Чтение онлайн

— С протоколами разберемся, — пообещал Чистец. — Сперва хотелось бы выслушать Лихниса. Он знает Портулак лучше любого из нас. В кои веки я не собираюсь его критиковать — сейчас не до критики. Если у него есть идеи, догадки, что угодно, связанное с этой ситуацией, нам бы хотелось услышать.

— Нет у меня идей, — отозвался я. — Только то, что уже сказал: Портулак не виновата. Она либо убита посланцами машинного народа, либо у них в плену.

— Зачем все это роботам? — удивился Горчица. — Ни пленение, ни даже убийство Портулак им ничего не дает. Корабль они и так получили.

— Если Портулак пошла против Линии… — начала Пижма.

— Не пошла! — перебил я. — Мы разговаривали перед самым ее отлетом. Скорое расставание с «Серебряными крыльями» Портулак не радовало, но она смирилась. Еще она хотела, чтобы роботы наилучшим образом помогли Гесперу. Если бы для этого требовалось пожертвовать кораблем, Портулак пожертвовала бы с готовностью.

— А если она блефовала? — спросил Щавель, трепля посеребренную проседью бороду. — Извини, но кто-то должен был спросить. Если Портулак спланировала все заранее, тебя в курс дела она точно не ввела бы.

— Портулак не блефовала.

— Наверняка ты знать не можешь. Горечавки не ясновидящие. Если Портулак твердо решила…

Я пригвоздил Щавеля гневным взглядом. Прежде отношения мы не выясняли, но и настоящими друзьями не были.

— Уверяю, Портулак не собиралась угонять свой корабль.

— Предположим, Лихнис прав, — сказал Чистец. — Первая наша задача — остановить «Серебряные крылья зари». Вот справимся с этим, вытащим Портулак, тогда разберемся, что там стряслось.

— Как ты собираешься останавливать «Серебряные крылья», не подбивая их? — поинтересовалась Пижма. — Простите, я неловко выразилась. Только не набрасывать же на «Крылья» аркан в надежде, что корабль полетит медленнее.

— Стрелять будем прицельно и подобьем «Крылья», чтобы не пострадали экипаж и пассажиры, — сказал Чистец. — Сейчас это оптимальный вариант.

— С Портулак кто-нибудь связывался? — спросил Горчица.

— Мы сигналим ей с тех пор, как «Крылья» покинули орбиту Невмы, — ответил Чистец. — Она молчит.

— Что не доказывает ровным счетом ничего, — парировал я. — Если корабль захватили роботы, им с нами разговаривать не о чем.

— По-твоему, Портулак еще жива? — спросила Пижма.

— Надеюсь.

— Это не ответ.

— Другого предложить не могу. Давайте не будем об этом, пожалуйста.

К счастью, Пижма не настаивала.

— Прежде чем займемся «Серебряными крыльями», нужно обратить внимание на один момент, — проговорила Лебеда, барабаня ногтями по призрачному столу. — Если корабль захватили роботы, можно предположить, что они действуют от имени машинного народа. Обстрел «Крыльев», даже с целью замедлить, может быть истолкован как враждебное действие, а с определенной позиции — как объявление войны.

— Они же не идиоты, — возразил Лопух. — Это единичный случай. Наш корабль вывели с орбиты без должных объяснений. Мы имеем полное право вернуть собственность Линии.

Лицо Лебеды дышало непреклонностью, было ясно, что возражений она не потерпит.

— Я сказала «с определенной позиции», — напомнила она. — Нас могут, как минимум, исключить из Союза. Нет нужды объяснять, сколь катастрофичны будут последствия для Линии Горечавки, особенно в этот час. В худшем случае мы спровоцируем роботов на акт возмездия.

— Мы обоснуем свои действия, — проговорил Чистец.

— Надеюсь, кто-нибудь нас послушает. Между этими двумя вариантами целая уйма дополнительных, и почти все они плохие. На нас может напасть другая Линия — просто чтобы показать роботам свою силу. Если против нас объединятся несколько молодых цивилизаций, малой кровью тоже не отделаться.

— Тех, кто осмелится, разобьем наголову, — пообещал Чистец. — И роботов тоже, если они посмеют ополчиться против нас. Несмотря на их силу и быстроту, мы существуем куда дольше их.

— Не будем забегать вперед, — сказал я, надеясь образумить остальных. — Нам мало известно об этих двух роботах, да и о машинном народе в целом, если уж на то пошло.

— К чему ты ведешь? — спросил Горчица.

— К тому, что не нужно спешить с выводами. У нас уже есть основания считать, что первопричиной засады стал мой полет на Вигильность. Повод лететь туда был и у доктора Менинкса, и у Геспера. Возможно, он был и у Каскада с Каденцией.

— Роботы прилетели к нам, — напомнил Щавель.

— Моей точке зрения это не противоречит. Ни с того ни с сего Вигильность оказалась в центре внимания, а из-за моей нити это внимание коснулось и нас. Вполне вероятно, роботы решили, что мы для них интереснее.

— Не пойму, с какой стати, — с сомнением отозвался Щавель. — Почему бы не полететь прямо на Вигильность, раз она всех так интересует?

— Вигильность не имеет дел с роботами — признает только органический интеллект. Почему — спросите у самих кураторов. Геспер собирался выдать себя за человека. Для этого потребовались бы большие жертвы: физические возможности пришлось бы урезать до предела и у него могло не получиться. Вероятно, Каскаду и Каденции таких сложностей не хотелось или они заранее решили, что риск разоблачения слишком велик. Представляете некрасивую ситуацию: людей-машин уличили в попытке внедриться в человеческую цивилизацию? Галактику вполне мог охватить дипломатический кризис, причем без усилий с нашей стороны. Поэтому роботы и прилетели к нам — выяснили, что мы получили от Вигильности информацию, имеющую стратегическую ценность. Они понадеялись раздобыть эти данные у нас, минуя Вигильность.

— Считаешь, они так пристально следили за нами? — спросил Щавель.

— Кто-то же следил, — отозвался я, устало пожав плечами.

— По-твоему, роботы связаны с Домом Солнц? — поинтересовался Чистец.

— Все взаимосвязано, — ответил я, — но это не значит, что все преследуют одну и ту же цель.

— Я был готов поверить, что мы вызвали гнев другой Линии, — начал Чистец. — Что засада — расплата за что-то совершенное много циклов назад, за оплошность, которой мы тогда не придали значения.