Чтение онлайн

Лиз и Эми переглянулись. Обе захихикали.

— Слава богу, он — фокусник, а не канатоходец, — прошептал Ричи.

Эми казалось, что она стоит на надутых воздушных шариках, осторожно балансируя, и удержаться на них — тоже неслабый трюк.

Что же такого Лиз добавила в «косяк»?

Внешне Марко выглядел таким же жалким, как и его выход к зрителям. Мужчина средних лет, с налитыми кровью глазами, загримированный под дьявола. Ярко-алые губы. Белое как мел лицо. Густо подведенные черной тушью глаза. И врезающийся в лоб треугольник черных, похоже крашеных волос. Компанию поношенному фраку составляли белые перчатки, в нескольких местах замаранные чем-то желтым.

— Не следовало ему надевать эти перчатки, когда он гонял шкурку, — прошептала Лиз.

Все четверо рассмеялись.

— Какая ты грубая, — упрекнул Лиз Ричи.

— Судя по его виду, он вполне может это делать, — шепнул Базз.

Марко нервно глянул на них, разобрать, о чем они шепчутся, он не мог. Улыбнулся им, коснулся шляпы-цилиндра, в надежде завоевать их внимание и оборвать разговоры.

— Что бы он ни делал в этих перчатках, — добавила Лиз, — ради бога, не позволяйте ему пожать вам руку.

Они снова рассмеялись.

Несколько других зрителей уже поглядывали на Эми, кто-то с любопытством, кто-то неодобрительно, но ее не волновало, что они там думали. Она развлекалась.

Марко решил проигнорировать их. Взял колоду карт с маленького столика, который стоял по центру сцены. Перетасовал карты и завернул их в шелковый носовой платок, так что видимым остался один торец колоды. Положил сверток в стеклянную чашу. Каждое движение сопровождалось выразительным жестом. Когда он отступил на шаг и указал на чашу, карты начали по одной подниматься из колоды: сначала туз бубен… потом туз треф… туз червей… и наконец, ошибочно, валет бубен. Марко смутился, перетасовал колоду, перешел к следующему фокусу.

— Слушайте, от него тошнит, — прошептал Базз.

— Тебя тошнит от вони его перчаток, — уточнила Лиз.

— Ричи, этот тип действительно твой дядя Арнольд? — спросила Эми.

Марко надул воздушный шарик и завязал горловину. Потом коснулся шарика зажженной сигаретой, шарик шумно лопнул, и из эпицентра взрыва вылетел живой голубь. Получилось лучше, чем с картами, но Эми успела заметить, что голубь вылетел из-под фрака фокусника.

После еще двух фокусов Марко, которые вызвали жидкие аплодисменты, Лиз спросила:

— Вы готовы свалить?

— Еще нет, — ответил Ричи.

— Но ведь чертовски скучно, — резонно указала Лиз.

— Я хочу увидеть финал, — стоял на своем Ричи. — Гильотину.

— Какую гильотину? — спросил Базз.

— Ту, что на транспаранте снаружи, — ответил Ричи. — Он отрубает голову какой-то девахе,

И тут впервые Марко заговорил. Голос у него был на удивление сильный и властный.

— А теперь для тех, кто любит странное, жуткое, гротескное… я завершу мое выступление номером, который нежно называю «ПротыкатеЛь».

— А как же гильотина? — спросил Ричи Базза.

— Говнюк, — фыркнула Лиз. — Он нас просто надул.

Марко выкатил в центр сцены большой ящик, лишь на фут или около того короче гроба, но в остальном полностью напоминающий главную принадлежность любых похорон.

— Я слышу, как вы тут бормочете, — продолжил Марко. — Я слышу, вы говорите… гильотина… гильотина. К сожалению, это устройство принадлежало моему предшественнику. И его, и само устройство задержала полиция после трагического инцидента. Последняя дама, которая ассистировала ему, лишилась головы и все перепачкала своей кровью.

Зрители нервно рассмеялись.

— Действительно тошниловка, — недовольно буркнула Лиз. — Господи.

Но Эми как раз казалось, что с Марко происходит странная метаморфоза. Он уже не выглядел таким жалким, как в тот момент, когда впервые появился на сцене. Что-то произошло и с грубым макияжем. Лицо Марко становилось все более демоническим, в глазах появился злобный, наводящий ужас блеск. Нервная улыбка превратилась в отвратительную ухмылку. Когда он встретился взглядом с Эми, той показалось, что она смотрит в два окна, за которыми открывается вид на ад, и похолодела до мозга костей.

«Это нелепо, — убеждала себя Эми, содрогаясь всем телом. — Марко Великолепный не изменился. Изменилось мое восприятие. Это же галлюцинация. Вызванная наркотиком. Чертов «косяк». Наркотики. Чем это Лиз сдобрила травку?»

Марко поднял заостренный, длиной в два фута, деревянный стержень.

— Дамы и господа, обещаю вам, что этот номер доставит вам даже большее наслаждение, чем гильотина. Он действительно лучше, гораздо лучше, — фокусник усмехнулся, но в этой усмешке Чеширского кота было что-то очень уж мрачное. — Мне нужен доброволец. Молодая женщина, — его злобные глаза скользнули по зрителям. Он нацеливался то на одну женщину, то на другую, вроде бы остановился на Эми, но потом взгляд двинулся дальше, к Лиз… но в конце концов Марко выбрал симпатичную рыжеволосую девушку.

— Нет, нет, — замотала она головой.

— Я не смогу. Только не я.

— Разумеется, сможете, — возразил Марко. — А ну-ка, друзья, поддержите эту храбрую юную особу.

Тут же все громко захлопали, и рыжеволосая с неохотой поднялась по ступеням на сцену.

Марко взял ее за руку.

— Как вас зовут?

— Дженни, — и девушка смущенно улыбнулась зрителям.

— Вы не боитесь, не так ли, Дженни?

— Нет, — покраснев, ответила она.

Марко широко улыбнулся.

— И правильно. — Он повел ее к гробу, стоявшему на узком торце, чуть отклонившись назад на металлических кронштейнах. Марко откинул крышку: — Пожалуйста, встаньте в ящик, Дженни. Обещаю вам, что вы не почувствуете никакой боли.

С помощью фокусника рыжеволосая встала в ящик, спиной ко дну, лицом к зрителям. Ее шея легла на U-образную скобу в верхней части ящика. Поскольку гроб был коротким, голова Дженни осталась снаружи, когда Марко закрыл крышку.

— Удобно? — спросил фокусник.