Чтение онлайн

— Но ты сама одна из них.

— Уж определенно нет!

— Ведь именно поэтому ты здесь, не так ли? — спросил Валодрин. — Чтобы узнать историю своего происхождения?

Айви напряглась. Ей была ненавистна сама мысль о том, что этот мерзкий тип так легко разрушил привычную ее жизнь.

— В Берлине вы говорили, что знаете мою семью… Вы лгали, да?

— Нет.

— Тогда скажите, кто мои родители?

Она завела руку за спину, достала револьвер и прицелилась в Валодрина. Руки ее дрожали. Тот и глазом не моргнул.

— Я знаю имена твоей матери и отца, — спокойно произнес он. — А также твоих брата и сестры.

Брата и сестры? Айви пыталась не показывать, как взволновали ее эти слова. Но узнать, что у нее есть родные брат и сестра, — это было для нее настоящим шоком. Всю жизнь она прожила, считая себя круглой сиротой. Семья. Кровные узы… Она взвела спусковой крючок.

— Расскажите, кто они.

— Расскажу, но пока буду краток. Отец и мать твои живы. Живут в Соединенных Штатах, на северо-востоке. У тебя есть старшая сестра и младший брат. Первая живет где-то на западе, брат — на востоке. Все у них благополучно и хорошо. Они обеспеченные люди.

От волнения Айви дышала часто и прерывисто.

— Этого мало, — сказала она. — Хочу знать их имена.

Валодрин шагнул вперед, ухватился за край округлого, освещенного солнцем колодца в центре помещения. И с интересом, присущим заядлому туристу, какое-то время изучал вырезанные в камне орнаменты. Спокойно так себе рассматривал. Точно не было нацеленного на него револьвера. А потом заговорил, даже не глядя на Айви:

— Каждое из имен написано на отдельной карточке, каждая карточка хранится в сейфе депозитария. Четыре карточки, четыре банковских сейфа, разбросанных по миру.

— Знаете, я не в игрушки пришла играть, — сказала Айви. — Кроме того, если именно вы были человеком, написавшим на карточках их имена, то эти самые карточки не так уж мне и нужны.

— А вот тут и начинается самое интересное, — сказал Валодрин, насмешливо растягивая слова. — Не писал я этих карточек. И имен не знаю.

Он с невинным видом развел руки. Давал понять, что ничего не может тут поделать. Просто посланник, призванный передать ей информацию.

— Вы лжете!

Валодрин покачал головой:

— Я видел их лица. Знаю все подробности и детали их жизни. А вот имен, увы, не знаю. Специально не пожелал знать, чтобы защититься в ситуациях, подобных этой.

Айви ослабила палец на спусковом крючке.

— Что вам от меня надо?

— Если хочешь узнать их имена, должна признать «Священные Фемы» своей семьей. Пусть временно верой и правдой служить нашей организации до тех пор, пока не придет час узнать имена родных.

— Я никогда и ни за что не присоединюсь к вам.

— Что ж, тебе решать. — Валодрин пожал плечами.

— Буду преследовать тебя до тех пор, пока не узнаю имен своих родных, — сказала Айви. И нажала на спусковой крючок. Но выстрела не последовало. Она жала и жала на него, но безрезультатно.

Валодрин расхохотался.

— Ты даже меня убить не можешь, а я всего лишь один человек. А в «Фемах» состоят тысячи. Но ты нужна нам. Для осуществления дальнейших планов нам нужна твоя смекалка и талант. Твой уникальный дар.

Она не сводила глаз с маленького серебряного револьвера — наверняка и он оказался частью плана коварного Валодрина.

— Никогда!

Кукловод направился к выходу.

— Запомни. Четыре задания за четыре имени. Это все, о чем тебя просят «Фемы». Думаю, сделка справедливая, так или нет?

Айви смотрела ему вслед, прислушивалась, как звук шагов становится все тише и тише.

— Где вас искать? — неожиданно для самой себя крикнула она вслед.

— Не волнуйся, — последовал ответ. — Сами тебя найдем, когда будет нужно…

Айви закрыла книгу. Она прочла две главы, но не помнила из них ни слова, все мысли были поглощены воспоминаниями о прошлом. Со времени той встречи в склепе Гиммлера она получила две карточки с именами — сестры и брата. И выяснилось, что жили они вовсе не так хорошо, как расписывал Валодрин. Обоим отчаянно не везло, они остро нуждались в деньгах, имели проблемы, связанные со злоупотреблением наркотиками. Ситуация с братом дошла до того, что Айви уже просто не могла с ним общаться. Сестру она видела в последний раз, высадив ее у очередного реабилитационного центра. Мало того, ни брат, ни сестра не знали абсолютно ничего о родителях — выросли сиротами, как она сама.

Она выполнила еще одну грязную работу для «Фем» в обмен на информацию о маме. На этот раз на карточке, хранящейся в банковском депозитарии, значились координаты места захоронения. Оказалось, мама умерла годом раньше от рака легких. Айви была настолько потрясена этим известием, что убила трех людей Валодрина и собиралась убить и его тоже. Но он избежал этой участи, умолив ее выполнить последнее, четвертое задание. Отец ее жив, уверял он ее. Еще одна работа — и она будет носить имя отца, пообещал он. Айви несколько недель обдумывала решение и наконец сдалась. И вот теперь получалось, что в рвении своем она зашла слишком далеко. И пути назад уже не было.

В приемнике затрещало. Она взяла его, поднесла к уху:

— Слушаю.

— Нужно, чтобы ты открыла станцию, — произнес знакомый голос.

— Скоро буду там, — ответила Айви. — Надеюсь, вы учли все детали? Надо сделать все, чтобы это выглядело делом рук американцев.

— Ты же у нас американка, разве нет?

— Да.

— Тогда это дело рук американцев.

Айви вдруг с ужасом подумала: что, если ее просто подставили? Но хриплый смех, донесшийся вместе с трескотней помех, подсказал: это очередная дурацкая и жестокая шутка.