Чтение онлайн

А некоторые даже пытались сфотографировать меня. Фотографирование стула всех злило, но мы к этому привыкли. Пока они покупали что-нибудь выпить, мы закрывали на это глаза. Но когда люди пытались фотографировать меня — это другое дело. Это злило Морри и папу. Ещё больше это злило Дэрила. Как только кто-то направлял на меня фотоаппарат или мобильник, ему указывали на дверь, обычно Дэрил. Иногда указывали не очень вежливо, опять же обычно это делал Дэрил. Пару раз это было настолько невежливо, что люди звали полицию. Не удивительно, что любой полицейский, прибывший на такой вызов, оказывался не в лучшем настроении. Не из-за Дэрила, а из-за туристов, которые совершали глупости и портили им день. Полицейские не тратили много времени на объяснения, прежде чем указать, где находится граница города, и спросить, не надо ли проводить человека. Обычно туристы отказывались от предложенного сопровождения, но следовали указаниям.

Я повесила платье на вешалку, взяла свою сумку, вышла из примерочной, и мы с Филендой, Эйприл и Дэнни пошли к кассе.

Когда я передала кассиру свою кредитку, Фи спросила:

— Ты посвятишь меня в причину того, зачем тебе вдруг понадобилось роскошное платье в обтяжку?

Я повернулась к ней и не колеблясь сказала:

— Да, я подумала, что лучше носить роскошные платья в обтяжку, пока у меня есть возможность, поскольку через несколько месяцев я стану размером с дом.

Фи не относилась к тем, кто демонстрирует свои чувства, она была очень замкнутой. Она научилась держать эмоции при себе и не показывать ничего, чтобы не давать людям оружие, которое они могут использовать против неё.

Но Фи менялась. Этому способствовало то, что она едва не потеряла своего мужчину, и что его собственные действия и жители города сделали его героем. Дэрил сделал то, что сделал, и показал настоящего себя, может, поздно, но показал. Оказалось, что она может гордиться своим мужчиной и отцом своих детей. Много лет Дэрил очень старался доказать ей, что он именно такой, но она никогда не верила. Он рискнул своей жизнью, чтобы спасти мою, и это было другое. Она не привыкла высоко держать голову, но я видела, что она привыкала к этому, и видела, что ей это нравилось.

Поэтому, когда она поняла, что я имела в виду, её глаза распахнулись и стали влажными.

— Серьёзно?

— Док сказал мне сегодня.

— Какой срок?

— Десять недель.

Фи моргнула, я хихикнула, наклонилась к ней и прошептала:

— Да, думаю, это случилось после первого раза.

Она присвистнула:

— Ни фига себе, у Колта, должно быть, супермощные пловцы.

Не сомневаюсь, у Колта практически всё было супермощное.

Я расписалась на чеке, взяла сумку, и мы пошли дальше по торговому центру прямиком в любимый обувной магазин Джесси.

— Я боюсь, — сказала я Фи, глядя на детей, которые бесцельно брели впереди нас, осматривая торговый центр, скорее всего, думая, что такого они могут попросить у своей мамы, что она согласилась бы купить.

— Чего? — спросила Фи, и я повернулась к ней.

— Мне уже не двадцать лет.

— Женщины рожают и позже, и ничего.

Я посмотрела обратно на Дэнни и Эйприл.

— Да, может и так, но мне кажется, что у нас с Колтом мало что получается как у всех.

Я вздрогнула, когда Фи обняла меня одной рукой за талию, и посмотрела на неё. Она не была открытым человеком и не была любительницей прикосновений, но сейчас она была близко ко мне.

— Феб, это было тогда, а это... — Она положила руку на мой живот. — ...сейчас.

Я сжала губы и почувствовала, как мои собственные глаза увлажнились.

Она улыбнулась мне, и я принялась глубоко дышать.

Потом она опустила руки, позвала детей, и мы завернули в обувной.

— В чём дело? — спросила Ди, скрестив руки на груди и глядя на меня, совсем как Джесси и Мимс (хотя они не скрестили руки). Все мы втиснулись в маленький кабинет Мими в задней части её кофейни. — Мне нужно возвращаться в бар.

— Боже, Ди, ты так говоришь, как будто без тебя этот бар рассыпется на кусочки, — пробормотала Джесси, и Ди перевела взгляд на неё.

— Ну да, я люблю Дэрила, мы все любим Дэрила, мы все знаем, за что мы любим Дэрила, но это не значит, что он может самостоятельно удержать форт, — ответила Ди великодушно, потому что, герой или нет, Дэрил хоть и выздоровел и вернулся к работе пару недель назад, но, что неудивительно, не изменился. — Руфи в отпуске, Шерил придёт только в семь, Морри дома с детьми, Джеки присматривает за малышами Неда, а Джек в офисе, оплачивает счета. Не говоря уже о том, что Феб здесь, странно себя ведёт и ходит по магазинам с Фи.

— Да, — повернулась ко мне Джесси с явным осуждением во взгляде. — Почему ты ходила по магазинам с Фи?

— У неё выходной, и ей нужно время от времени выбираться из дома, — сказала я Джесси.

— Но ведь я же твоя подружка для магазинов, — сказала мне Джесси. — Фи твоя подружка для кино.

После случившегося я взяла за правило разбавлять уход Фи за Дэрилом походами в кино. Когда я это делала, тот, кто был свободен — мама, папа, даже Колт, — присматривал за Дэнни, Эйприл и Дэрилом.

— Сегодня моей подружкой для магазинов была Фи, — сказала я Джесси.

— Что ж, не думаю, что буду твоей подружкой для кино. Я не люблю ходить в кино. Ты не можешь поставить фильм на паузу, если тебе внезапно захотелось изюм в шоколаде, — заявила Джесси.

— Может, мы уже перейдём к тому, зачем Феб нас созвала? — вставила Мими.

— Да, а то мне нужно возвращаться, — повторила Ди.

— Ты уже говорила, — сказала ей Джесси.

— Хорошо, девочки, — вмешалась я, — посмотрите на меня.

Когда они повернулись ко мне, я продолжила:

— Вы должны пообещать, что сохраните в тайне то, что я вам скажу, и не расскажете никому: ни мужьям, ни друзьям, ни родителям, ни сёстрам — никому, до девяти утра завтрашнего дня. Вы меня поняли?

На их лицах появилось любопытство и ожидание. Они стали уже привыкать к Фебрари Оуэнс, которая делилась, и я обнаружила, что им это нравилось. И поскольку им нравилось, я делала это больше и больше.

— Колт сделал тебе предложение, — выдохнула Мими ошибочную догадку.