Чтение онлайн

Время подпитки – это время, в течение которого заряжаются конденсаторы магнита, которые затем создают электрические импульсы. Я гадал, сколько времени потребуется этим импульсам, чтобы разнести магнит на куски. Вероятно, не больше нескольких секунд.

– Десять секунд, – произнес Рикки. – Давай, Джек. Не изображай из себя героя. Это не твой стиль. Скажи, где она. Шесть секунд… Джек, давай…

Чак-чак-чак смолкло. Послышалось бам! – и скрежет раздираемого металла. Магнит включился.

– Первый импульс, – сообщил Рикки. – Не будь идиотом.

Еще одно бам! Бам! Бам!

Импульсы следовали один за другим все быстрее. Я видел, как с каждым ударом прогибается обшивка охладителя. Бам! Бам!

Больше я этого выдержать не смог. Я закричал:

– Ладно! Рикки! Я скажу! Бам!

– Давай, Джек. – Бам! – Я жду.

– Нет! Сначала выключи его. И говорить я буду только с Джулией.

И внезапно наступила тишина.

Я стоял в отсеке, ожидая Джулию. Потом, обдумав дальнейшие свои действия, присел.

Щелкнул замок. Вошла Джулия.

– Не понимаю, зачем ты подверг себя таким испытаниям, Джек, – сказала она. – Никакой нужды в этом не было. И знаешь что? Только что прилетел вертолет. Отдай мне бутыль и можешь отправляться домой.

Я не поверил ей ни на секунду.

– Где Мэй?

– Она отдыхает, Джек.

– Вы мучили ее.

– Нет-нет. Зачем мне ее мучить? – Джулия покачала головой. – Я никого мучить не хочу. Ни тебя, ни Мэй, никого. Почему ты не хочешь смириться с новой ситуацией?

Она протянула мне руку, я принял ее, и Джулия рванула меня к себе. Такой силы я от нее не ожидал.

– В конце концов, – сказала она, – ты же ее составная часть. Ты убил дикий рой и этим помог нам.

– Чтобы мог процветать рой доброкачественный…

– Вот именно. Процветать, создавая совместно с человеческими существами новый, синтетический вид.

Джулия улыбнулась. Улыбочка у нее, надо сказать, получилась жутковатая.

– Полная чушь, – сказал я. – Это болезнь.

– Ну, конечно, ничего другого ты сказать и не можешь. Потому что ничего пока не знаешь. Ты же не испытал этого на себе. – Она обняла меня. Я не сопротивлялся. – Перестань упрямиться, и поскорее. – Джулия опять улыбнулась. – Ах, Джек… Я и вправду соскучилась по тебе.

– Я тоже, – ответил я. – Тоже соскучился по тебе.

Я обнял ее, прижал к себе. Она была прекрасна – приоткрывшиеся, мягкие, зовущие губы. Я почувствовал, как расслабляется ее тело.

И тогда я спросил:

– Скажи мне одну вещь, Джулия. Она не дает мне покоя. Почему в больнице ты отказалась пройти магнитно-резонансное обследование?

Она нахмурилась, отклонилась назад, чтобы взглянуть мне в лицо.

– О чем ты?

– Ты вроде Аманды?

– Аманды?

– Нашей дочери… Помнишь, магнитно-резонансное сканирование ее излечило?

– О чем ты говоришь?

– Джулия, магнитное поле случайно не опасно для роя? Глаза ее расширились. Она начала вырываться:

– Пусти меня! Рикки!

– Прости, милая, – сказал я.

И ударил коленом по педали. Раздалось громкое бам! – магнит выдал импульс. Джулия завизжала.

Она визжала не переставая, широко раскрыв рот. Я крепко держал ее. Кожа на лице Джулии начала подрагивать, покрываться рябью. А потом оно, казалось, стало вспухать. Вспухание продолжалось, сквозь кожу пробивались струйки, потоки частиц.

И вот Джулия буквально распалась у меня на глазах. Потоки частиц сорвали кожу с ее лица и тела, как ветер срывает с дюны песок. Магнитное поле создало из частиц дугу, уходившую к стенам отсека.

Тело Джулии становилось в моих руках все более легким. Но частицы еще продолжали со свистом истекать из нее.

И когда все закончилось, оставшееся – то, что я продолжал держать в руках, – обратилось в подобие бледного трупа. Глаза Джулии глубоко запали. Губы стали тонкими, растрескавшимися, кожа – прозрачной. Волосы обесцветились, сделались ломкими.

– Джек, – прошептала она, – он пожирает меня.

– Знаю, – ответил я. Голос ее был едва слышен.

– Сделай что-нибудь. Дети… я… целовала их… Я ничего не сказал. Только закрыл глаза.

– Джек… Спаси моих малышей… Джек…

Я глянул на стены и увидел распластанные по ним лицо и тело Джулии. Частицы сохраняли ее облик, однако теперь он был плоским, липнущим к стенам.

И они все еще двигались, повторяя движения ее губ, трепетание век.

Пока я смотрел на частицы, те начали понемногу стекаться к ней от стен, словно телесного цвета дымка.

Снаружи донесся крик Рикки: «Джулия! Джулия!» Он пару раз ударил по двери, однако внутрь не вошел. Я знал, что он и не осмелится. Переделанная им педаль позволяла мне включать магнит, когда я захочу, по крайней мере пока не иссякнет заряд конденсаторов.

– Джек, – произнесла Джулия. – Я не знаю…

– Все в порядке, – сказал я.

Частицы поплыли к ней, восстанавливая ее лицо. Джулия вновь становилась прекрасной. Я нажал на педаль. Бам!

Частицы разлетелись, вернувшись к стенам, правда, на этот раз помедленнее. Я залез в карман, вытащил пробирку с бактериофагом.

– Ты должна выпить это, – сказал я.

– Нет… нет… – Ее начала бить дрожь. – Слишком поздно… для…

– Давай же, милая.

– Нет… Уже не важно… – Дыхание ее было слабым, поверхностным. Она зашептала: – Им придется убить тебя. Не давайся им… Дети…

– Не дамся.

Джулия коснулась костлявой рукой моей щеки и чуть слышно прошептала:

– Ты знаешь, я всегда любила тебя, Джек. Я ни за что не причинила бы тебе вреда.

– Я знаю, Джулия, знаю.

Частицы опять наплывали от стен. Они вливались в Джулию, заполняя ее лицо и тело. Я снова ударил по педали, надеясь побыть с женой еще немного, но услышал лишь глухой металлический лязг.