Чтение онлайн

А она выхватила у него презерватив и швырнула в угол.

Момент был неподходящим для споров, но позднее Грег высказал ей свою озабоченность. Неужели она хочет забеременеть? Ведь они, в конце концов, пока еще школьники.

Холли лишь пожала плечами. Дело не в ее желании или нежелании, пояснила она, а в том, что необходимо полагаться на Порядок. Шанс священен. Его нельзя менять. Лишь Зло ведет нечестную игру.

– Я здесь, потому что выиграла этот момент, — добавила она. — Судьбе нельзя диктовать; вот почему я сейчас с тобой.

Она не забеременела — ни в этот раз, ни позже. В следующем году они перешли в выпускной класс.

– Я никогда не видел твоих родителей, — сказал как-то Грег.

– Хорошо, я их вытащу из кладовки. Хотя, боюсь, тебе с ними будет скучно. У них очень ограниченная программа. Они ведь роботы, одна видимость.

И Грег приехал к ней в субботу вечером, мать Холли угостила его ужином, а отец — симпатичный седой мужчина с квадратной челюстью — говорил о футболе.

Родители Холли и впрямь были скучноваты и нередко повторялись в разговоре, но показались Грегу в достаточной степени человечными.

– Если у тебя родители роботы, — пошутил он, — то и ты сама робот.

Холли закатила глаза.

– А что, для тебя все люди в одинаковых костюмах тоже выглядят одинаково? — поинтересовалась она. — Не говори глупости.

Тело Холли Били, пояснила она, как и тела ее родителей — эти смертные движущиеся оболочки — подлинны. Если их вскрыть, окажется, что они люди до мельчайших подробностей. Но два из этих трех тел — лишь оболочки. Третье же, то есть блистательная Холли Били, недавно прибыло на Землю из… другой вероятности. Или, как принято говорить на земле, из параллельной Вселенной. И если ее приятель, размазня по имени Грег, не в состоянии почувствовать разницу между четой ходячих тостеров и ошеломляющей личностью Холли Били, то он не достоин ее общества.

Грег извинился за свою недогадливость:

– Не смей даже дразнить меня намеками на то, что уйдешь. Я не смогу без тебя жить.

– Осторожнее, — предупредила Холли, касаясь пальцем его губ. — Никогда не угрожай будущему. Того, что у нас есть, вполне достаточно.

А теперь ее не стало, и он не мог с этим смириться. Ему было мало всех лет, прожитых вместе.

Моросил дождь, и Грег задумался, не отражает ли хмурый день его настроение. Когда он прежде приезжал в Свипер-сити вместе с Холли, погода стояла солнечная, а улицы заполняла праздничная толпа.

Когда приезжаешь в Свипер-сити с Земли, он преображается на человеческий лад. После рождения дочери они часто бывали здесь. Делали небольшие ставки, открывали двери вероятностей, выигрывали или проигрывали и возвращались с удачей или неудачей в Лисбург, штат Вирджиния, где жили.

Тогда они были молоды и везучи.

Грег вошел в вагон, отыскал свободное место. Он предпочел бы ехать в одиночестве, но вагон быстро заполнился, и рядом с ним уселся мужчина средних лет в очках с тонкой оправой и шляпе-котелке.

– Не возражаете, если я закурю? — спросил мужчина, доставая трубку.

– Нисколько.

Мужчина уставился на светящуюся голограмму в руке Грега.

– Петиция? — спросил он.

– Да.

– Возлюбленная?

– Жена.

Мужчина кивнул, задумчиво затянулся и вздохнул.

– Случайно мы приходим, случайно уходим, — сказал он.

Безобидное утверждение, которое мог произнести любой житель Свипер-сити. Но в Греге оно породило иррациональную ярость, желание вцепиться в горло этому невозмутимому начетчику и задушить его, вопя на весь вагон: «Везение твое кончилось! Ты сидел рядом с неверующим!»

Вместо этого Грег уставился в окно. Огни Свипер-сити уплыли назад, и мрак за окном превратил стекло в черное зеркало. В нем он увидел себя — темноволосого мужчину средних лет, напряженного, но меланхоличного на вид и с отрешенностью в глазах, точно он уже признал поражение и увидел, как мелькающая мешанина цифр внезапно останавливается и вспыхивает красным, означая непоправимый проигрыш.

И тогда с черного потолка прогремит голос:

– Она мертва навсегда, и ребенок тоже. Да будет так. Петиция была исполнена по всей форме и апелляции не подлежит. Проситель должен дождаться решения Хранителя Судьбы.

Этим решением, разумеется, станет смерть — новый прилив цифр, который безразлично поглотит Грега. И его уничтожение станет просто примечанием, событием без последствий. Но он уже будет мертв, когда захлопнется последняя вероятностная дверь, когда Холли и Мириам исчезнут навсегда, а жизнь лишится смысла.

Грег и Холли закончили среднюю школу. Оба поступили в университет штата Вирджиния. Их друзья удивлялись, что они не живут вместе, но будто обитают в своем, отдельном мире. С другими они были вежливы, но сдержанны, не в силах скрыть правды: мир за пределами их взаимного обожания был химерой, наполненной суетой, еле слышными голосами и дурацкими социальными условностями.

– Мы станем жить вместе, когда поженимся, — сказала Холли. — Мне надо сообщить новость отцу.

– Я думал, твой отец — робот.

– Моему настоящему отцу. Ты с ним еще не знаком. Он тебя не одобрит. Впрочем, он никого не одобрит. Он считает, что чем больше у человека привязанностей, тем чаще судьба оборачивается против него.

– Великая философия, — буркнул Грег. Холли поцеловала его в губы.

– Ничего, он свыкнется, — сказала она. — Он меня обожает.

Они поженились за год до выпуска. Свадьба была скромная, пригласили лишь несколько друзей-студентов, сестру и родителей Грега и родителей-роботов Холли.

– Насколько я понял, твой отец меня не одобрил, — сказал Грег. — Твой настоящий отец.

– Нет, — Холли вдруг стала печальной. — Он смирился с нашим браком, но это оказалось для него ударом.

Вечером накануне свадьбы Холли пригласила Грега в свою квартирку над гаражом. Гораздо чаще она ночевала в двухкомнатной квартире, которую снимал Грег, неподалеку от университета.

– Ты никогда не спрашивал, куда я ухожу, — сказала Холли.

– Нет, — согласился Грег, и трепет сердца подсказал ему, почему.