Дом Солнца
Шрифт:
Всадники тем временем подъехали к началу площади, и спешились, решив пройти остаток пути пешком. И оказалось что странными тут были не только лошади. Нуатль, вместо обычной дорожной одежды, носил на себе странные одежды, несколько смахивающие на те, что были в ходу у жителей Речной долины, а за поясом держал изогнутый нож, которые обычно применяли воины из восточных земель. Его брат был более сдержан, и выглядел как и подобало, однако и при нем Чимолли отметил предметы, не свойственные его народу.
Но самым удивительным было нечто другое – чуть позади братьев, если не совсем вровень с ними, шел еще один человек. Низенький, черноволосый и с характерными глазами. Никто не понимал что он здесь делал, однако сами прибывшие тихонько переговаривались с ним всю дорогу.
Похоже предсказание Милинтики начало сбываться!
– Приветствуем вас Нуатль и Чикахуа, и надеемся что долгая дорога не утомила вас, а тоска по дому не сожгла изнутри! – несмотря на увиденное, Чимолли сохранил лицо, и приветствовал путников.
– Приветствуем и тебя, наш названый брат! – Чикахуа широко улыбнулся, и протянул руку встречающему.
– Надеемся что тебя не утомила наша работа! – Нуатль подхватил слова у брата.
Со стороны это смотрелось вполне приемлемо. Три родственника встречаются, подначивают друг друга, и жмут руки. Однако те кто в действительности понимал что здесь происходило, уже мысленно потирали руки. Братья сразу кинулись с места в карьер, указав Чимолли что ему осталось недолго терпеть ту работу, которой он сейчас занимался, и вскоре они сами возьмут ее на себя. Кажется вскоре должна была разгореться битва!
– Это господин Масаши! – Чикахуа повернулся к своему товарищу, и представил его окружающим. – Он наш верный друг и советник, поэтому прошу – примите его так как нас!
– Конечно! Приветствуем и вас, Масаши, на нашей земле! – Вспомнив обычаи его народа, юноша решил слегка поклониться, за что получил гораздо более увесистый поклон.
Тем временем, поздоровавшись с остальными людьми, братья отправились вверх по лестнице, к своему дворцу. Чуть позади них, в одиночестве шел Чимолли, рассказывая им о произошедших событиях. Все остальные, включая иноземца, плелись в хвосте колонны, опустив головы, но крайне пристально слушая все что говорилось!
– Кстати, вы наверное хотите почтить память отца? Недавно проложили новую тропу к храму, так что…
– Нет, сходить можно и позже! – Чикахуа махнул рукой, отметая эту идею
– Точно, он ведь никуда не денется, в отличие от Союза, которым стоит уже управлять! – продолжил Нуатль.
Ответ братьев поразил всех. По-сути, они сейчас проявили крайнее неуважение к отцу, отказавшись навестить его дух. Процессия даже остановилась ненадолго, пораженная этим поступком, однако заметив неладное, Чикахуа добавил:
– Я думаю, отец бы точно хотел чтобы мы разобрались с досаждающими народу проблемами, если они есть конечно же!
Напряжение нарастало. Колонна вновь двинулась, приняв успокоенный вид, однако внутри у всех была буря. Похоже что с каждым мгновением братья теряли уважение все больше и больше. И только Чимолли пытался сохранить самообладание и ясность мыслей.
Через некоторое время, продолжая вести непринужденную беседу, в которой путешественники рассказывали об увиденном, процессия подошла к тронному залу. В этот момент чиновники, знать и прочие испарились, оставив перед дверьми лишь Совет четырех, и двух наследников, к которым вскоре должен был присоединиться еще один…
– Как только мы завершим коронацию, вы должны быть готовы к переменам! В своих путешествиях мы увидели много вещей, некоторые из них было бы вполне неплохо увидеть и здесь…
– Господин Чикахуа, все это несомненно прекрасно, и мы с нетерпением ждем момента когда сможем воплотить в жизнь все ваши приказы… – Нелли сохранял благоразумный вид, однако все же нашел в себе силы приостановить близнецов – … Но вам не кажется что говорить о своих указах пока вас еще не выбрали правителем несколько… неправильно?
– А что, разве есть еще претенденты? – Чикахуа казалось изрядно удивился, услышав это заявление, и через мгновение уставился на своего брата. – Ну, кроме этого остолопа который почему-то родился моим братом!
– Дело в том, что в завещание вашего отца был внесен ваш названый брат, и притом внесен как основной наследник. Вкупе с тем что он был усыновлен, это дает ему право быть избранным. И мы… – Составитель законов бросил взгляд на Чимолли, будто извиняясь – … Вполне можем разрешить все в его пользу!
– Ну так в чем проблема? – Нуатль встал со ступенек на которых чистил свой нож, и вступил в беседу – Раз он указан в завещании, то спокойно может отказаться от этого, разве нет?
Пока они все это обсуждали, Чимолли думал. О том что рассказывал ему дядя, о разговоре с Милинтикой. О том что увидел сегодня. И если рассказы дяди о правителях ему нравились, разговоры с первожрецом заставляли его думать, то братья сейчас вовсе не казались ему братьями. Они казались кем-то другим, что и заставило Чимолли сказать заветные слова:
– Могу, тут ты прав! – Услышав это лица братьев прояснились, и на них появилась улыбка, вскоре исчезнувшая. – Но не буду!
Напряжение в зале пробило небо, и устремилось в неизвестность.
7. Новая цель.
Сначала пришло удивление. Причем оно было настолько сильным, что казалось, должно было пробить небо. Спустя несколько секунд голова прояснилась, и ее заполонили мысли о безумии. Стоящему на дороге Шину всерьез начало казаться, что его разум был нездоров. Подкрепляла все это та самая кошка, мирно усевшаяся напротив, и уставившись на него своими глазами. Теперь она не говорила.