Чтение онлайн

— Игорь Витальевич, так и какие риски вы видите при подключении арабов? И при работе «на паях» с ними?

— Саня, я не Бахтин. Я врач. И то, что ему очевидно, мне нужно выяснять и перепроверять. Я действительно подумаю. Но чтоб наш разговор не был пустым сотрясанием воздуха, предлагаю говорить профессионально. Ты хочешь обсудить и инициировать проект? Готов участвовать и финансово? Здорово. Давай оформим, для начала, в читаемой лично для меня форме?

— Это как?

— Майкрософт-проджектом владеешь?

— Да.

— Вот давай ты вначале накидаешь, с цифрами, как ты себе видишь проект по клапанам, в связке с онкологией, в связке с грудничками. С учётом сезонности в педиатрии, ааага-га-га-га, — веселится Котлинский. — А потом я, как старший товарищ, вникну в серьёзный документ. И мы вместе решим, как, куда, с каким темпом и условиями двигаемся дальше?

— Хм… не сообразил, — искренне удивляюсь, как не додумался до очевидного. — А ведь штабная культура должна быть. — Бормочу под впечатлением. — Ведь действительно надо не языком молоть… Спасибо!

— Не за что. — Кивает Котлинский. — Я действительно готов двигаться дальше, но, во-первых, обдумаю все твои новые вводные «от Бахтина». Во-вторых, если мы обсуждаем серьезные вещи, то давай ты хотя бы пропишешь свои соображения, для начала? В виде проекта. Как полагается. Что не прописано, то не управляемо… А не будешь это мне предлагать сделать за тебя, — Котлинский весело улыбается из своего кресла. — Я начальник, мои правила.

— Принимается. Виноват. Не хватило опыта.

— Не обиделся?

— Боже упаси. Перед тем, как принимать решение, надо оценить обстановку. Для оценки обстановки, нужно систематизировать вводные и данные. Для вас картина «не прозрачна», по крайней мере, пока я не переложу всё из своей головы в сроки, цифры и ресурсы. Сейчас удивляюсь, почему сам не додумался.

— Ну-с, я к индивидуальному подходу готов, — Сергеевич с энтузиазмом потирает руки.

Сегодня он мне сказал прийти попозже, остальных отпустил пораньше, чтоб под ногами никто не путался, как поясняет он сам.

— Саня, вообще физподготовка, в твоём случае, ставит целями устранение функционального дисбаланса у тебя, если он есть, это первое; и проверку под нагрузкой твоего обмена веществ: чтоб ничего «не вылетало», как позвоночник у Сабирова, это второе. Информирую, чтоб действия спортсмена на тренировке были не только добросовестными, а и осознанными и инициативными.

— А что у меня в дисбалансе? — Сергеевичу удаётся меня регулярно удивлять.

— А вот это мы сейчас и будем выяснять… Пошли в манеж.

Мы перемещаемся в атлетический манеж, примыкающий к нашему корпусу, и следующие полчаса посвящаем непонятным, на первый взгляд, упражнениями типа гусиного шага, отжиманиям в упоре, бегу с ускорениями, бегу ёлочкой и тому подобное.

— Странно, — удивлённо констатирует Сергеевич через полтора часа. — Надо бы, конечно, тебя так часов на пять пригрузить, но я думал, что уже сейчас что-то можно будет сказать.

— А что вас смущает? — спрашиваю, попутно приводя дыхание в норму.

— Ты под нагрузки адаптируешься, что ли. Из ресурса не выводишься. — Сергеевич ненадолго зависает. — Вижу, что от этого проку будет немного… Слушай, а если бы я тебе сейчас сказал десятку пробежать? Ну, десять кэмэ? Ты бы её пробежал? Имею в виду не дисциплину, а физически. Потянул бы?

— Давайте пробежимся, — указываю рукой на дорожку манежа. — Примерно на три четверти часа удовольствие. Но ответ «да». Пробегу. Вопрос: налегке или с отягощениями?

— А ты сейчас о каких отягощениях? — осторожно спрашивает Сергеевич, как-то странно глядя на меня.

— Ну там, дополнительный груз, как вариант. Дополнительный груз ещё бывает эргономично и неэргономично закреплён, — просвещаю Сергеевича. — Знаете, есть такие старые рюкзаки, которые не по спине вес распределяют, а только на плечах на лямках висят?

Сергеевич кивает, задумчиво глядя на меня.

— Вот это не самый удобный вариант. Там, чтоб темп не терять, лямки придётся руками придерживать. — Просвещаю его в ответ. — Или ещё груз бывает вообще не закреплён, в руках, например. Вот если он соизмерим по весу с заплечным, то это вообще каторга. Наверное, — добавляю на всякий случай.

— Приведи пример? — хмурится Сергеевич, глядя на меня с короткой дистанции.

— Например, аппарат. Для погружений. Ну, акваланг ещё говорят.

— Он же на лямках? Его же за спину можно повесить?

— Сергеевич, у него баллоны из металла, — снисходительно улыбаюсь. — И если вы с аппаратом соберётесь бежать, дай вам бог здоровья, то у вас, в ритм бега, железяка в четверть центнера будет делать массаж всех ваших позвонков. Но не осевой нагрузкой, а под углом в девяносто градусов. К оси позвоночника. Отгадайте, что будет с позвоночником через десять кэмэ?

— Фарш, — Сергеевич задумчиво смотрит на меня.

— А ещё, допустим, металлический или любой жёсткий ящик с ручками. За спину не крепится никак. Либо, как вариант, с собой крепления за спину отсутствуют, а переместить надо быстро. Допустим, тоже на дистанцию в десять кэмэ. Вот если тянуть в руках, то выдыхаешься на порядок быстрее, чем если бы груз был закреплён за спиной.

— Та то понятно, но откуда ты этого всего нахватался? — Сергеевич озадаченно смотрит на меня. — Тебе по жизни что ли заняться нечем?

— Про аппарат Вовик рассказывал. Говорил, пытка ещё та.

— А-а-а…

— А с грузами сам экспериментировал. Интересно было, — не вдаюсь в детали. — Сергеевич, но мы отвлеклись. Вы сейчас о десятке с отягощениями говорили или как? Или налегке?

— Тьфу ты… Да. — Спохватывается Сергеевич. — С отягощениями, можно сказать.

— Какой вес? Какие параметры, как груз крепится?