Чтение онлайн

– Теперь мне все понятно, - тихо сказал он.
– Благодарите богов з то, что этот парень был один, и его не обнаружат, по крайней мере, еще некоторое время. Выходите к дороге. Самое опасное место - это когда вы обогнете утес и увидите само здание. Но если пригнуться, то большой валун прикроет вас от единственного окна с этой стороны. По неглубокой канаве можно подобраться к лицевой стене. Дверь на другом конце. Когда будете готовы - сразу врывайтесь внутрь, а мы вас поддержим. Удачи вам.

– И вам.
– Кевин кивнул, натянул на лук тетиву, тщательно выбрал стрелу и повел отряд вправо, в то время как эльф и Слит отправились в противоположном направлении.

Прокравшись за огромным куском скалы, они обнаружили канаву, о которой предупреждал Клейбрук. Столетия дождей прорыли этот канал, стекая с естественной площадки прямо напротив Остановки. Отсюда было уже слышно хриплое пение, время от времени прерываемое взрывами смеха. Звуки доносились непосредственно из двухэтажного строения, прилепившегося к стене утеса. Здесь они сложили свои пожитки, чтобы их не было видно из окон, и Кевин тщательно осмотрел здание, а также вертикальную скалу над ним и небольшой дворик Остановки. Остановка располагалась как раз на сгибе дороги. Дорога была пустынна в обоих направлениях.

– Балак и я пойдем вперед, за нами - Бестиан и Альбина, - прошептал Кевин.
– Югон, где ты должен быть, чтобы делать то, что должен?

Югон катал в ладони три разноцветные игральные кости. Вопреки обыкновению он не улыбался, а хмурился:

– Я могу применить свои способности из любого места. Нет никакой необходимости...

– Ты что, хочешь сыграть с этими ребятами? Зачем тебе эти кости?

– Эти кости... впрочем, не важно. Я исполню то, что от меня требуется.

– Прекрасно. Тогда исполни откуда-нибудь сзади. Теперь вот что: я не думаю, чтобы они услышали нас за всем этим пением, но старайтесь вести себя как можно тише. Альбина, прошу вас держать при себе ваши замечания по поводу зла и его ипостасей. Пес может сражаться?

Альбина холодно посмотрела на Кевина, но ее трубный голос звучал н редкость тихо:

– Он будет сражаться. Так же, как и я, он связан с Баалабом обетом уничтожить зло.

– Мне следовало бы знать, - заметил Кевин и осекся: он начал разговаривать в манере Слит.
– Балак?

Гном кивнул, держа наготове топор и щит. Его мощный арбалет висел у него за спиной. Бестиан тщательно зарядил свой арбалет и высвободил из ножен меч. Альбина взяла палицу и свой щит в одну руку, а в свободной руке держала пращу. Пес держался чуть позади нее, его глаза были холодны, как лад. Кевин затянул локтевой ремень своего щита, проверил, легко ли вынимается из ножен меч. Свой лук он держал наготове в левой руке.

Веселое пение внутри продолжалось.

Неглубокая промоина шла довольно близко от лицевой стены постройки к ее дальнему углу. Кевин пригнулся и медленно прокрался вдоль до половины обшитой досками стены, прижимаясь к ней щитом и целясь из лука вверх, куд выходили окна. Остальные последовали за ним, тоже пригибаясь, чтобы не попасть в зону видимости окон. Теперь они были видны любому, кто оказался бы снаружи. Понимая это, Кевин внимательно оглядывал окружающие скалы и наблюдал за дорогой. При этом он обратил внимание на то, что Балак и Бестиан делают то же самое - оба отрицательно покачали головами. Кевин осторожно выглянул за угол. Двойные тяжелые двери были закрыты. С этой стороны здания не было никаких окон, однако наверху в склоне горы были прорублены два больших квадратных отверстия.

