Шрифт:
Глава 1.
Анастасия.
– Вы должны на мне жениться! – утвердительно заявляю, для надежности притопнув ногой.
– Девушка, а я вам еще раз повторяю, покиньте мой кабинет немедленно.
– Никуда не пойду, хоть режьте. Разве я нехороша? Вы вообще в курсе какая из меня хозяйка?
В стенах адвокатского офиса я не впервые. Столько раз обивала пороги и, наконец, мне удалось встретиться с главным директором предприятия. Я дождалась его прилета из-за границы, ведь только Марк может помочь справиться с бедой нависшей надо мной и маленькой дочерью. Однако надменный и столь занятой юрист желает вытурить меня под белы рученьки, но ничего.
– Как вас там? Анастасия? Я не занимаюсь мелкосортными делишками неверных супругов. И перестаньте говорить о женитьбе. Не искушусь.
Сказал, будто отрезал.
Марк откидывается на спинку кресла и нервно трет лицо. Получасовая склока со мной его изрядно вымотала, но и я пришла сюда не шутки шутить.
Фыркнув в десятый раз, резко дергаюсь и шагаю к рабочему столу адвоката. Упираюсь кулаками в гладкую поверхность. Интересно, сколько Марк отвалил денег за дизайнерскую обстановку? У него-то финансов куры не клюют точно.
– Да как вы смеете? Я всегда была верна мужу! Выслушайте… пожалуйста… уже хоть черта лысого готова отдать взамен.
От безысходности роняю слезы, но малодушный адвокат и бровью не ведет. Он безупречен и профессионально выдержан. Откатывается на кресле подальше к окну.
– Страшно мне за вас, Анастасия Евгеньевна.
– Почему?
Округляю глаза и, одернув белый свитерок, выпрямляюсь по стойке ровно.
– Боюсь, охрана моя все косточки ваши переломает, если я нажму кнопку, – снисходительно оглядывает с головы до ног. – Уймитесь и обратитесь к специалисту более низкого уровня. Повторюсь, я занимаюсь серьезными вещами и у меня очередь.
– Вы покрываете воров и бандитов! – в голос кричу, смахивая слезинку со щеки. – А чего? Чего уставились? Я все про вас знаю Марк Яковлевич. Как и то, что вы еще не проиграли ни одного дела… – сбавляю тон. – У меня ребенка отобрать хотят. Незаконно подставить и лишить родительских прав.
– Любой суд примет сторону матери, если она не наркоманка, алкоголичка и… ай, не вижу смысла объяснять.
Марк не договаривает, машет рукой в мою сторону, мол, отвяжись муха надоедливая.
– Значит, по-хорошему вы не хотите? Будет по плохому!
Мне уже терять нечего. Если Олег отнимет дочь, то в жизни моей померкнут все краски. Так долго я проходила осмотры в клиниках, сдавала кучу анализов, высчитывала дни. После всех мучений я была вознаграждена и забеременела. Хотя по итогу оказалось, что дело не во мне, а в муже, но это сейчас значение не имеет.
Потому что я, вопреки манерам, огибаю массивный стол и замираю подле высокого брюнета. Смотрю на него с вызовом, не дрогну. Кажется, Марк решил лично убраться из собственного кабинета. Я же блокирую его путь отступления.
– Ты против чьего слова перечить вздумала? Мне надоело!
Исчерпав последнюю каплю терпения, Марк обхватывает меня за талию, давит и тащит в сторону двери. Извиваюсь в его руках, выказывая протесты. Он сильнее меня гораздо, удачливее и у адвоката нет детей, семьи. Я вычитала почти всю имеющуюся информацию о нем из интернета. Марк Лютольф человек успешный и публичный. Холостяк, красавчик, завидный жених. Будь он проклят!
– Пусти, зверюга!
– Анастасия Евгеньевна умерь свой пыл, иначе под суд пойдешь раньше положенного срока. Это я тебе гарантирую.
Его руки крепким кольцом сжимают всю меня так, что дышать становится трудно. Нос и рот пропитываются ароматом мужского парфюма от тесной и весьма настойчивой близости наших тел. Марк пытается выставить меня из кабинета. На мгновенье его руки соскальзывают, и я успеваю достать из кармана свернутую ксерокопию.
– Вот, смотрите!
Приступаю к иному плану действий. Я была готова к отказу Лютольфа и заранее все просчитала.
– Что это?
Останавливается у двери, выпустив меня из объятий, вырывает бумажку.
– Расписка вашего покойного отца. Вы знали, что Яков проиграл право на желание моему папеньке? Так вот, расплачиваться придется вам.
– Блеф. – Марк хмурится и разворачивает лист, внимательно читает. – И где доказательства, что текст написан рукой моего отца? Почему явились с копией? Нужен оригинал.
Пячусь и скрещиваю руки на груди. Стало быть, несравненный юрист впал в ступор. Сейчас он все еще старается сохранять невозмутимый вид, однако я замечаю, как откровенно раскраснелись кончики ушей Лютольфа.
– А я вам что, дурочка? Настоящая расписка припрятана в надежном месте. Вы же у нас эксперт? Так проверьте и убедитесь, что подчерк действительно принадлежит вашему отцу.
– Филькина грамота, – хрипло рычит Марк, не сводит с меня темных глаз. Демонстративно комкает в ладони бумагу и кидает мне в ноги.
Признаться, никогда не позволяла себе шантаж и угрозы. Я уважаю людей и при других обстоятельствах беседовала иначе.
– Получается, вы не сильно расстроитесь, когда я опубликую новость о несостоявшейся сделке в СМИ? Не разозлитесь, когда в городе узнают, что представитель известного рода Лютольфов не держит обещания предков? Всего доброго.
Кивнув, крадусь мелкими шажками прочь.
– Зараза, – цедит Марк и притормаживает, коснувшись моего плеча. – Я выслушаю тебя, но если мне не понравится, пожалеешь, что вообще на свет родилась.
– Ладно-ладно, – суматошно бормочу, когда Лютольф разворачивает меня и подталкивает к столу, – только не кипятитесь.
Плюхаюсь на мягкое кресло. Марк обходит справа и, зыркнув на меня, чтобы сквозь землю провалилась, усаживается напротив.
– Ну-с, рассказывайте как есть, – равнодушно говорит, открывая ноутбук.