Донор
Шрифт:
– Там дворники-курды п-переговариваются меж собой, подметая улицу, сказал я вернувшись.
– У них... такие громкие г-голоса...
Она стояла возле дивана, удивленно переминаясь.
I'm halh-baked! I'm over head and ears in love... I lose my reason...
Через несколько минут, лежа в постели, с сердцем, готовым выпрыгнуть, задыхаясь, я нашептывал ей, осторожно прикасаясь к твердым розовым соскам, торчащим в разные стороны:
– Мне трудно п-привыкнуть к мысли, что вы - та прекрасная девушка, всю п-поверхность к-которой я только что целовал...
Позже, стоя под душем и поглаживая шелковистую кожу чужеземной подружки, мягкие светлые волосы на лобке и торчащие груди, я размышлял, тихо умирая от любви, как поделикатнее узнать ее имя.
– Я хоочу эще, - сказала она, дерзко проведя рукой по моему животу.
Мои пальцы, скользящие вдоль тела чужестранки, проникли в святая святых: горячее и странно влажное в потоке воды, пульсирующее и втягивающее в себя... Я почувствовал, что начинаю пульсировать в такт этому завораживающему свинговому ритму.
– Пооцэлуйтэ мэнья!
– сказала девушка и выпрямилась.
Я встал на колени под струи голубой тбилисской воды, и мои губы сразу наткнулись на то горячо и густо влажное меж стройных мальчишеских бедер, пахнувшее молодыми яблоками, где только что побывали пальцы...
Когда через час мы ехали в метро, весь вагон пялился на нее. Это были потрясающе счастливые дни, когда время остановилось и все свободное место вокруг занимала эта потрясающая девка.
– П-послушайте!
– сказал я на второй день нашей общей тбилисской жизни, глядя, как она трудится над макияжем. Точно так же она занималась любовью или покупала фрукты на шумном и пряном грузинском базаре.
– П-послушайте!
– повторил я и нежно взял ее за руку, чтобы прервать увлеченное занятие косметикой.
– Я з-задам вопрос.
Видимо, в моем голосе прозвучало волнение, потому что она оставила макияж и внимательно посмотрела на меня.
– Мне п-показалось, что вы ни разу н-не назвали меня п-по имени.
– Нэ знаю, что луучше. Мэнье нраавытся "Рыыжий", но бооюс.
– Зовите Рыжим!
– обрадовался я.
– А к-как вас н-называть? Может, есть с-стародавняя к-кликуха...
– Я нэ все понымааю...
Она не успела закончить, потому что я заорал:
– Вспомнил!
– И увидел засыпанный снегом игрушечный город, и сани Снежной Королевы, запряженные тройкой быстроногих коней, и мальчика Кая с осколком зеркала в сердце, и бегущую следом красавицу-сестру Герду...
Глава 7. The Latvian Great Gatsby
Прошло два года. БД постиг несложные принципы местного бизнеса, основанные на стратегии простой и понятной, как вареная колбаса, служившая когда-то символом благополучия. Ему нравился крупный бизнес. Выстраивание стратегии очередного проекта компании становилось не менее интересной и увлекательной задачей, чем прошлые научные исследования, где всегда требовался стратегический ум, нетрадиционное мышление и решительность.
Железная хватка Большого Босса, его кипучая энергия, знание местного рынка и обычаев, связи в правительстве и парламенте, деньги, открывавшие любые двери и исполнявшие любые желания, в сочетании с творческим потенциалом БД, его контактами с западными банками, казалось, обеспечивали беспроигрышную реализацию любого проекта и бизнес-стабильность компании. Однако творческого союза не получалось. Босс не верил в БД, в его возможности, в данные его анализов, в разработанную им стратегию.
– Нищий БД не в состоянии предложить что-либого путного в бизнесе, иначе он сам был бы давно богат... Пусть занимается переводами, - говорил Босс.
С этим трудно было не согласиться, но БД был упрям.
– Допустим, вы не верите в мои способности, - обиженно возражал он.
– Пойми ты!
– Перебивал Босс.
– Талантливыми людьми, не добившимися успеха, можно мостить мостовые в Риге.
– Все равно, рано или поздно вам придется признать и принять то, что я делаю, потому что без этого компания обречена: вы уже начинаете делать ошибки в бизнесе.
– Какиеблядьошибки!
– вскакивал Босс, наливаясь яростью.
– Вы стали делать ошибки не п-потому, что утратили с-способность предугадывать события и знать лучше других, что случится через две недели. Бизнес в Латвии становится другим, более цивилизованным, и требует теперь для успешной реализации не столько интуиции, сколько интеллекта...
Однако постепенно БД стал наиболее информированным человеком в компании, обеспечивал контакты с зарубежными партнерами, занимался поиском новых, и Босс с удовольствием выслушивал его монологи о философии бизнеса,.
– Почему, - ворчал на Босса БД, - п-предлагая городу хорошо продвинутый проект строительства нового отеля, вы бегаете в Рижскую Думу, предлагая себя, как последняя...
– БД на секунду задумался, подыскивая слово и, видя, что Босс тоже заинтересованно ждет, не закончил сравнения: - П-почему бы вам подчеркнуто равнодушно не заявить городу через газеты и ящик, что мы выстроим г-гостиницу с теми, кто предложит лучшие условия, - продолжал БД. Уверяю вас, сразу появится очередь желающих, которым не надо объяснять в чем состоит привлекательность проекта: желающие сами начнут убеждать себя в этом... Этот п-пример привел один удачливый американец, который п-построил свое состояние на пустом месте!
– Я тоже на пустом!
– Перебил Босс
– С-согласен. Однако иногда вы ведете свой бизнес так, что внезапно увидеть вас - значит поймать с поличными...
Босс не стал талантливым стратегом в бизнесе. Он был счастливчиком, родившимся в рубашке, с галстуком, которому всегда везло и будет везти, что бы он ни делал...
– Ангел в белом присматривает за вами и в трудную минуту выходит из-за спины... всегда, - говорил БД.
– Там есть и второй: первый душу с-спасает, другой т-тело бережет...
Они сидели в VIP-зале рижского ночного клуба, наблюдая сквозь стеклянную стену, как развлекается на дискотеке их гость - одна из ключевых фигур компании стратегического инвестора.
– Нет никаких ангелов!
– раздраженно сказал Босс.
– За время м-моей с-службы у вас емкости береговых нефтехранилищ терминала выросли в семь раз... Даже в самые кризисные времена все довольно быстро улаживается и вступает в привычные берега прибыльного бизнеса, а нашими партнерами становятся все более солидные нефтяные и финансовые компании... А вы говорите нету... Вот он - перед вами...