимать во внимание.

— Ты сядешь за руль, — наконец, объявил он, приняв решение. — Дел, подожди! Я иду с тобой! Росс, приятель, — продолжил он с еле заметным намёком на угрозу, — ты лучше будь готов ехать в любую секунду, если нам понадобиться скрыться.

— Хорошо, — сказал Росс.

Алек вышел из машины. Пригнувшись к земле и втянув голову в плечи, он поспешил за Дел, которая уже стояла у крыльца. Когда она открыла входную дверь для Монгрела, Алек повернулся назад, чтобы изучить ближайшие окрестности. Его взгляд нервно перемещался от куста к машине и фургону. Бесконечная, пустынная местность, простиравшаяся за оградой — красная земля и серебристо-синие вершины каменной гряды, видневшейся у самого горизонта — не оставляли никакой надежды на укрытие. Солнце стояло довольно высоко. В небе застыли редкие перистые облака.

— Пойдём, — сказала Дел. Она последовала за Монгрелом в дом, который поглотил Алека, словно туннель. Там было так тепло, что он совершенно ничего не мог разглядеть. Но он чувствовал множество запахов — табак, апельсины, пригоревший жир, грязные ковры. Ничего гниющего. Ничего отвратительного. Он услышал, как впереди него по линолеуму застучали когти Монгрела.

Где-то капал кран.

Дел исчезла за дверью, находившейся слева от неё, продолжая следовать за Монгрелом. Алек вошёл в комнату следом за ней — его глаза ещё приспосабливались к полумраку — и оказался в большой солнечной кухне, которая заставила его вспомнить об умершей бабушке. Может быть, так на него подействовала китайская ваза для печенья, сделанная в форме кошки, или старый холодильник, или громкое тиканье часов. Может быть, это воспоминание вызвал деревянный буфет, выкрашенный в светло-зелёный цвет.

Какой бы ни была причина, но вопреки всякой логике он внезапно почувствовал себя в безопасности.

— Проверь нижние ящики буфета, — сказала Дел.

— Что?

— Здесь находится ребёнок, помнишь? Проверь ящики.

Когда Дел покинула комнату, Алек занялся буфетом. Он обнаружил лук, картошку, собачий корм, сковородки, консервы, овсяную крупу, сахар, чай — всевозможные съестные припасы, — но там не прятался никакой ребёнок. Ещё он снял трубку большого чёрного телефона, стаявшего недалеко от двери, и с ужасом понял, что не слышит гудка.

Он чуть не швырнул бесполезный аппарат в стену.

— Телефон не работает, — объявил он.

— Что? — голос Дел эхом отозвался в коридоре. — Что там?

— Телефон не работает!

От Дел никакого ответа Алек осторожно покинул кухню (почему она не отвечает?) и зашёл в следующую по коридору комнату. Там он обнаружил Дел, которая хладнокровно обшаривала шкаф. Монгрел уже перешёл к другой комнате, длинной и узкой, которая казалась забитой почти до потолка старым хламом выдвижными ящиками, журналами, клюшками для гольфа, пепельницами, ящиками для обуви, пластинками для граммофона, абажурами. Один из ящиков был открыт, из него торчали старые носки и пожелтевшее бельё. Ещё больше одежды лежало кучей на полу, перед шкафом, который стоял с распахнутыми настежь дверьми. Алеку показалось, будто кто-то небрежно перебирал рубашки, штаны и пиджаки, отбрасывая в сторону то, что не нравилось.