Чтение онлайн

— Нужен. — Я сглотнула подступивший к горлу ком. — Ты мне нужен. Ты мой самый лучший друг в этом мире, честно. И я очень-очень по тебе скучала.

Наверное, все это совсем не то, что он хотел бы услышать, но это большее, что я могла ему сказать. А самое главное — это была правда, которую я поняла только теперь.

И он улыбнулся. Грустно, но все-таки…

— Друг это ведь тоже неплохо? — спросил он то ли у меня, то ли у самого себя.

— Это то, что мне сейчас нужно, — ответила я. — И… Прости меня… я…

— Ничего. Просто не будем об этом, хорошо? И девочки просили передать, чтобы ты вечером приходила. К Алатти, как всегда. А там, может, по городу погуляем. В Школьном квартале таверна новая открылась, «Крылатый волк». Говорят, неплохая…

— Я приду. Обязательно.

И никаких открытых платьев!

После перепалки с заботливым родственником Галла все-таки уехала в Марони с ночевкой, пообещав вернуться к обеду следующего дня. Ужинали уже без нее.

— Слушай, Лайс, — снова не удержался Иоллар, — сколько ты собираешься ее контролировать? Ты не думал, что девочка-то уже взрослая, а по людским меркам и вовсе перестарок, пора бы ей личную жизнь обустроить. Замуж выйти, детей нарожать…

Судя по тому, как округлились его глаза, о таком Эн-Ферро не думал.

— Замуж? Галчонку?

— А почему бы и нет? Ну закончит она школу, станет сильной волшебницей, а потом?

— Не знаю, — пожал плечами кард. — Потом она, наверное, и без моей опеки обойдется. Когда закончит и станет. Вот тогда пусть выходит и рожает, а пока мне в этом доме и двоих детей хватит.

— Знаешь, Лайс, — насупился эльф, — я тут по глупости стал считать себя твоим другом, а не воспитанником.

— Воспитанником? — рассмеялся магистр Пилаг. — Да какой из тебя воспитанник? Так же, как из Галчонка. Воспитанники — это те, кого воспитывают, а вы двое воспитанию не поддаетесь. А насчет дружбы, то кто же мне друг, если не ты? Особенно после той истории на Раване. Так что уж прости, если не к месту вспоминаю, сколько тебе лет, а сколько мне, только вот я действительно постарше и, смею думать, поумней.

С этим Иоллар спорить не стал.

— И как старший и более опытный друг, — продолжал Лайс, — хочу с тобой поговорить.

— О чем?

— О тебе, конечно. Ты на Саатар ехать не передумал?

— С чего бы? В империи эльфу делать нечего, ты же тут, как я понимаю, надолго, так что уеду, как и планировал.

— Жаль, — нахмурился кард. — Я надеялся уговорить тебя остаться. Кармол не империя, я это в этот приход очень хорошо понял. К тому же если бы ты остался, мне было бы…

— Не так скучно? — предположил эльмарец.

— Спокойнее.

— Успел привыкнуть, что я всегда дома и есть кому стеречь твою ненаглядную сестричку?

— Нет, Ил. Я за Галлу в данной ситуации меньше переживаю, чем за тебя. Девочка в школе, делом занята. А ты… Я же тебя знаю. Ты ведь на Саатар не древними городами любоваться поедешь. Наверняка в какую-нибудь свару влезешь.

— И что предлагаешь? — рассердился эльф. — Тут остаться, в лесничество твое устроиться или, может быть, вообще в герцогскую стражу? Или домработницей у вас заделаться? Прибрать там, ежели чего, обед сварганить?

— Нет, — жестко отрезал кард. — Без домработницы мы с Галчонком обойдемся. Хочешь ехать, отговаривать не стану. Но мой тебе совет, как друга и как старшего, не спеши. Дождись хотя бы мая, к герцогу должны приехать послы Леса, разузнай, что и как, а там, если не передумаешь, с ними и уедешь. Хорошо?

— Хорошо, — согласился Иоллар.

Все равно до отъезда нужно еще выполнить поручение Хранителя и раздобыть образец крови. И к чему драконам вся эта суета — самая обычная же девчонка? Видать, не такие уж они и мудрые, эти старейшины, раз вбили себе в головы невесть что. А ему теперь выполняй их нелепые задания.

— Эй, ты о чем задумался? — щелкнул пальцами перед его носом Лайс.

— Да так, о ерунде всякой. Вино вот закончилось, в Марони нужно ехать.

— Нет, в город сегодня не хочу, можно и дома отдохнуть. А вина бутылочка у меня в комнате припрятана, сейчас принесу.

— Свечку возьми! — крикнул вдогонку эльф. В кардах, конечно, много чего от кошки, но в темноте они видят ничуть не лучше людей или эльфов.

Раздавшийся в гостиной грохот это подтвердил.

Лайс не возвращался долго, а когда пришел, то без бутылки и в очень расстроенных чувствах.

— Все, я покойник, — сказал он, падая на табурет. — Она меня убьет.

И выложил на стол крупные осколки бледно-голубого фарфора.

— Лучше б ты башку себе расшиб, придурок!

Слезы катились сами собой. Мало он мне крови попортил с момента приезда? Мало мне было оскорблений, погреба мне не хватило? Так нет, их прибацнутое высочество умудрилось лапами своими размахаться, сбить полочку и разбить мою чашку! Ту самую чашку, которой лет почти столько, сколько и мне, которая на Земле у меня хранилась, которую я через врата на Тар принесла, протащила без единой трещинки через полмира и которая шесть месяцев простояла в гостиной, никому не мешая. Ту самую чашку, которая была единственным вещественным напоминанием о моей прошлой жизни.

— Ненавижу тебя!

— Гал, я правда случайно.

— Убирайся, видеть тебя не могу!

Зараза остроухая! Как специально все делает. Только я успокоюсь, только подумаю, что все у нас с ним уже утряслось-уладилось, как тут же новая подлянка!

— Хочешь, я тебе другую куплю, еще лучше?

— Отстань от меня!

— Истеричка! Нашла из-за чего скандал устроить!

Я истеричка?

— Это я истеричка?!

— Нет, я, — передразнил меня эльф. — А кто тут ревет из-за куска дешевой глины? Придумала себе горе, пострадать ей захотелось! В зеркало посмотрись, найдешь повод получше!

Вот снова он, снова. И не хотела, а разрыдалась пуще прежнего. Что же это такое делается, сколько мне еще терпеть? Я же раньше почти никогда не плакала, а теперь, чуть что, и сразу в слезы — все нервы вымотал, гад эльмарский.

— Гал, ну прости, пожалуйста. Я действительно не хотел.

Ну как тут можно: то оскорбляет почем зря, то тут же прощение просит?

— Уйди! Слышишь, Иоллар, оставь меня в покое. Ты не чашку разбил, ты двадцать шесть лет моей жизни разгрохал вдребезги, понимаешь? Это память была.