Шрифт:
Пролог
Умирает ли любовь?
Когда Анджела поняла, что ее отец, Кемаль бин Ахмед аль-Джохар – сводный брат короля Джохара и ее идеал, постоянно нарушает клятву супружеской верности, она задала матери этот вопрос. Анджела была тогда наивной первокурсницей. Она настолько верила в порядочность отца, что рассказы о его изменах, появившиеся в таблоидах и забившие электронный почтовый ящик, сочла грязной клеветой или жестокой шуткой какого-то друга, который отныне для нее не друг.
До сих пор она не подозревала, что кто-то испытывает к ней неприязнь. Этот кто-то разбил не только ее иллюзии, но и сердце.
Самый главный герой Анджелы был свергнут с пьедестала и даже не подозревал об этом.
Мать девушки, бразильянка по происхождению, бывшая супермодель, по-прежнему красивая и статная, молча смотрела на дочь несколько секунд. Ее карие глаза – такие же, как у Анджелы, – выражали нескрываемую боль.
– В молодости, – вздохнула она, – я считала, что любовь – это великое счастье, однако некоторые люди мучаются и страдают из-за любви, и будут страдать до самой смерти.
– Почему же ты остаешься с ним?
– Мы с твоим отцом живем каждый своей жизнью.
Так разбилась еще одна иллюзия. Оказывается, Анджела с матерью поселились в Штатах для того, чтобы девушка могла получить образование, сохраняя относительную анонимность. У американцев полно своих скандалов, и им недосуг интересоваться жизнью состоятельных выходцев из маленькой ближневосточной страны Джохар.
В каком-то смысле мать оберегала Анджелу. От правды. Но Лобелия также оберегала и себя: ей не хотелось прослыть женой дамского угодника и волокиты. Теперь Анджела поняла, почему они редко ездили в Бразилию и Джохар, а также почему отец редко их навещал.
– Но почему ты не разведешься с ним? – спросила она.
– Я люблю его.
– Но ведь он…
– Он мой муж. Я никогда не опозорю свою и его семью разводом.
Учитывая то, что отец Анджелы – член королевской семьи, этот аргумент был вполне весомым. Тем не менее Анджела поклялась не повторять ошибки матери. Лично она никогда не выйдет замуж из чувства долга и не будет мучиться из-за безответной любви, которая приносит больше горя, чем радости.
Анджела верила, что сможет сдержать клятву. Однако, несмотря на то что никаких официальных заявлений сделано не было, в тринадцать лет она была обещана в жены Захиру бин Фаруку аль-Зохра. Захир являлся наследником престола Зохра, и на всем Ближнем Востоке не было лучшего жениха, чем он.
По крайней мере, Анджела так считала. До сегодняшнего дня. Сегодня она получила по почте массу фотографий Захира.
Внезапно Анджела ощутила запах весенней свежескошенной травы, наполнявший воздух в тот роковой день, четыре года назад. И тот же холодок пробежал по спине, оставив странное ощущение влажной кожи.
Еще час назад, если бы кто-нибудь стал расспрашивать ее о Захире, она уверенно заявила бы, что принц не может стать героем скандала, который обожают раздувать бульварные газеты. Он не только осознавал свой долг перед семьей и свое высокое положение. Захир был слишком честен и принципиален, чтобы быть пойманным с поличным с какой-нибудь женщиной.
Да. Это был второй ее герой.
Но теперь, уставившись на верхнюю фотографию – весьма невинное изображение Захира, помогающего грудастой блондинке усесться на пассажирское сиденье его «мерседеса», Анджела издала нервный смешок. Горло вмиг пересохло, и реальность обрушилась на нее.
Здесь, в этой комнате, не было никакого запаха свежескошенной травы – лишь легкий цитрусовый аромат, который любил ее босс, предпочитавший использовать его для вентиляционной системы.
Во рту появился металлический привкус страха, и рука ее дрогнула, когда она отложила в сторону верхнее фото.
На следующем снимке Захир целовал ту же блондинку. На этот раз на ней было крошечное бикини, и они сидели на краю бассейна. Анджела затруднялась сказать, где их сфотографировали: большая вилла в средиземноморском стиле, возвышавшаяся над бассейном, могла находиться в любой стране с теплым климатом.
Но одно было совершенно очевидно: целующихся в сумерках людей связывает страсть.
И это пробудило воспоминания, о которых она хотела бы навсегда забыть.
Анджеле тогда исполнилось восемнадцать лет, и она была влюблена в Захира с тех пор, как пробудилась ее сексуальность. Девушку не волновало то, что люди могут догадываться об этом. Причем то была не простая страсть. Ее любовь к Захиру с годами становилась глубже и сильнее.
Анджела считала, что Захир холодно обращается с ней, его нареченной невестой, потому что она слишком молода. Но ей уже исполнилось восемнадцать лет. Она стала вполне взрослой, по крайней мере по меркам той страны, в которой выросла, – США.
Они с Захиром присутствовали на званом обеде, на который впервые пришли вдвоем, как пара. Анджела решила, что настал подходящий момент для первого поцелуя, и в разгар веселья бесстыдно увлекла Захира во двор. Правда, бесстыдства у нее было не больше, чем у любой застенчивой девушки, не унаследовавшей от матери необыкновенную красоту.
Трепещущая, но полная решимости, Анджела заглянула в глаза жениха, которые в сумерках казались почти черными, хотя на самом деле были серыми. Она крепко обняла Захира за плечи, и ее пальцы почувствовали его сильные мускулы.
Откинув назад голову, она закрыла глаза и умоляюще произнесла:
– Поцелуй меня.
Она не сомневалась, что мужчина, который в один прекрасный день станет ее мужем, немедленно выполнит просьбу. Анджела с дрожью ждала поцелуя несколько секунд, показавшихся ей долгими часами. И вот нежные губы коснулись ее лба.
Глаза Анджелы широко распахнулись.
– Захир?!
– Сейчас не время, дорогая. – Он осторожно отодвинул ее. – Ты по-прежнему ребенок.
Потрясенная, Анджела покорно кивнула и сглотнула горестные слезы. Покачав головой, Захир похлопал ее по руке:
– Ш-ш-ш, дорогая моя, наше время еще не пришло.
Захир отвел Анджелу назад, а она утешала себя тем, что в словах его прозвучало обещание и он дважды назвал ее «дорогая»…
Хриплый смех вырвался из ее груди. Фото, на котором Захир целовал другую женщину, расплылось перед глазами. Теперь Анджеле двадцать три, а она все еще ждет, когда же Захир поймет, что его невеста не ребенок.