Дочь Дракулы
Шрифт:
Я сразу же заявила, что больше не побегу. Пусть забирают меня и делают что хотят. Бежать я не могу. Пошли они все…
По узкой асфальтированной дороге через лесопосадки мы вышли к какому-то заброшенному райончику со старой водонапорной башней и грязными домами. В одном из таких домов поднялись на четвёртый этаж, где Мирослав и оставил меня в очередной конспиративной квартирке, пообещав вернуться через пять минут, ему нужно смотаться до ближайшего магазина за провиантом.
Я хотела было пойти с ним. Потом махнула рукой и решила остаться. Послушала, как он запирает меня на ключ, достала из рюкзака айфон и поставила на зарядку. Уф. Сейчас хотя бы смогу списаться с мамой. Хотя что я ей напишу, не представляю даже…
Конспиративная квартира – это типовая однушка в райончике для обнищавшего среднего класса. Диван, шкаф, стул. Санузел. Крошечная кухня, мини-холодильник. Ещё более крошечный балкончик. Интересно, какой с него вид?
В двери повернулся ключ.
– Не соврал! – крикнула я, направляясь в прихожую встречать красавчика. – И пяти минут не прошло, как ты…
В прихожей вместо красавчика выросли широкоплечие амбалы из бара. У одного сиял синяк на всё лицо. Я пискнула, рванула на кухню и закрыла кухонную дверь. Но они её просто выбили. Первый, с синяком, вошёл в кухню и, рыча, схватил меня за шиворот. Всё…
Когда Мирослав наконец вернулся, я как раз доедала сердце второго идиота. Кажется, он был ещё жив. Странно, как такое возможно? Но я точно видела, что он с ужасом смотрит на меня и хрипит разорванным горлом. Вроде даже хотел что-то сказать, но смысл?
Красавчик завизжал, как девчонка, в истерике забравшись чуть ли не на потолок, разбросав пакеты с консервами по окровавленному полу. Ну извините! Мне это тоже не нравится, не люблю я все эти кровь-кишки, анатомические подробности, но что поделать, я была настолько голодна, что уже себя не контролировала. Сама не знала, что так бывает…
– Да не ори ты! – сказала я, поднимаясь с пола и демонстративно вытирая руки занавеской. – Я же говорила тебе, что я дочь Дракулы. Тебя предупреждали? Предупреждали. Внимательнее надо относиться к людям.
После, с позволения сказать, «еды» я всегда ворчу на окружающих. В психологии это называется «перенос», то есть я ужасно злюсь на себя и ненавижу себя же за это. Но так как мозгу трудно ненавидеть долго самого себя, он вынуждает меня срываться на окружающих.
В общем, если верить всяким голливудским фильмам, то вампиры после питья крови – улыбчивые и счастливые милашки, а я та ещё бука. Ещё раз простите-извините!
Я закрыла дверь в квартиру, потому что всё это время она так и оставалась открытой. Надеюсь, соседи ничего не слышали и не видели. Хотя вопли стояли такие, что хоть уши затыкай, наверняка все уже полицию вызвали…
– Что-что-что ты наделала?! Тебя-тебя-тебя же теперь убьют! – запинаясь на первом слове, тоненьким голоском спросил всё ещё не пришедший в себя спецагент Яковлев.
– А меня и так убьют.
– Что-что-что ты такое?!
– Я тебе уже говорила. Могу ещё раз объяснить, что я дочь Дракулы. И в кафе этому улыбчивому уроду то же самое рассказывала. Ты вообще хоть кого-нибудь, кроме себя, слушаешь?
– Ты-ты-ты вампир?!
– Уф, сколько можно-то? – заскрипела зубами я. – То есть, когда ты воровал меня из вампирского замка, когда дрался с нежитью, вопрос, кто я, тебя не волновал ни капельки? А ты точно суперпуперагент? Как-то уже сомневаюсь…
Приблизительно где-то час мне понадобился на то, чтобы ввести Мирослава в курс дела. Мы перешли из коридора в комнату, потому что в ней было чисто, и я ещё раз терпеливо ему всё объяснила, буквально разложив по полочкам.
Да, блин! Я – вампир! Дочь Дракулы. Вот так сложились обстоятельства. Родителей не выбирают. И как бы общество к этому ни относилось, мне с этим жить. Без вариантов. А так вообще-то я не рада этому, совершенно не рада, увы…
– Это не моя проблема, – наконец заявил красавчик, взмахнув ресницами. – Моя проблема – моё идеальное брайан-краузевское лицо. Моя кожа совершенна. Я умываюсь только свежевыжатым фруктовым соком, поэтому моя кожа…
– Должна была бы уже сползти с тебя на фиг чулком, как со змеи! – закатив глаза, наверное, до затылка, оборвала я эту чудесную историю. – Что ты несёшь?! Каким соком фруктов? Ничего, что там кислоты содержатся? Да тебе бы твою идеальную брайан-кар… брай-край… тьфу! кожу бы твою до мяса прожгло! Занюхай уже свой бред своим укропом и давай вернёмся к реальным проблемам! У нас, знаешь ли, два трупа в коридоре и целое море крови…
– Кстати, а почему там море крови? – нюхая уже порядком подвявший букетик укропа, спросил Мирослав. – Если ты… вы вампир, вы же… ты же должна была выпить всю кровь.
– Угу. И ещё вылизать пол до блеска, как собачка, – мрачно хмыкнула я. – В человеке в среднем содержится пять литров крови. А в этих амбалах её наверняка было побольше. Ну пусть по шесть. Это значит – с двоих двенадцать литров. Ты в состоянии зараз выпить двенадцать литров жидкости? Ну или хотя бы половину?
Красавчик неуверенно пожал плечами.
– Лучше давай подумаем, что нам с этими трупами делать?
– Ничего. Просто оставим их здесь и уйдём.
Мой телефон посигналил о сообщении по вайберу.
– Это, наверное, мама, – сказала я, бросаясь к телефону, но замерла на месте, увидев, как глаза спецагента расширяются от шока.
– Ты включила телефон?!
– Ну да… и мне было бы гораздо комфортнее, если бы ты продолжил обращаться ко мне на «вы». Я всё-таки твой клиент, твоё задание, дочь Дра…
– Ты знаешь, что нас ищут, и вот так легко включаешь телефон? – Он перебил меня, и это выглядело довольно невежливо.
– Ну…
– Баранки гну! Когда согну, дам одну!
Серьёзно?.. «Баранки гну»? Мы перенеслись в какие-то неизвестные мне девяностые или даже восьмидесятые? Так говорил только мой дедушка, и то нечасто…
– Мы должны немедленно уходить! – заявил Мирослав, поднимаясь на ноги.
– Куда? Я ещё не приняла душ. И телефон не успел толком зарядиться.
Однако он хоть и с плохо скрываемым раздражением, но объяснил мне, что именно по включённому телефону нас и отследили. В общем-то поэтому эти два ныне покойных гостя и вломились ко мне. А поскольку от них нет сообщения о моём задержании, то теперь вслед за ними придут следующие, так что у нас буквально пять минут, чтобы убраться отсюда как можно дальше. И мне лучше ему поверить, он знает, о чём говорит.