Чтение онлайн

Как бы все ни начиналось, Марк подарил ей ночь, которую не забыть никогда. Но уже скоро он зароется лицом в чьи-то еще волосы, его длинные пальцы будут лениво ласкать чужую грудь. А она позабыла об этом ради нескольких часов абсолютного восторга.

Маленькое домашнее развлечение. Эти слова вспомнились Элен и обдали ее холодом. Он хочет одного: чтобы она ждала его в Монтигле, готовая отдать ему все, что он захочет. Вечный медовый месяц, думала Элен, кусая распухшую от поцелуев губу. Однако, когда ее сексуальное образование будет закончено, она, наверное, утратит для него сладость новизны.

И вся боль достанется на ее долю.

Мне нужно научиться не думать, сказала она себе, когда ровное дыхание Марка сообщило ей, что он заснул. Не задаваться вопросами, что он делает, когда его нет дома, с кем он может быть. Никаких сцен, никаких упреков.

Если я сумею быть слепой, а он будет достаточно благоразумен, тогда, возможно, наши отдельные жизни пойдут своим чередом.

А теперь, подумала она, выключая лампу, надо спать.

Открыв глаза, Элен увидела яркий свет солнца и услышала пение птиц. Марк склонился к ней и поцеловал — по-видимому, уже не в первый раз.

— Доброе утро. — Он приподнялся на локте и улыбнулся. — Ты очень красиво просыпаешься.

Краска залила ее щеки. Несомненно, ночью он укрыл ее простыней, и теперь она надежно защищена от слишком яркого солнца. И, что важнее, от его взгляда.

— Доброе утро, — смущенно ответила она. — А дождь… Дождь кончился?

— Ты истинная англичанка, дорогая моя. — Невероятно, но Марк смеялся. — Даже лежа в постели с любовником, ты способна говорить о погоде.

Ты мне не любовник, в отчаянии подумала Элен. В этой ночи не было любви. Ты утверждал свое достоинство в постели, потому что я отвергала тебя. Ты должен был доказать, что можешь заставить меня захотеть тебя вопреки моей воле. Но мы оба знаем, что я — не единственная женщина в твоей жизни.

— Прости, — коротко сказала она.

— Не за что. Это было очаровательно. — Марк мягко поцеловал Элен в губы. — Мне бы очень хотелось остаться здесь навсегда, но нам нужно успеть на самолет. А кроме того, — добавил он и погладил ее по щеке, — впереди у нас новая ночь.

— Два самолета, — уточнила Элен, вспомнив о своем намерении во что бы то ни стало исполнить принятое накануне решение. А ведь Марку стоит только взглянуть на нее, улыбнуться, коснуться ее щеки, и она будет сгорать от желания растаять в его объятиях. — Мы… летим в разные места.

— Неужели? — медленно переспросил Марк. — О чем ты? Мы будем путешествовать вместе. Естественно, ты полетишь со мной в Париж.

— Нет, — возразила Элен. — Я возвращаюсь в Англию, в Монтигл, как мы вчера договорились.

Марк резко сел.

— Но это же было вчера, до того, как…

— До секса? Ты считаешь, что это что-то меняет?

— Я надеялся, — очень тихо произнес Марк, — что теперь ты захочешь быть со мной. Когда мы нашли друг друга.

Она едва не закричала ему в лицо: только не в Париже! Никогда я не войду в твою пресловутую квартиру, не окажусь в кровати, где ты занимаешься сексом со своей любовницей.

— Но я буду с тобой, — возразила она вслух, — когда ты вернешься в Монтигл.

— Это может случиться не сразу, — сказал он, пристально глядя на Элен. — Тебя это не беспокоит?

— Ты можешь приезжать и уезжать, когда тебе захочется. Не мне вмешиваться в твою жизнь.

Холод в сердце заставил ее голос дрогнуть.

— Мне казалось, — сказал Марк с неожиданной сухостью, — что я дал тебе такое право. Или дело в том, что между нами стоит еще кто-то? Отвечай.

— По-моему, тебе это известно.

Когда Марк заговорил, его голос прозвучал почти как стон:

— Элен, ты глупо себя ведешь. Несмотря ни на что, наш брак может удаться, я это знаю. Ты не должна отравлять то, что возникает между нами.

Между нами, повторила про себя Элен. Никаких «нас» нет и не будет. Даже если Ангелина Валлон останется в прошлом, ее место займет еще кто-нибудь.

— Я не могу притворяться, — возразила она. — Это не входило в нашу договоренность. Так что я не еду с тобой в Париж. Но, конечно же, Монтигл и твой. Когда ты решишь появиться там, я буду готова… пойти на компромисс.

Ответ Марка словно хлестнул ее по лицу:

— Как этой ночью?

— Да, — решительно сказала Элен.

Марк пробормотал себе под нос что-то грубое, спрыгнул с кровати и принялся подбирать разбросанную по полу одежду. Но не сделал попытки одеться. Вместо этого он сунул руку в карман смокинга.

— Позвольте мне поздравить вас со сценическим успехом, мадам. — В его голосе слышалась желчь. — Ты быстро учишься. И я обещал, что твои успехи не останутся без вознаграждения.

Он швырнул на кровать пачку банкнот.

— Считай, что тебе уплачено сполна, — добавил он. — До следующего раза, когда бы и где бы он ни случился.

И он скрылся за дверью, а Элен, бледная и подавленная, молча проводила его взглядом.

— Ты это серьезно? — Лицо Лотти осветилось. — Наша свадьба в Длинной галерее? Господи, Элен, это же чудесно!

Элен, в свою очередь, обняла подругу.

— В твой коттедж всех не втиснешь. Во всяком случае, без ущерба для имущества. А галерея после ремонта выглядит просто великолепно. Она обязательно должна послужить для чего-то особенного.

Лотти вдруг смутилась.

— А Марк не будет против?

Элен слегка пожала плечами.

— С чего бы?

Он же так редко бывает здесь, добавила про себя Элен, но не произнесла этих слов вслух.

Лотти успокаивающе погладила ее по руке.

— Ты будешь ослепительна, — пообещала она. — И я гарантирую тебе, что Саймон будет счастлив. Нам понадобится музыка для танцев? Испытаем новый пол в галерее?

— Конечно! Назвался груздем, так полезай в кузов. Надеюсь, Марк будет танцевать? Или он окажется в какой-нибудь Боливии или в Узбекистане?