– Не остается ничего, кроме как сделать это, - пробормотал Кевин, огибая угол. Теперь он был очень хорошо виден из этих квадратных окон, вырезанных в скале. Кевин поднял лук и направил его посередине, чтобы поразить стрелой либо то, либо другое окно, если там кто-нибудь появится.

Вслед за ним из-за угла выскользнул Балак, потом Бестиан, который тотчас же направил на окна свой арбалет. Из-за угла показались Альбина и Югон. Кевин опустил свой лук и положил его на землю рядом с дверьми, затем отстегнул колчан со стрелами и оставил его там же. Балак приготовил топор. Альбина с пращой и Бестиан с арбалетом прикрывали окна. Югон сжимал между большим и указательным пальцами красную игральную кость, а в правой руке держал три дротика, которые он мог метать все сразу или по одному. Югон не улыбался.

Как и прежде, Кевин поразился, до чего правильно и слаженно действовали эти люди, хотя ими никто не руководил. Быть может, они были не такими уж несхожими, как ему казалось.

Затем Кевин и Балак кивнули один другому. Альбина принялась медленно раскручивать над головой пращу; кончики пальцев ее левой руки чуть касались загривка припавшего к земле пса. Пес стоял неподвижно, словно мраморная статуя, не сводя глаз с дверей. Кевин протянул руку к запорной ручке. Дверь оказалась незапертой, Кевин толкнул ее, и она бесшумно открылась. Кевин юркнул внутрь и прянул вправо, проникший вслед за ним Балак отступил в противоположную сторону.

Перед ними открылось длинное помещение с низким потолком. Стен справа, там где постройка примыкала к скале, была целиком каменной. Рядом с очагом, высеченном в этой стене, была прорублена арочная дверь, з которой начинался темный коридор. Вся комната была беспорядочно заставлен столами, стульями и скамьями, видимо, когда-то это была гостиная. Вдоль скальной стены стояли на тяжелой скамье несколько бочонков из темного дерева.

В дальнем конце комнаты сидели вокруг большого стола шестеро мужчин. На столе танцевали две голые женщины; они хохотки и кривлялись в такт словам непристойной песни. Двое мужчин, сидевших за столом лицом к двери, заметили вошедших. Один разинул от удивления рот, а второй, раскачивавшийся на задних ножках своего стула, успел выкрикнуть "Что з ...?" и, взмахнув руками, опрокинулся назад с изрядным шумом. Все засмеялись и кто-то зааплодировал. Тот же, кто сидел с раскрытым ртом, поднял руку, показывая на дверь, одна из женщин обернулась и взвизгнула. Разбойники обернулись.

– Зло!
– вопль Альбины прозвенел как сигнал боевой трубы.
– О дочери греха!!!

Свистнул выпущенный из пращи камень. Он попал в голову одной женщины, и она рухнула со стола. Разбойники словно очнулись и бросились к своему оружию. Огромный человек, сидевший ближе всех к очагу, проворно вскочил н ноги и схватился за рукоятку тяжелого меча в ножнах. Взмахнув им, он сбросил ножны и прыгнул вперед. Его левая нога плохо ему повиновалась, и он слегка ее подволакивал. Бешено сверкающие глаза остановились на Кевине.

– Этот - мой!
– воскликнул Кевин, указывая на противника мечом.
– Тот самый, чья мать погуляла с уличными дворнягами!

Он слышал, как Альбина и Балак ринулись в атаку, опрокидывая столы и стулья. Раздался звон арбалетной тетивы, и один из разбойников осел на пол со сдавленным криком - стрела пронзила его горло.

– Ну, иди сюда, колченогий!
– позвал Кевин.
– По крайней мере одн нога у тебя осталась, еще попрыгаешь!

Теперь, когда лицо противника не было скрыто шлемом, оно напоминало уродливую огромную скульптуру, высеченную из камня бездарным подмастерьем. Глаза превратились в узкие щелочки, а мясистые губы растянулись в злобной гримасе, обнажив желтые зубы. Легким движением гигант подхватил с земли свой огромный щит и ловко надел его.