Добрее
Шрифт:
Моя пенсия – 12 500 рублей. За квартиру я плачу около 4000, следовательно, на жизнь остаётся 8500. Жаловаться не собираюсь: уныние, я считаю, очень вредно для здоровья. 8500 – это 283 рубля в день, целое состояние!
Ничего, если я немного похвастаюсь? На моей кухне царит идеальная чистота. Знакомые советуют запатентовать способ и получить Нобелевскую премию, но я не понимаю, за что. С детства ненавижу мыть посуду, а недавно выяснилось, что это занятие не только неприятное, но ещё и затратное: вода, губки, чистящее средство – всё стоит денег. Решение пришло само: перед обедом надеваю на тарелку полиэтиленовый пакет. После еды легким движением руки снимаю его, и посуда снова сияет. Моё любимое блюдо – луковое рагу, в сезон очень дёшево. Вроде бы вегетарианцы живут дольше. Проверим.
Вот с книгами сложнее. До выхода на пенсию я работал научным сотрудником в Институте органической химии. Профессиональную литературу до сих пор люблю, но от старенького монитора глазам больно, а чтобы на бумаге – интересно, качественно и недорого – это фантастика. Кстати, о фантастике. Окрестные библиотеки я освоил, и новых поступлений, интересных мне, там давно нет. Но мир не без добрых людей: приноровился читать в книжных магазинах. В некоторых даже диваны стоят, да и продавцы лояльны к нерешительным покупателям, которые часами выбирают и выбрать не могут.
С одеждой есть некоторые проблемы. С другой стороны, перед кем мне щеголять. В шкафу висит прекрасный костюм, ещё с прошлого века, а штопать и ставить заплатки я научился виртуозно. Рубашки изнашиваются быстрее, зато секонд-хэнд выручит всегда. Недавно «вторая рука» порадовала рубахой в клеточку. Возможно, её носил настоящий ковбой.
Летний отдых? Уже не хочется, да и не потяну. Разглядываю старые фотокарточки. Когда работал, начальство часто баловало путёвками в санаторий: Белокуриха, Крым, Иссык-Куль – всё объездил.
А вообще нехорошо думать только о себе, эгоистично. По телевизору говорят, что мы развиваемся и идём вперед семимильными шагами. Надо только подождать немного, следующему поколению будет лучше. Раньше тоже обещали, но рано или поздно должно сбыться, правда ведь?
Кухня
Закончился ещё один день без него. Это было не хорошо и не плохо, просто факт. Всё шло своим чередом: в зале тихо играл джаз, на кухне варилась солянка, источая соблазнительный запах, официантки порхали между столиков, улыбаясь посетителям. Маше тоже полагалось улыбаться, но сегодня не получалось. Вроде бы обычная ссора, но любимый уже неделю пропускал свои смены.
Их роман закрутился неожиданно. Маша не обращала внимания на паренька, работающего с холодными закусками, пока он сам не подошёл познакомиться. С тех пор, заходя на кухню за порцией салата, она получала порцию шуток.
– Салат «Цезарь» на пятый стол готов?
– Тут такое дело… Цезарь мёртв.
– Опять листья не завезли?
– Хуже. Юлия Цезаря коварно убили ещё до нашей эры.
– Руководство в курсе?
– Нет. Только ты и читатели Википедии.
На самом интересном месте в беседу обычно вмешивался шеф-повар, командующий: «Голубки, за работу».
Ноги сами несли её на кухню. Иногда шутки были нелепыми, но разве это важно?
– «Греческий» на восьмой, пожалуйста!
– Пароль?
– Птицы в гнезде!
– Пароль неверный.
– Молоко перепёлки выпили перепелята!
– Пароль неверный.
– Сейчас оба на харчо отправитесь! – кричал шеф-повар.
– Вы вошли в систему. Вот «Греческий».
Потом он проводил её домой после смены.
– Маша, я личного водителя отпустил пораньше.
Он тоже человек, пусть отдохнёт. Прогуляемся пешком?
– Ты самый благородный повар холодных закусок на свете. А какой у личного водителя транспорт, велосипед?
– Угадала. Люблю с шиком прокатиться на багажнике по вечернему городу.
– Хорошо, что не на раме. Всё-таки велосипед престижный, марки «Урал».
– Заметь: без пробега по Японии.
Кажется, они несли полный бред, но было так весело и легко, что перехватывало дыхание. Когда подошли к дому, он спросил с притворной застенчивостью:
– Зайти не хочешь?
– Это моя реплика! – запротестовала Маша. – Конечно, я хочу зайти к себе домой.
– Не боишься лифтёра-маньяка?
– Очень боюсь, а кто это?
– О, это страшный человек. Он останавливает лифт с красивой девушкой внутри и спускается к ней в кабину сверху, через плафон.
– И что делает потом?
– Чинит лифт!
Они смеялись в голос, и ночь смеялась вместе с ними.
А потом он её поцеловал.
– Ладно, я пойду, – сказал он шёпотом.
– Ладно, ты иди, – ответила она. – И спасибо.
– За что?
– Мне давно не было так весело без всякой причины.
Они встречались раз в неделю, чтобы выпить кофе и поболтать, совсем как в сериалах. Три лучшие подруги, вместе со школы.
– И вдруг он меня пригласил в хороший ресторан! Я уже и ждать устала. Договорились, что встретимся у входа. Пришла красивая, в новых туфлях, смотрю – подкатывает холёный такой мэн на машине с водителем.
– А что за машина? – спросила Оля.
– Ты же в курсе, я в них плохо разбираюсь. «Лек – сус 570», 2018 года, японская сборка.
– Какая ты, Дашка, счастливая!
– Погоди с выводами. Он из машины вылез, несёт мне цветы. Здравствуйте, очень приятно, погода хорошая, идёмте за столик, можно я водителя с машиной отпущу, а то вы ослепительно красивы, а на вино в этом ресторане не скупятся. Я от такого напора растерялась. Да, говорю, конечно.
– А сам-то он как, симпатичный? – спросила Маша.
– Разве это важно? Не помню. Мужчина как мужчина. Поужинали, выпили. После десерта он вдруг засуетился. Все карманы обшарил, забормотал, что кошелёк остался в офисе. Там и кредитки, и ключи от пентхауса. Быстро выдвинул альтернативное предложение: за ужин плачу я, и едем тоже ко мне. А завтра типа он деньги вернёт и ещё чем-нибудь хорошим компенсирует хлопоты. Например, колечком. Или серёжками. Я сказала, что в дамскую комнату на минутку, а сама бочком-бочком – и на всех парах из ресторана. Ноги стёрла, пока бежала, туфли-то новые, чтоб их.