До беспамятства
Шрифт:
– Слышала что?
Перри подняла брови, и открыла рот в удивлении, но широкая ладонь тут же его прикрыла. Луи воткнул ей нож прямо в сердце. Я был в шоке. Кажется, они ведь своих не убивают. Или Луи играет не по правилам. Мне даже стало жаль девушку, какой бы она не была. Парень разыграл все так, чтобы она пошла с ним, и не задумывалась даже об этом. И никто не удивиться ее смерти, никто не обвинит Луи. В ее сердце я заметил такой же нож, которые украла Ли-Энн. Кажется, в наборе их должно быть 4. Вот и нашелся последний. Луи намного коварнее и умнее, чем я ожидал. Наблюдать за этим было довольно жутко.
– Перри!
Луи закричал так громко, как только мог, пытаясь показать шок. Прозвучал пушечный выстрел. За пару минут около него уже были Элеонор и Лиам.
– О Боже!
Девушка закрыла рот руками, пытаясь не выдать полностью своих эмоций. Мне даже показалось, что на секунду она улыбнулась такому ходу событий, но тут же переключилась на роль ужаса. Лиам стоял почти без эмоций. Через минуту прибежала Даниэль.
– Перри!
Она закричала, и тут же застыла в неподдельном ужасе.
– Кто это сделал?
– Та девушка, которая украла ее ножи, она из 11 дистрикта. Перри бежала впереди, я пытался ее догнать. Как только я приблизился достаточно, она упала. Я увидел нож в ее сердце, а та девушка убежала. У меня нет слов. Ужасная потеря.
Голос Луи был настолько лживым, так по-ненастоящему жалостливым, что мне становилось еще хуже. Какой же он мерзкий. Так поступить, еще и лгать в лицо. Последним прибежал Зейн. Я видел это выражение боли раньше. Так выглядели родители, которые теряли своих детей на играх. Он не кричал, не говорил ничего. Парень просто упал на колени перед телом его любимой, и с его глаз потекли слезы. Он наклонился над ее телом, пытаясь заставить ее двигаться.
– Нет, ты не можешь умереть. Только не ты! Перри! Нет!
Он кричал, и тряс ее, пытаясь привести в сознание, но все зря. Сердце девушки давно остановилось.
– Милая, пожалуйста, не умирай. Не ты, только не ты. Перри!
Зейн кричал, и это эхом отдавалось отовсюду. Никто не решался порушить эту тишину, или сказать ему что-то. Парень все так же сидел над ней, пытаясь привести в сознание. Он не был готов ее потерять.
– Зейн…
Первым заговорил Луи, но он не мог продолжить фразу. Даже он не ожидал такой реакции. У меня так же сердце сжималось, когда я смотрел на Зейна. Я не думал, что он любит ее так сильно, я не ожидал, как и никто другой.
– Она не мертва. Она не может умереть, это ведь Перри. Моя Перри. Она не может умереть.
Зейн повторял это, качаясь из стороны в сторону, убеждая себя в каждой сказанной фразе.
– Моя Перри. Она не может умереть.
Мои глаза стали влажными, а по щеке покатилась слеза. На это было больно смотреть. Невыносимо видеть, как кто-то теряет того, кого любит так сильно.
– Она мертва, Зейн.
Луи сказал это настолько мягко, как только мог. Это правда, которую несчастный возлюбленный из 2 дистрикта не был готов ни услышать, ни, тем более, принять.
– Перри.
Его голос срывался, а сам парень продолжал смотреть на свою любовь. Он поцеловал ее в лоб, и взял ее руки в свои.
– Это моя вина. Это все моя вина. Прости меня, Перри. Это все из-за меня. Я должен был заботиться о тебе. Я должен был. Это все из-за меня. Прости, любовь моя. Просто меня. Прости.
Он целовал ее руки, повторяя это снова и снова, прося прощения.
– Я люблю тебя. Люблю очень сильно. Прости меня. Прости меня, любимая.
Я пытался не смотреть на это. Слишком больно видеть, как он сам себя убеждает в том, чего нет. От его слов все не вернуть назад.
– Перри.
