Дом П
Шрифт:
Чинила, чинила, а он – ни в какую. Не работает, и всё тут. То вода не льётся. То, наоборот, льётся так, что просто потоп!
– Не получается? – послышалось из окна.
Это соседки кричали. Они всё никак не могли поверить, что бабушка Женя такая сильная, что может починить такой большой белый агрегат.
– Не получается! – ответила бабушка Катя в окно, а бабушку Женю спросила: – Женьк, может, позвоним сантехнику?
– Получится, – упрямо сказала бабушка Женя, сжав зубы.
Она даже подумала сходить домой за перчатками и двинуть по унитазу разок-другой, но всё-таки сдержалась. Погладила его по белому холодному боку и сказала:
– Ну давай, дружочек, работай, что ли… Пожалуйста!
И вдруг унитаз зашумел и… заработал.
– Получилось! – крикнула бабушка Катя в окно.
– Ура! – послышалось в ответ. – Ну, Женька – сила!
Во дворе даже захлопали. Бабушке Жене было приятно, что и говорить. А бабушка Катя её обняла и сказала:
– Ух, Женька! Чем тебя отблагодарить-то? О, слушай! Мне невестка тут цветов отдала море! Ей их девать некуда. Она учительницей в школе работает, и ей ученики их дарят и дарят. В вазах, в горшках… Возьми, а?
– Нет, Катюшка, спасибо, друг, но я не возьму. У меня самой цветов море. Один цветок в садик ходит, другой в школу, а два ещё сейчас с работы придут. И всех надо поливать, представляешь?
Засмеялась бабушка Катя, бабушку Женю ещё раз на прощание обняла и проводила до подъезда.
А в лифте бабушка Женя встретила маму девочек, Таню.
– Евгения Петровна, – сказала Таня строго, – вы сегодня рогалики не пекли?
– Пекла, – испугалась бабушка Женя, – а что?
– Вредно для фигуры, вот что!
– Так не ешь. Это же детям.
– Но что поделаешь, они ведь такие вкусные, их вместе с пальцами съесть можно, – грустно сказала Таня, и бабушке Жене тоже стало грустно и немного стыдно за то, что она испекла рогалики.
– А ещё у меня какая-то слабость, – пожаловалась Таня, – сегодня магнитная буря.
– Магнитная буря! – испугалась бабушка Женя. – Бедный Серёжа! У него всегда болит голова в магнитную бурю! Надо поскорее заварить крепкий чай, он всегда Серёже от головы помогает.
В это время папа девочек как раз подъехал к дому.
У папы, надо сказать, денёк выдался не из лёгких. Он ведь кем работал? Финансовым директором! Человеком, который отвечает за кучу денег. А у финансового директора тоже есть директор. Такой большой и главный. И этот папин директор сказал, чтобы из кучи денег немного взяли на новый проект. А проект оказался неудачным! И хотя папа был не виноват, в куче всё равно не хватало денег. И папа очень нервничал, что он за кучу отвечает, а в ней чего-то не хватает.
Сидел папа Серёжа за столом, нервничал, а к нему подошёл заместитель (это такой помощник) и сказал, что нашёл себе другую работу.
– Как? – испугался папа и чуть со стула не свалился.
В такое непростое время остаться без помощника – просто ужас. Можно, конечно, нанять другого. Но пока ему всё объяснишь…
Расстроился папа совсем, что уж говорить. Да ещё секретарь у него опаздывала. Секретарь – это такой человек, который отвечает за бумаги. Вот она опаздывала, опаздывала, а когда папа ей позвонил, оказалось, что она заболела. Гриппом.
– Хотите, приду? – хрипло сказала она.
– Ну нет, спасибочки, – буркнул папа, который не очень-то любил заражаться и болеть, – лечитесь, будьте любезны.
А сам так огорчился! Чуть не заплакал! Отпросился со всех встреч – и на улицу.
Дай, думает, воздухом подышу. Заодно и газету решил купить. Встал у киоска, а за ним тётенька мальчика поставила и говорит:
– Стой пока за дедушкой, а я журнальчик посмотрю кулинарный!
Папа чуть не взвыл. Да какой же он дедушка! Ещё скажите, прадедушка.
Тут же про газету забыл. Бросился в магазин, где косметикой торгуют. И купил себе сразу пять флаконов с краской для волос. И чёрной, и белой, и даже цвета «баклажан». Покрашу, подумал папа, волосы и буду выглядеть моложе!
Кое-как успокоился. Правда, на работу вернулся, а там на него снова все неприятности навалились – и с кучей денег, и с бумагами, которые ему пришлось самому искать, а заместитель всё по телефону разговаривал и совсем не собирался ему помогать, ведь он уходил на другую работу!
Домой папа ехал совсем грустный и несчастный. Всё, чего ему сейчас хотелось, – это перестать быть финансовым директором и снова стать маленьким мальчиком, чтобы бабушка Женя его пожалела и ото всех защитила.
Остановился он возле дома, вылез и слышит:
– Серёжа-Серёжа, как тебе не стыдно! Маму заставляешь унитаз чинить.
Это соседки на лавочке его увидели и давай ругать.
Для них-то он не был финансовым директором, а так и остался мальчиком, сыном бабушки Жени, даже не бабушки, а просто Жени.
Вот они его и отругали!
Как ему стыдно стало – ужас! За бабушку Женю. Зачем, думает, мама такими глупостями занимается? Можно же сантехника вызвать! Сама занимается такими глупыми делами, которые должен делать специально отведённый для этого человек, сантехник, и позорит папино честное имя. Лучше бы пожалела его!
У него даже голова немножко загудела, но не заболела.
– Привет, пап, – в коридор выглянула Вика. – Я тут подумала: помнишь, мы ходили в магазин выбирать для Сани Быстрова подарок? Который я должна была из своих денег оплатить?