Чтение онлайн

– Как это где? – осклабился лысый. – Спит еще. Начальника не знаете?

– Да уж знаю, – ответил Кротов с внезапным облегчением.

Юрий Дмитриевич и в самом деле любил поспать, если было делу не во вред. Кротов работал с ним на губернаторских выборах. Бывший сотрудник разведки, Юрий Дмитриевич был теневым «смотрящим» от Москвы и обналичивал в кротовском банке деньги для «черной кассы» выборной кампании.

– Второй этаж, – сказал стриженый, под руку ведя Кротова к подъезду.

Квартира явно была «точкой», «конспиративкой», снятой на время у каких-нибудь стариков, коротающих лето на даче. Мебель дешевая, старая, всё в ковриках и коврах, синтетических дорожках. Множество семейных фотографий по стенам. И только в центре гостиной на круглом столе, покрытом плюшевой скатертью, инопланетным гостем лежал раскрытый и готовый к действию ноутбук с периферией. Кротов скинул туфли в коридоре, носки были влажными – надо же, как обоссался!

– Сейчас мы сделаем укол, и вы поспите, – сказал лысый.

– Сначала душ, – помотал головою Кротов. – И чаю покрепче, а там уж колите.

– Принимается, – усмехнулся лысый. – Неслабо вам досталось.

– Могло быть хуже, – сказал Кротов и вздрогнул.

В ванной не было лосьона – только мыло и полотенца крошечные. А чаю не имелось вовсе, только кофе в термосе у стриженого. Все правильно: в такой квартире не живут и лишнего не держат. Кротов посвежел и ободрился, отказывался спать, требовал Юрия Дмитриевича, однако лысый был непреклонен. Кротова с мужскими шуточками завалили в спальне на высокую пружинную кровать, приспустили штаны и всадили укол, от которого задница окаменела, потом отнялись ноги, исчезли поясница и спина, стало шуметь в голове, голова растворялась в подушке.

Проснулся он в двенадцать по Москве, не сразу понял, где и почему находится. Сел на кровати рывком, охнул и замер от боли, тихонечко поднялся на ноги – так легче, вроде отпустило. Направился неспешно в туалет, где долго брызгал темным в ржавый унитаз.

– С добрым утром, – сказал лысый, когда Кротов приплелся в гостиную.

Они со стриженым сидели рядом за столом. Напротив, у компьютера, расположился незнакомый парень студенчески разболтанного вида. Возле серванта с посудой стоял шофер с заложенными за спину руками. Куда же делся третий, с заднего сиденья? Лысый показал ладонью на кресло в углу.

– Присаживайтесь, Сергей Витальевич.

Кротов сел и сказал:

– Может, познакомимся? Грешно не знать своих спасителей. В Ватикане вам свечку поставлю.

– Мы не католики, – проговорил с улыбкой стриженый. Заулыбались все, и хуже всех осклабился шофер. Студент побрякал клавишами ноутбука и замер с посторонним выражением. Одет он был, как на рекламе жвачки «Риглиз». – К тому же у вас, Сергей Витальевич, есть более практичный способ отплатить друзьям за своевременную помощь.

– Баксы в папке? – спросил Кротов. – Забирайте. А где Юрий Дмитриевич?

– Какой Юрий Дмитриевич? – стриженый расширил ясные глаза.

– Кончайте ломаться, – Кротов едва справился с окатившей его волной предательских мурашек. – Дайте-ка мне телефон, дальше я буду говорить только с ним.

– Говорить вы будете с нами, – возразил лысый, поиграв затекшими плечами. – И говорить по-дружески, без крайностей. Время дорого. Мы и так заждались, когда вы проснетесь. Цените нашу деликатность, Сергей Витальевич.

– Телефон! – потребовал Кротов и вытянул руку.

Шофер у серванта сделал быстрое движение и направил на него черный брусок. Кротов видел такие: электрический парализатор ближнего действия, черт знает сколько тысяч вольт. Ему резко захотелось в туалет, и он подумал: до конца жизни теперь буду ссаться от страха, как пудель.

– Чего вы хотите?

– Всего лишь пароль, – лысый поднял со стола двумя пальцами его, Кротова, карточку кипрского банка. – И номер счета, соответственно.

– Там мало что есть, – вяло произнес Кротов. – И как вы сможете...

– Мы сможем, – сказал парень за компьютером, а лысый отчетливо назвал банковскую сумму.

– О, вот теперь я точно знаю, – печально выговорил Кротов, – что вы действительно от Юры. Все снимете или оставите на жизнь?

– Мы вам папочку оставим, – ответил стриженый. – Ну как, будем сотрудничать, или вам прошедшей ночи маловато?

– Дайте подумать, – сказал Кротов. – И курить дайте, где мое курево?

Свободной рукой шофер положил в пепельницу сигареты и зажигалку, протянул, как в ресторане, – склонившись, но не приближаясь.

– Какие гарантии, что я выйду отсюда и смогу улететь из страны?

– Вас мы не тронем, – сухо пообещал лысый. – На этот счет у нас прямые указания. Улететь из страны – это ваша проблема.

– Я хочу поговорить с Юрием Дмитриевичем.

– В Москве его нет, – сказал стриженый.

– Мобильный?

– Оставим эту тему, Сергей Витальевич. Диктуйте, я записываю.

Когда Кротов закончил диктовать, лысый спросил делово:

– В конце пароля – с точкой или без?

– С точкой, – сказал Кротов.

– Смотрите мне, Сергей Витальевич, – стриженый дружески погрозил ему пальцем. – Нам бы очень не хотелось...

– Мне тоже, – сказал Кротов. – На дорожку укольчик поставите? Очень уж больно сидеть.

– Мы дадим вам таблеток, – пообещал лысый. – От укола вы снова заснете.

Шофер увел его на кухню. Кротов курил, прихлебывал кофе, слушая долетавший из гостиной стрекот компьютерных клавишей и малопонятные реплики студента. Потом на кухне появился лысый с листком бумаги и чернильной авторучкой.

– Нарисуйте свою подпись, банк требует факсимиле. И аккуратнее, пожалуйста... Помните, как раньше было: все ждут зарплату, а бухгалтер из банка приехал пустой – подпись «не идет»... Снова с точкой?

– С точкой, – подтвердил Кротов. – Эта штука хорошо работает? – спросил он шофера, когда лысый вернулся в гостиную.

– Напрочь вырубает.

– Ну-ну, – сказал Кротов.

Здесь его, конечно, не убьют, да и не было смысла его убивать – он теперь никому не опасен. Стольника ему на время хватит. Половину обещал майору – а где тот майор? Обвели и его вокруг пальца. Надо ехать поездом до Питера, там Выборг и автобусом в Финляндию. Оттуда самолетом куда хочешь. Но пускают ли финны с «шенгеном»? Проще в Турцию, русских там принимают без визы. Но главное – не дергаться сейчас, выбраться отсюда и спокойно все обмыслить на свободе.