Чтение онлайн

Но это не помогло. Может быть, это существо спустилось сейчас вниз, стоит позади него на полу и смотрит на него?

Эскиль раздраженно повернулся в обратную сторону и со страхом уставился в темноту. А ведь он был не из пугливых!

Дома в Гростенсхольме… Конечно, он слышал о призраках, в свое время проживавших в доме. Он как-то спросил мать, живут ли они теперь там. «Конечно, нет!» — возмущенно ответила Винга. «Действительно, они жили здесь во времена Ингрид и Ульвхедина. И мы с Хейке призвали их на помощь, чтобы избавиться от господина Снивеля». (Она ни словом не обмолвилась о жуткой кровавой расправе, о которой знали только она и Хейке). «Но с тех самых пор, Эскиль, ноги их здесь не было!»

Винга могла врать с чистой совестью. Говоря все это, она видела их. Видела иронические усмешки толпящихся в дверях призраков.

Но призракам настолько хорошо удавалось избегать Эскиля, что он даже не догадывался об их присутствии.

В Гростенсхольме, кишащем чудовищами и уродами, он чувствовал себя в безопасности. Теперь же он был один в доме.

Именно здесь…

Он почти уже заснул, когда что-то заставило его вскочить с места. Он услышал стук, тяжелый и глухой стук в доме.

Некоторое время он лежал, словно парализованный, прислушиваясь к тишине, и постепенно пришел к заключению, что этот стук мог присниться ему во сне.

И тут он снова замер.

В беспредельной тишине, между затихшей ночной землей и темным небом, послышался слабый, слабый звук.

Крысы? Или мыши?

Нет. Эти шорохи… Казалось, кто-то шарит безжизненными руками по стенам и по двери, ища вход.

Эскиль лежал в постели, словно бревно, не шелохнувшись, напрягая до предела слух и уставясь глазами в темноту. Он едва осмеливался дышать, так что его вздохи напоминали прерывистый шепот.

Снова слабое царапанье.

Внутри или снаружи?

«Не надо подзуживать самого себя, Эскиль, это всего лишь мышь!» Мышь? Такая целенаправленная?

Чьи-то руки ощупывали стены, искали что-то вполне определенное, хотели проникнуть внутрь.

Им нужен был Эскиль?

Кто-то узнал, что он ночует в этом доме? Кто-то почуял его присутствие? Или, может быть, видел, как он входил в дом?

Господин Йолин? Знавший, что Эскиль явился сюда за сокровищами?

«Не будь идиотом, Эскиль, не давай страху свести тебя с ума! Думай! Думай о чем-нибудь другом, заткни уши, залезь под одеяло, но думай!

В доме никого нет, в доме никого нет!»

Внушение подействовало. Больше он ничего не слышал. Скорее всего, он это внушил себе. Он слишком напряженно слушал.

«Что я буду делать завтра? Да, я немедленно начну искать клад, мне не хочется торчать здесь слишком долго! Не стоит терять время! И я не собираюсь делать глупости, как это делали другие кладоискатели.

Я не собираюсь расставаться с жизнью.

Следует поступать обдуманно, а не полагаться на случай».

Наверняка здесь была какая-то путеводная нить, которую обнаруживали остальные. Значит, и он должен ее найти.

Сколько человек здесь погибло? Он никогда всерьез не задумывался над этим. А сколько пропало без вести?

Трое, разве не так? Одна женщина, молодой парень и… да, какой-то мужчина, живший задолго до рождения Сольвейг. Эти люди должны были где-то находиться, ведь не растворились же они в воздухе.

Эскиль вздрогнул, снова услышав слабый звук.

Так близко?

Значит, вход был найден? В его комнату?

«Идиот! Успокойся, Эскиль, ты ведь не веришь в страшные истории! Ведь ты из рода Людей Льда!»

Он снова успокоился.

Он досадовал на то, что не спросил у Терье, где именно погибали все эти люди. Впрочем, Терье не следовало спрашивать об этом. Эскиль знал только о том, где погиб Мадс. «Он лежал мертвый перед дверью». Возможно, он пытался выйти наружу, но на него кто-то напал.

Кто же?

Терье? Нет, ничто не говорило в пользу этого.

А разве еще один человек не бал найден мертвым в коридоре? С выпученными глазами? Да, это был последний, кто проживал здесь. А жена его бесследно исчезла.

Нет, Терье не убивал этих людей.

Это сделал кто-то другой…

Старший брат Мадса и Терье, Йолин. Тот, кто унаследовал этот дом, но потом был посажен под замок, представляя опасность для окружающих.

Да!

Возможно, он теперь на свободе и делает, что хочет. Но об этом никто не знает. Наверняка он ненавидит всех, кто осмеливается жить в его доме.

Мог ли он теперь находиться в доме? В своем собственном доме?

Дверь не запиралась на ключ!

Эскиль встал и придвинул к двери стол. Теперь, по крайней мере, он вовремя услышит его приближение.

Что значит вовремя? Чтобы успеть выпрыгнуть в окно? Он сомневался в том, что ему удастся это сделать.

Был и другой, более устрашающий вариант: это мог быть сам старый господин Йолин, следящий за тем, чтобы никто не приближался к его сокровищам. Тот, что умер уже двести лет назад.

Опять в голову ему приходят нездоровые мысли! Скорее всего, это были просто несчастные случаи.

Долго лежать ночью без сна было утомительно, хотелось есть. Эскиль прихватил с собой еду, чтобы позавтракать и поужинать в этом доме.

Обедать же он должен был внизу, в усадьбе.

Хорошо бы перекусить, а рано утром внимательно осмотреть все.

Ему удалось ненадолго заснуть.

И ему приснился странный, неприятный сон. Будто кто-то наклонился над ним и смотрел ему в лицо.

Он не знал, кто это был. Посреди серого тумана маячило какое-то отверстие — и там было что-то косматое, жуткое, неописуемое. Пара глаз, отсвечивающих красным… Такие глаза он видел однажды у одного альбиноса.

Но это был не альбинос. Волосы у него были темные, густые и…