Чтение онлайн

В начале своей карьеры он занимался фальшивомонетчиками и получил серьезное ранение во время неудачной операции по захвату преступников. В ходе завязавшейся перестрелки ему удалось ликвидировать двух бандитов, пока в него самого не попали. А через несколько лет он, хотя и с опозданием на несколько секунд, лишил жизни убийцу Риттера. Таким образом, на его счету за время службы было три застреленных преступника. Мишель на тренировках выпустила тысячи пуль, но даже во время службы в полиции Теннесси ей ни разу не доводилось применять оружие в деле. И она нередко задумывалась, как себя может вести полицейский или охранник, по долгу службы застреливший человека: станет ли после этого чересчур, до безрассудства, решительным или, напротив, излишне осторожным?

Клайд Риттер был убит преподавателем колледжа Аттикус. Профессор Арнольд Рамсей никогда не считался потенциальной угрозой обществу и не был связан ни с какими радикальными политическими движениями, но, как позже выяснилось, резко критиковал Риттера. У него остались жена и дочь. Мишель подумала, что дочери приходилось очень нелегко. Что она говорила, когда спрашивали о ее родителях? «Привет, мой папа был убийцей по политическим мотивам, как Ли Харви Освальд. Его застрелил агент Секретной службы. А чем занимается ваш папа?» В связи с этим убийством никто не был арестован. Официальное расследование пришло к выводу, что Рамсей действовал в одиночку.

Закончив с бумагами, Мишель перешла к видеозаписи, которая была официально приобщена к делу. Она сунула кассету в плейер под телевизором и включила воспроизведение. Сев на стул, Мишель устремила взгляд на экран, где появились кадры встречи Риттера с избирателями, ставшей для него последней. Запись сделали местные телевизионщики, и она сыграла решающую роль в судьбе Кинга. Эту пленку никогда не показывали новобранцам Секретной службы: Мишель считала, что боссам было просто стыдно за своего агента.

Она замерла, увидев уверенно державшегося Риттера, который вошел в зал в сопровождении помощников. Про Риттера она знала мало — только то, что он начинал как телевизионный проповедник и заработал на этом поприще целое состояние. Тысячи людей по всей стране посылали ему деньги. Ходили слухи, что среди них было много состоятельных пожилых женщин, в основном вдов, которые охотно расставались со своими сбережениями в обмен на обещание, что попадут в рай. Оставив телевидение, Риттер решил баллотироваться в конгресс и был избран от одного южного штата — какого именно, Мишель не помнила. Его голосование по расовым вопросам и разным аспектам гражданских свобод носило сомнительный характер и всегда имело подчеркнуто религиозную окраску. Так или иначе, в родном штате его обожали, а поскольку в стране оказалось немало людей, разочарованных политической платформой основных партий, Риттер решил баллотироваться в президенты в качестве независимого кандидата. Эти амбиции привели к тому, что он получил пулю в сердце.

Рядом с Риттером находился руководитель его избирательного штаба Сидни Морс. Будучи сыном преуспевающего калифорнийского адвоката и матери, унаследовавшей огромное состояние после смерти родителей, Сидни, как ни странно, выбрал карьеру драматурга и театрального режиссера и только потом направил свой творческий потенциал на политическую сцену. Он стал широко известен по всей стране, после того как провел ряд крупных избирательных кампаний, которые превратил в настоящие представления. В этом деле для него не существовало мелочей, он ничего не упускал и продумывал буквально все, чтобы достучаться до сердец избирателей, что позволяло ему добиваться удивительно высоких результатов. Умный, изворотливый и при необходимости безжалостный менеджер, Морс стал палочкой-выручалочкой для тех кандидатов, кто готов был за повышение своего политического рейтинга выложиться по-крупному.

Он присоединился к избирательной кампании Риттера уже после ее начала, когда кандидат понял, что дела его идут не ахти как. Морс согласился помочь Риттеру, как многие считали, не только из-за высокого гонорара — этого мастера избирательных технологий, обожающего эпатировать публику, увлекала сама возможность потрясти устои истеблишмента, продвинув на политический олимп малоизвестного и ни с кем не связанного кандидата. Однако после убийства Риттера карьера, да и сама жизнь Морса покатилась по наклонной. А год назад он был помещен в психиатрическую больницу, где ему, судя по всему, предстояло провести остаток своих дней.

Увидев Шона Кинга прямо за спиной кандидата, Мишель невольно напряглась. Она пересчитала агентов в зале и поняла, что их очень мало. Сопровождая Бруно, она имела в своем распоряжении в три раза больше охранников. А Кинг был вообще единственным агентом, находившимся возле Риттера. Интересно, подумала она, кому пришло в голову, что таких мер предосторожности достаточно?

Мишель отлично знала историю Секретной службы. Потребовалась гибель трех президентов — Линкольна, Гарфилда и Мак-Кинли, — прежде чем конгресс США всерьез озаботился безопасностью высших должностных лиц государства. Теодор Рузвельт впервые получил защиту Секретной службы, хотя в те времена предоставляемая охрана была не такой всеобъемлющей. Еще в сороковых годах двадцатого века Гарри Трумэн — вице-президент только что избранного Франклина Рузвельта — вообще не имел никакой личной охраны. Все изменилось благодаря хорошо подвешенному языку его ближайшего помощника: тот произнес яркую публичную речь, где, в частности, заявил, что человек, находящийся буквально в шаге от того, чтобы стать самой влиятельной персоной в мире, должен иметь право хотя бы на одного вооруженного охранника.

По оценке Мишель, на встрече с избирателями Риттера агент Кинг все делал правильно: его взгляд постоянно перемещался, наблюдая за толпой. У всех телохранителей эта техника отработана до автоматизма. В свое время Секретная служба состязалась с другими правоохранительными органами в умении распознавать лжецов. Секретная служба одержала безоговорочную победу. Для Мишель причина такого успеха была очевидной. Телохранители постоянно занимались тем, что старались определить мысли и намерения людей, опираясь только на их поведение.

А когда наступил кульминационный момент, Кинга что-то отвлекло с правой стороны. Пытаясь понять, на что именно обратил внимание агент, Мишель не заметила, как Рамсей вытащил пистолет и нажал на спуск. Она вздрогнула от звука выстрела и поняла, что, подобно Кингу, тоже отвлеклась. Мишель отмотала пленку назад и снова ее прокрутила, наблюдая, как Рамсей сунул руку в карман пиджака: его движение частично скрывал плакат с изображением Риттера в другой руке. Когда он прицелился и выстрелил, Кинг отшатнулся: судя по всему, пуля прошла через кандидата навылет и попала агенту в руку.

Пока Риттер падал, в толпе началась паника. Телеоператор, видимо, упал на колени, потому что на экране были видны только лежащие тела и множество беспорядочно метавшихся ног. Другие агенты оказались прижатыми к стенам зала обезумевшей от страха толпой. Все это продолжалось несколько секунд, показавшихся ей вечностью. Затем оператор, похоже, снова поднялся на ноги, поскольку на экране вновь появился Кинг.

Окровавленной рукой он выхватил пистолет и прицелился в Рамсея, который продолжал стоять с пистолетом в руках. Вообще-то по инструкции агенту следовало в первую очередь позаботиться об охраняемом лице — увести его в безопасное место и привлечь медиков для оказания пострадавшему экстренной помощи. Кинг этого не сделал, но только потому, как решила Мишель, что убийца по-прежнему стоял перед ним с оружием в руках.