Чтение онлайн

Когда они высказались, я спокойным голосом произнесла:

– Я теперь замужем, и за меня отвечает муж.

На это они отреагировали бурно. И на все, что бы они ни говорили, я отвечала лишь этой фразой. Я знала, что у Саши есть отдел по защите сотрудников и их семей. Я знала, что они найдут меня, что приедут люди с автоматами, автогеном вырежут дверь, и на этом все закончится.

Потом меня спросили:

– Что есть у твоего мужа? Если есть квартира, пусть отдает в качестве выкупа за тебя.

– Хорошо, только вы должны позвонить ему и решать это лично с ним.

Я взяла ручку и листок, написала рабочий телефон Саши, добавила «2-й отдел ФСБ» и протянула листок мужчинам.

– Он сейчас как раз на работе.

Через минуту там и ноги моей не было.

Когда я вернулась домой, там было много народу. Саша приехал с работы, его друзья толпились в коридоре, а по квартире бегала разъяренная свекровь. Ее кое-как успокоили, придумав историю про моего бывшего ухажера, который не оставлял меня в покое. Правду ей решили не говорить. Звонков и предложений от тех людей больше не поступало, но спокойствия от этого почему-то не прибавилось.

Мой отец, будучи мужем моей свекрови, наверное, был бы добрым и хорошим человеком, если бы не пил. Сначала у него появилась традиция выпивать за ужином, потом и не только. Саша, Галина и мой отец постоянно пили, а я в их компанию не вписывалась.

Очень быстро Саша превратился в алкоголика. У него изменилась внешность. Он стал худым и сутулым, хотя был совсем еще молодым парнем. Саша начал пить один. Он прятал бутылку на кухне и под предлогом попить воды шел туда, открывал шкафчик, где стояло мусорное ведро, доставал водку и, закинув за воротник, возвращался в комнату. К вечеру он становился пьяным, а я не понимала, в чем дело и как это получается. Тогда я решила проследить за ним и увидела весь этот процесс. Я поняла, что это алкоголизм. Что делать, я не знала, и на руках у меня была маленькая Настя.

Когда это открылось его друзьям, все пытались с ним поговорить, особенно Леша Поляков. Он ему был больше чем друг. Леша практически был членом нашей семьи. Почти каждый день он приходил навестить нас. Если хоть день его не было, это казалось странным. У Леши, единственного из друзей, был ключ от нашего подъезда. Поляков был крестным нашей Насти. Он ее обожал. Своих детей у Леши не было и не будет. У него выявили бесплодие из-за свинки, которой он переболел в детстве. Настя была единственным ребенком, в которого он вложил всю душу. Когда я лежала в роддоме, соседки по палате не могли понять, кто мой муж: приезжали и Саша, и Поляков.

Женившись на Олесе, он, как неисправимый ловелас, не прекратил встречаться с другими девушками, и она об этом догадывалась. А уж его теща знала наверняка, отстирывая его рубашки от губной помады и не раз застукивая зятя в женской компании. Она молчала и ничего не говорила по этому поводу, наверняка хотела сохранить брак, думая, что парень молодой и скоро успокоится. Однако Лешины гулянки только набирали обороты, он не приходил ночевать домой. Сколько раз я слышала фразу: «Ой, нужно сегодня появиться дома, а то завтра мне ехать к “ней”», – это звучало ужасно. Олеся как жена его полностью устраивала: образованная девушка с хорошей работой. У них было полное взаимопонимание. Его устраивало все, кроме интимных с ней отношений. Я же, зная эту ситуацию и глядя на кошмар, происходивший в моей семье, начала задумываться, почему я раньше не обращала на него внимания, ведь он симпатичный и веселый парнишка. Но эти мысли я сразу же прогоняла.

Саша пил «трое через сутки». Сутки он работал, трое пил и спал. Во сне он кричал, долбил в стену кулаками. Когда просыпался, начинал терроризировать меня. Если видел, что разговариваю по телефону, подходил, нажимал на клавишу и орал, чтобы я шла заниматься домашними делами. Гулять я могла только с Настей, встречаться и общаться по телефону с подругами я не имела права.

Когда в соседнюю квартиру заехала молодая пара с сыном, я была очень рада. Они были нашими ровесниками, и эту квартиру им купили родители. Мы с ними познакомились, и они пригласили нас с Сашей в гости.

Саша всегда был рад тем, кто наливает. Потом с ребятами познакомился и Леша Поляков. Мы начали часто гостить у молодой семьи. Когда Саша выпивал и засыпал, а засыпал он быстро и от небольшого количества спиртного, я радовалась тому, что могу хоть с кем-то пообщаться. Когда наступало время возвращаться домой, мы его будили и тащили в кровать.

С Юлей я подружилась, и если была свободная минутка, обязательно заходила к ней поболтать – этого мне очень не хватало, так как дома со мной почти никто не разговаривал, и я чувствовала себя ужасно одинокой.

В один из дней я готовила на кухне и поняла, что в доме закончилась соль. Саша, как обычно, спал, Настенька тоже, Галина была у себя в комнате. Я сказала ей, что пойду к Юле за солью, и вышла из квартиры.

Юля мне начала что-то рассказывать, мы немного поболтали, минут через семь я вернулась домой. В коридоре меня ждали свекровь и заспанный Саша. Галина говорила ему, что я вышла якобы за солью, а на деле наверняка ушла спать с Денисом, пока Юльки нет. Она говорила это так уверенно, и после ее слов, ни в чем не разобравшись, Саша ударил меня кулаком в лицо. Я упала. От растерянности тут же вскочила, открыла дверь и выбежала на улицу – так я поняла, что моя свекровь – это не та добрая тетя, какой представлялась изначально.

Не знаю, почему, но я побежала не к подругам, а к Полякову. Наверное, потому, что в последнее время я часто с ним общалась. Когда я прибежала к нему, он открыл дверь и провел меня на кухню. Дома были его жена и свекровь. Я рассказала, что произошло. Лешка очень переживал. И тут из соседней комнаты послышались слова свекрови:

– Скорее всего, она сама виновата.

Сначала я не поняла, к чему она клонит, а потом начала догадываться. Сопоставив Лешины похождения и то, что я прибежала именно к нему, она решила, что Саша застукал нас и избил меня. Алексей тоже понял ход ее мыслей, и поэтому, чтобы не накалять атмосферу, я ушла, а он даже не пошел меня проводить, что при других обстоятельствах он обязательно сделал бы.

Я вернулась домой. Жизнь моя с этого момента превратилась в ад. Настя была еще очень маленькой, она была моей единственной отдушиной. Я с ней занималась так часто, как могла. Уходить от трех бухающих людей мне было попросту некуда.

Моя сестра тоже не поладила со своей свекровью и вернулась в Химки к нашей маме. Она приехала с мужем и двумя девочками-погодками. Пять человек в двухкомнатной квартире – это уже перебор, да и никто меня там не ждал, еще и с ребенком.

Так я и жила. Я была изгоем в семье и жила только ради Насти. Когда дочери исполнилось два годика, Сашу уволили с работы, и все стало еще хуже. Он стал похож на зомби. Лешка Поляков приходил как и раньше, говорил Саше бесполезные слова в надежде, что тот одумается, и уходил. Он был единственный близкий мне человек.