Парень плакал еще больше. Я никогда не видел, чтобы кто-то из профи так себя вел. Никогда не видел, чтобы кто-то из них так переживал.
– Скоро заберут ее тело. Нужно уходить, Зейн. Тебе нужно попрощаться.
Даниэль сказала это искренне, пытаясь не навредить уже поврежденной психике парня. Он расстегнул куртку Перри, и взял что-то с ее шеи. Это был кулон, или, если точнее, часть его. Правая половинка сердца. Он расстегнул свою куртку, и достал с шеи точно такой же кулон с другой половинкой. Зейн соединил их вместе, и прижал к сердцу. Он снова взял руки девушки в свои.
– Я люблю тебя. Всегда любил и буду. Прости меня за все. Прости, что не смог тебя защитить. Прости, любимая.
Он поцеловал ее, и отстранился. Вытер рукавом слезы с лица, парень спрятал кулон, и развернулся к Луи.
– Где она? Мы должны найти ее. Она заплатит за все, что сделала.
Луи показал направление в лесу, и все они разделились. Каждый пошел куда-то в поисках Ли-Энн. И только Луи пошел с улыбкой. Я не мог сдвинуться с места. Все это было слишком. Такая подлость, смерть одного из самых сильных моих противников, такая реакция Зейна. Я просто сидел на дереве, и пытался осмыслить все. Арена всегда отбирает чьих-то близких. Она никогда не устанет удивлять и испытывать. Все, что происходит вокруг, причиняет кому-то боль. Сложно осознавать, что даже ты являешься помехой на пути к счастью другого. Не было сил ничего делать. Я не знаю, сколько просидел там, но вывел из этого транса меня чьи-то крики. Они были далеко, но я слышал их слишком хорошо. Я знал, что это Ли-Энн. Какой бы смелой и сильной она не была, девушка попала в ловушку от Луи. Это единственная ситуация, из которой нет выхода. Разве что на тот свет. Крики не прекращались очень долго, становились все отчаяние. Но никто не был готов ей помочь. Мстили профи. Этого достаточно, чтобы навести ужас на каждого. А месть за любимых самая ужасная. Те, кого ты любишь, тебе ценнее, чем что либо в этом мире. Ради них ты готов отдать все, всего себя. И если кто-то сделал им больно, они получат эту боль в утроенной силе обратно. Когда крики прекратились, я услышал пушечный выстрел. Стоит двигаться к Рогу Изобилия. Там безопаснее всего. Им сейчас явно не до того, чтобы смотреть по верхушках деревьев. Добрался я туда быстро, почти незаметно. В моей голове происходило что-то вне моего понимания. Было где-то пол 4 дня, а я чувствовал себя, как будто пережил слишком долгий день. За это короткое время было так много смертей. Я морально устал видеть боль. Я уже не переживал ни из-за чего и ни из-за кого. По крайней мере на данный момент. Устроившись поудобней на ветке, я уснул.
Когда я снова открыл глаза, было уже темно. Профи разожгли огромный костер, но все сидели тихо. Даже Луи проявил уважение к потери Зейна. Я сидел там, смотрел на огонь вместе со всеми. Но поминал я тех, кто занял частичку в моем сердце. Мою маму, Амели. Даже Ли-Энн и Перри, пусть и не так искренне. Я волновался на счет папы, Найла, Джейд, Джесси. Я бы хотел как-то помочь. Но лучшая помощь – мое отсутствие. Все, кто находятся около меня, погибают. Я как будто притягиваю смерть, боль, и все несчастья. Из-за меня все страдают.
Пока я смотрел на огонь, голова помалу освободилась от мыслей. Если сильно много думать, быстро уничтожу себя изнутри. Вдруг небо загорелось. Первой показали Перри. Потом Амели. Тогда Ли-Энн. Все трое погибли не из-за чего. По глупой случайности. По глупой, ничтожной случайности по имени Луи. Они погибли из-за него. Этот парень убивает всех вокруг. Он невыносимый. Все, что к нему можно испытывать – ненависть и отвращение. Я искренне желаю ему смерти. Пусть так и нехорошо говорить, но у меня нет других слов.