Чтение онлайн

Ребро пожал плечами.

На втором этаже скрипели доски, что-то стучало, хлопало. Женщины всерьез занялись барикадированьем окон. Совершенно бесполезное дело, но на душе спокойнее, когда делаешь хоть что-то, а не сидишь и ждешь худшего. Парочка подумал: не найти ли и себе занятие? Как тут услышал особенный стук - не со второго этажа, а из глубины первого. Прислушался: точно, первый этаж, ритмичные удары железа по дереву. Инжи растормошил куцего, спросил:

– Где это?

Брат хозяина прислушался.

– Черный ход... Святые боги! Он рубит дверь!

Инжи схватился, машинально поправил ножи.

– Нужно подпереть ее!
– визжал куцый.
– Задвинуть чем-нибудь, чтоб не ворвался!

Инжи недолго поразмыслил. Взял куцего за подбородок и поднял на ноги.

– Так иди и подопри ее. Задвинь чем-нибудь, чтобы Лед не ворвался.

Глаза куцего полезли из орбит:

– Почему я?!

– Потому, что ты знаешь дом. И потому, что пленника нельзя оставить одного.

– Я... я боюсь... не пойду!

– И еще потому, - вкрадчиво добавил Инжи, - что я прирежу тебя, если останешься.

Он развернул куцего и пнул в коридор. Тот побежал, вопя на ходу: "Бабы, на помощь! Сзади дверь ломают!" Заскрипели шаги по лестнице, взвились голоса женщин.

Удары с черного хода звучали ритмично, размеренно. Лед никуда не торопился.

– Наслаждается делом, - отметил Инжи.

Присел рядом с пленником. Поймал за шкирки малютку, рванувшуюся было на голос Анны Греты. Погладил по головке:

– Не бойся, малютка. У нас все будет хорошо. Дядя Ребро нам поможет.

Он вперил в пленника долгий выжидающий взгляд.

– Развяжи меня, - попросил Ребро.

– Не знаю, сможешь ли ты убить Льда...
– с сомнением протянул Инжи.
– Но ты можешь попытаться. В этом твой последний шанс. А мы с крохой можем сбежать - в этом наш шанс. Поможем друг другу?

– Развяжи!
– повторил пленник.

– Не так просто, дружок, - сказал Инжи, слушая ритмичные удары топора.
– Ты знаешь мою слабость, но я не знаю твоей. Скажи мне такое, чтобы я начал тебе доверять.

– И что же?

– Тебе виднее. Мне кажется, дружок, что ты надеялся отделаться ото Льда. Ты веселился, когда он ускакал, и приуныл, когда вернулся. Ты так и подговаривал нас прикончить его, хотя он - твой напарник. Зачем тебе его смерть?

– Ненавижу его, - буркнул пленник.

– Врешь.

– Он - кровожадный гад.

– Ты тоже.

– Я боюсь его.

– Мы его боимся, а тебе-то с чего?

– Он убьет меня, если узнает.

– Узнает что?

Пленник запнулся.

В глубине дома слышался скрип и скрежет. Бранилась Анна Грета, что-то увесистое падало на пол, кто-то кряхтел, сдвигая мебель. Поверх всего монотонно выстукивал топор. Удары из глухих стали трескучими - доски разлетались щепой.

– Что узнает?
– повторил Инжи.

Пленник жевал губы.

– Прощай, - сказал Парочка и поднял на руки девчушку.
– Приятной встречи с другом.

– Стой! Лед убьет меня, когда узнает, что я сделал.

– И что ты сделал?

– Взял кое-что. У командира.

– Ту горстку монет? Не смеши! Больше у тебя ничего не было.

– Вы плохо искали.

Раздался громкий треск. Истошный вопль куцего. Крик Анны Греты: "Навались!"

Пленник вывернул ладонь правой руки и дотянулся пальцами до предплечья левой. Оттянул рукав. Парочка увидел темный шрам по форме подковы.

– Смотри, - сказал Ребро и вогнал ноготь в край шрама.

Скривившись, скрипя зубами, он повел ногтем вдоль шрама, вспарывая по всей длине. Сунул пальцы в открывшуюся рану, ухватил и дернул.

Инжи зажал глаза девчушке. Зрелище было муторным до боли в зубах. Лоскут кожи откинулся и повис, как кровавая шелуха. На внутренней его стороне проступил узор синих линий. В первый миг Инжи принял их за жилы, но, приглядевшись, понял ошибку. Линии складывались в схему. Хитросплетение кругов, квадратов, линий, звезд. Часовой механизм, вычерченный на изнанке человеческой кожи.

– Твою Праматерь!.. Что это такое?

– Абсолют, - одними губами прошептал пленник.

– Абсолют?..

У черного хода раздалась возня, лязгнул спущенный арбалет. Пленник прижал лоскут кожи обратно к предплечью, и кровь почти сразу перестала течь.

– Ты видел. Теперь развяжи меня.

– Я ни черта не понял, приятель. Что на этой схеме? Кому она нужна?

– Абсолют, - повторил Ребро так, будто одно это слово все объясняло. Горько усмехнулся.
– Чертовски досадно - биться за него и подохнуть, не дойдя двух шагов. Не представляешь, как обидно.

– Что такое абсолют?

– Скажу, если доживем до рассвета.

– Ты украл абсолют у своего командира? Хотел сбежать с ним и продать кому-то?

– Только схему. Но она - главное.

В глубине дома раздался свирепый удар, грохот падения. Женщины заорали, звякнула сталь.

– Мама!..
– вскрикнула крошка Джи, сорвалась с места. Инжи удержал ее. Встряхнул пленника:

– Что такое абсолют?

– Сказал: на рассвете.

Инжи наклонился к нему и прошептал одно слово. Ребро не ответил, но Инжи увидел, как расширились зрачки. Тогда он расстегнул ремни на руках и ногах пленника.